Онлайн библиотека PLAM.RU  




empty-line ...

8

Лала Бабу

О Господь, дай нам смирение принять то, что мы не в силах изменить, смелость изменить то, что нам под силу изменить, и разум, чтобы отличить одно от другого... (Райнхолд Нибур)

У всех нас есть одна трудность. Дело в том, что, будучи по природе вечными, мы привязаны сейчас к иллюзии крепким узлом ложного эго, из-за которого нам приходится отождествлять себя с определенным образом мышления. Мы считаем себя кем-то, кем на самом деле не являемся. Это ложное «я» поработило нас, обрело власть над всей нашей жизнью. Мы так увлечены своими телесными концепциями, что уже не помним о своей духовной сущности и наивно полагаем, что наше тело — это все, что у нас есть и может быть. Это и называется «ложное эго», прямо противоположное нашему подлинному, духовному «я». Мы вечные души, однако, забыв свою изначальную природу, мы вынуждены довольствоваться скудным бытием этого мира.

Жизнь Лалы Бабу — это жизнь человека, который мечом знания разрубил узел ложного эго и вспомнил, кто он такой на самом деле. Его пример призван пробудить в нас желание духовных откровений. Читая его историю, мы можем вспомнить то, что когда-то забыли, и обрести силу разорвать оковы материального существования.

Итак, мы отправляемся на двести лет в прошлое. Калькутта, начало девятнадцатого столетия. Берег Ганги. Весна, и деревья на берегу усыпаны чудесными цветами. В этом раю совершает прогулку сказочно богатый Лала Бабу; его несут на паланкине четыре крепких слуги-кашмирца, во рту у него хуна, особая трубка для гашиша, которую он сладостно потягивает. После долгого дня глаза его смотрят немного устало, однако душу радуют звуки музыки, исполняемой музыкантами специально для него перед паланкином.

В историю Калькутты Лала Бабу вошел как один из самых богатых людей всех времен, там до сих пор помнят о нем. Он владел обширными участками земли, которые достались ему еще от дедушки.

Он с наслаждением курит свою хуну, с удовольствием смотрит на танцующих девушек и слушает переливы музыки. Лала Бабу твердо уверен, что жизнь предназначена для наслаждений. Ему, собственно говоря, не трудно так думать, поскольку, по материальным меркам, он достиг в жизни всего, о чем только можно мечтать.

Вдруг со стороны Ганги до него доносятся два слова, которым суждено изменить всю его жизнь. «Бари чоло» — «Пойдем домой. Уже темнеет». Лала Бабу с интересом оглядывается, чтобы понять, кто это сказал, и видит бедно одетую девочку, дочь рыбака, которая тормошит за плечо своего спящего отца. В самом деле, скоро зайдет солнце, налетит холодный ветер, а им предстоит еще долгий путь домой. Поэтому она говорит: «Скоро стемнеет, пора идти домой». Но когда Лала Бабу услышал эти слова, словно бомба взорвалась у него в сердце — бомба не с динамитом, а с прозрением. И как взрыв разлохмачивает кусок бумаги, так и вся сцена порвалась на куски, и он увидел свою неминуемую смерть. Он также увидел, что пришло время встать на духовный путь.

Сейчас вы, наверное, думаете: «Вот бедняга, обкурился до чертиков. Зачем же оставлять такую замечательную жизнь?» Однако возвышенные, духовные чувства он уже однажды испытал в своей жизни. Когда ему было двадцать лет, произошло нечто, что заставило его глубоко задуматься.

Однажды к нему в поместье пришел бедный человек и стал жаловаться на свои невзгоды: «Я так беден, что не могу купить даже хлеба. А тут еще и дочка выходит замуж, а у меня нет достаточно средств, чтобы оплатить свадьбу». Лала Бабу дал ему большую сумму денег, поскольку, несмотря на свою экстравагантность, был добрым человеком. Когда бы он ни увидел нищего, он всегда одаривал его всем необходимым.

Однако в этот раз отец Лалы Бабу отругал его: «Лала, ты растешь транжирой. Нельзя раздавать богатства, которые тебе не принадлежат. Ты должен отработать своими руками то, что отдал». Как только Лала Бабу услышал эти слова, он твердо решил не брать больше у отца ни гроша и покинуть его, как покидают отхожее место. Той же ночью он ушел из дома отца, никем не замеченный.

По пути ему встретился святой, который сказал: «Тебе нужно трудиться ради своего духовного благополучия, ради духовного самоосознания, иначе твоя жизнь будет бесполезной и бессмысленной». Лала Бабу всегда помнил об этой встрече. Его поразило, сколь малым довольствуются эти святые. Они учили его, что он в действительности вечен и просто проходит через эту жизнь подобно путешественнику, проходящему через определенную страну. Это путешествие приведет его либо к очередному материальному телу, к новому рождению и новой смерти, либо выведет на путь, по которому он сможет вернуться в мир вечности, в духовный мир. Все это он услышал тогда. А некоторое время спустя он основал свое дело в Ориссе и завел торговые связи со множеством крупных партнеров: от Восточно-Индийской компании до губернатора.

Его принцип был непоколебим: «Я сам встану на ноги и никогда не возьму того, что мне не принадлежит». Очень скоро он сколотил огромное состояние, которое до бесконечности возросло, когда после смерти отца он получил в наследство свои семейные сокровища. Но, несмотря на огромное богатство, он никогда не упускал из виду Вечность. Еще в Ориссе он каждый вечер слушал священные писания, даже начал повторять святые имена и благодаря им почувствовал духовный вкус.

Сегодня вечером на берегу Ганги, в тот миг, когда он услышал: «Уже темнеет, ты должен возвращаться», ему вспомнилось напутствие святого. Обычные слова стали для него откровением. В нем зацвело духовное прозрение, которое он взращивал долгие годы, слушая и прославляя Кришну. Лала Бабу вдруг понял, что его жизнь, упоительно сладкая и веселая, подходит к концу. Темнеет горизонт, клонится к закату солнце его дней.

Как бы очнувшись ото сна, спрыгивает он со своего паланкина — теперь он точно знает, что ему делать. Он останавливает музыкантов и велит им идти домой — у него еще есть дела. От помощи слуг он также отказывается — «Туда, куда я иду, мне придется нести себя самому». Он возвращается домой пешком, пишет прощальное письмо жене и детям и, не взяв ничего с собой, отправляется в священный Вриндаван, что расположен на берегу Ямуны, за полторы тысячи километров от Калькутты.

Во Вриндаване Лала Бабу жил очень скромно. Он хотел избавиться от узла в сердце, узла ложных представлений о себе. Прежде чем предаться Кришне, следует научиться разрывать узел ложного эго. Одной теории здесь будет мало, надо делать это на практике. Этим и занимался Лала Бабу, полностью изменив свои привычки и ведя во Вриндаване скромную жизнь нищего. Так он учился отбрасывать мысли: «Это мое» — ибо теперь у него не было ничего, что он мог бы назвать своим.

Через некоторое время ему приснился яркий сон. Во сне ему явился Сам Кришна и попросил построить для Него храм. Лала Бабу отправился домой и продал свои земли. Половину вырученных денег он оставил семье, а другую взял с собой во Вриндаван, чтобы исполнить три задачи. Сначала он купил землю и построил приют, где могли бы отдыхать путешествующие садху. Затем он организовал раздачу прасада, освященной пищи, для тех, кто живет духовной жизнью и не имеет времени заботиться о телесных потребностях, а также для тех, кто из-за своей кармы вынужден влачить нищенское существование. Затем он построил огромный красивый храм, храм Лалы Бабу. Храм этот сохранился до наших дней — жемчужина средневековой архитектуры, утопающая в прелестных садах. Там можно до сих пор ощутить присутствие этого удивительного подвижника, чей образ очень глубоко западает в душу.

В этом храме и по сей день можно бесплатно пообедать. Храм кормит тысячу садху — людей, целиком посвятивших себя духовному пути. Лала Бабу в свое время купил во Вриндаване землю и отдал ее в аренду. Плата до сих пор поступает в фонд храма, задача которого состоит в том, чтобы заботиться о садху.

Как только Лала Бабу начал жить духовной жизнью, Кришна открылся ему особым образом и проследил, чтобы в новом храме было установлено Его Божество. Как вы знаете, в наших храмах мы поклоняемся Божествам. Мы не поклоняемся произвольным образам этого мира — нет, мы понимаем, что Верховный Господь, довольный преданностью Своих слуг, наполняет Божество жизнью. По этой причине церемония, на которой призывается Кришна, называется прана-пратиштха. Одно из значений слова прана — «жизненный воздух». Таким образом, на этой церемонии в Божество вдыхается жизнь.

Однажды холодным зимним днем задумался Лала Бабу: а правда ли Кришна пребывает в Божестве в его храме? «Наступили холода, и я должен знать, действительно ли Он тут и не холодно ли Ему». И тогда попросил Лала Бабу жреца храма положить на голову мраморного Божества кусочек масла. Если Кришна здесь, то масло растает от температуры Его тела, и тогда всё в порядке. И действительно, масло растаяло и потекло по щекам Кришны, к радости Лалы Бабу и ошеломленного жреца.

Как я рад, — воскликнул Лала Бабу, — но нужно еще посмотреть, может ли Он при таком холоде еще и дышать?

Жрецу теперь пришлось держать кусочек ваты перед ноздрями Божества, и они увидели, что ватка движется от вдохов и выдохов Кришны.

Кришна находится везде. Он — в каждом атоме, а также в каждой планете, из-за чего планеты не сходят со своих орбит, паря в невесомости. Кришна пребывает в сердце каждого и дарует память, знание и забвение. Особенно Ему нравится быть там, где Ему с любовью поклоняются Его преданные. Кришну привлекают любовь и преданность Его слуг, и Он отвечает им взаимностью. «Насколько человек предается Мне, настолько же Я открываюсь ему». Лала Бабу так предался Кришне, что Кришна Сам пришел к нему. Лале Бабу было тогда около 45 лет.

Построив храм для Кришны, Лала Бабу жил во Вриндаване как нищий. И тут ему приснился второй сон. К нему снова пришел Кришна и сказал:

Лала, Я хочу, чтобы ты построил второй храм для Меня. Ох! — воскликнул Лала Бабу. — Как же я построю второй храм? У меня нет ни пайсы.

Нет-нет, этот храм строят без денег. Мой дорогой Лала Бабу, тот храм, что Я у тебя прошу, невозможно возвести ни с помощью денег, ни с помощью камней. Этот храм возводится в сердце. Для него тебе нужен будет фундамент смирения.

На следующее утро Лала Бабу проснулся с неспокойным сердцем. То, что сказал ему Кришна, было высшим наставлением в духовной жизни.

ман-мана бхава мад-бхакто

мад-йаджй мам намаскуру

мам эваишйаси сатйам те

пратиджане прийо ’си ме

Всегда думай обо Мне, стань Моим преданным, падай передо Мной ниц и поклоняйся Мне. Полностью сосредоточенный на Мне, ты непременно придешь ко Мне[41].

Тот, кто строит свою жизнь подобным образом, может, освободившись от ложного «я», увидеть свою духовную форму. Лале Бабу стало ясно, что ему нужен духовный учитель, который даст ему посвящение, займет в служении Кришне и будет наставлять его до тех пор, пока ему не откроется его духовный облик.

С такими мыслями отправился Лала Бабу к большому озеру, на берегу которого он разыскал Кришнадаса, возвышенного преданного, и попросил его о посвящении в духовную жизнь и о непосредственном руководстве. Кришнадас, однако, ответил вежливым отказом:

Как только ты будешь готов, чтобы стать учеником, я найду тебя сам, а до тех пор не приходи ко мне. Позволь мне хотя бы спросить у тебя, как мне пригласить Кришну в свое сердце? — взмолился Лала Бабу.

Кришнадас отвечал:

Ты должен просто погрузиться в пение святых имен. И перестань думать, что ты богач, отказавшийся от своих сокровищ. Ты пришел в этот мир без гроша и так же без гроша уйдешь из него — так стоит ли позволять ложному «я» тешить себя такими понятиями, как «богач» или «отшельник»?

Второе наставление было таким:

Перестань делить людей на друзей и врагов.

Все это было очень метко сказано. Лала Бабу, хоть и отрекся от мира, все еще сохранял ложные представления о себе как о знаменитом и важном человеке. Теперь же он стал знаменитым подвижником. Также и деление на друзей и врагов было ему не чуждо. Особенно одного человека он не выносил — звали его Сетх. Сетх тоже был богачом, он построил во Вриндаване храм Ранганатхи, в котором, как и в храме Лалы Бабу, заботились о садху, монахах и паломниках. Этот храм до сих пор стоит во Вриндаване, прелестная копия знаменитого храма Ранганатхи в Южной Индии. С этим Сетхом у Лалы Бабу было множество споров из-за земли.

Когда Лала Бабу услышал, что у него не должно быть врагов, он решил последовать совету святого и в один из следующих дней пошел в храм Ранганатхи. Поскольку Лала Бабу от природы был красив и выглядел аристократом, охранники тут же заметили его в толпе и провели прямо к Сетху. Сетх был очень тронут, когда увидел, что его бывший противник стоит сейчас перед ним с протянутой рукой.

Что тебе угодно? — спросил Сетх. Я хочу попросить у тебя милостыни. А еще я хочу извиниться перед тобой, что ненавидел тебя: это все плоды моей зависти и ревности. Зачем ты извиняешься? Я уже давно простил тебя. К тому же это на самом деле была твоя земля, а я хотел отнять ее у тебя.

— Я говорю так, — отвечал Лала Бабу, — поскольку не могу заложить фундамент.

Сетх был в недоумении:

Что ты имеешь в виду — «заложить фундамент»? Пока у меня есть враги в этом мире, мне не возвести храм в сердце.

Услышав это, Сетх велел принести огромный поднос с золотом и бриллиантами.

Удивленный Лала Бабу сказал:

Это не похоже на мадхукари (милостыню), это, скорее, царский подарок. Ты и есть царь, — сказал Сетх, — ведь тебе удалось освободиться от ложного «я», что делит окружающих на друзей и врагов. Я был твоим врагом, мы судились. Но ты смиренно пришел ко мне. Я благодарен тебе, я многому от тебя научился. Для меня ты — царь, ты — мой господин во всех отношениях. Разве я могу тебе дать просто сухую лепешку?

Благодаря Кришнадасу Лале Бабу удалось избавиться от ненависти к человеку, с которым он долго и открыто враждовал. Думать, что кто-то наш враг, идти на поводу у собственной зависти, считая, что этот человек превосходит нас в чем-то, и с ненавистью строить ему козни, — не самая ли это отвратительная грязь в нашей обусловленной иллюзорной жизни? Делить мир на друзей и врагов, сражаться с ними и даже воевать способны лишь те, кто находится во тьме и лишен духовного разума. Тому, кто не видит во всех живых существах частички Кришны, но видит лишь друзей и недругов, никогда не приветствовать Бога в своем сердце. Такой человек пребывает в темноте ложных представлений, таких как телесные представления о жизни.

Когда Лала Бабу вышел из храма Ранганатхи, он увидел бегущего к нему со всех ног счастливого Кришнадаса. Кришнадас кричал:

Теперь ты достоин принять посвящение.

Настоящий духовный учитель — это не какой-то самозванец, а человек, который находится в непосредственном контакте с Кришной и способен привести нас к Нему. По этой причине Кришнадас пришел прямо к Лале Бабу и сказал: «Теперь ты можешь принять посвящение».

Я хочу рассказать еще один короткий эпизод из жизни Лалы Бабу. В старости Лала Бабу ушел из Вриндавана и поселился в одной из пещер на горе Говардхана, где он целыми днями повторял маха-мантру Харе Кришна.

Маха-мантра — «великая песнь освобождения»: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.

Немногие знают, чем в действительности является маха-мантра Харе Кришна. Это Сам Бог в форме звука. В нашем мире предметы отличаются от своих названий. Если мы хотим пить, то, просто повторяя «чай, чай, чай», мы не избавимся от жажды. Только когда мы возьмем саму жидкость, в данном случае чай, и выпьем ее, наша жажда пройдет. Слово «чай» и собственно чай — разные вещи.

С Кришной дело обстоит, однако, по-другому. Кришна не отличен от духовного звука «Кришна». И тот, кто хоть немного очистил свои чувства, то есть тот, кто воспринимает этот мир не только своими ограниченными, притупленными материальными органами чувств, такой человек воочию видит, как Кришна появляется на его языке и в сердце, когда он повторяет Его святое имя. Просвещенный человек обладает подобным зрением и может подняться на очень высокую ступень духовной практики.

В последние годы своей жизни Лала Бабу повторял маха-мантру Харе Кришна целыми днями. Сегодня на холме Говардхана можно по-прежнему встретить садху с таким же распорядком дня. Они встают в два часа ночи и до двух часов пополудни медитируют. Затем они принимают гостей и отвечают на их вопросы, помогая им избавиться от препятствий в духовной жизни. И где-то в семь вечера они отправляются на поиски пропитания. Следует заметить, что они не принимают пищу из рук паломников и прохожих, а идут просить милостыню у окрестных жителей, обходя семь домов. Это называется мадхукари. Мадху — «медовая пчела», кари — «делать». Мадхукари называют того, кто подражает поведению пчелы. Подобно пчеле, собирающей пыльцу от одного цветка к другому и производящей из нее мед, мадхукари, отрекшийся от мира и разорвавший путы ложного «я», в смирении просит милостыню, идя от одного дома к другому. Он берет все, что ему дают, а если не получает ничего, безропотно возвращается домой. Однако он берет не все сразу в одном доме, но из каждого понемножку. Жизнь его скромна и целиком зависит от милости Кришны, который действует через домохозяев.

С таким настроением Лала Бабу ходил каждый вечер по окрестностям Вриндавана и просил милостыню:

Я монах, живу здесь как отшельник. Пожалуйста, дайте мне что-нибудь поесть, у меня ведь еще есть тело.

Однажды к нему пришел жрец из соседней деревни и сказал:

Знаешь что, дорогой Лала Бабу, не ходи сегодня вечером на мадхукари. Я принесу тебе целое блюдо с пищей, предложенной Кришне.

Лала Бабу начал отказываться, но затем принял предложение. В этот вечер, как назло, начался ливень, и вся дорога к той пещере, где жил Лала Бабу, превратилась в болото, так что жрец не смог пройти туда. Он всю ночь не смыкал глаз и думал: «Бедный Лала Бабу, он сегодня ничего не ел, он страдает от голода, а я не принес ему прасада, не исполнил своего обещания». Вот уже и полночь, затем час ночи, а дождь все лил как из ведра.

Наконец, в два часа ночи жрец решил идти, тем более что дождь почти перестал. Однако он никак не мог найти подноса с яствами, которые приготовил. Тогда жрец собрал другой поднос и пошел с ним к Лале Бабу.

Тот встретил его удивленным взглядом:

Почему ты пришел ко мне во второй раз? Ты уже приносил мне еду вечером! Что? — воскликнул жрец. — Вчера меня здесь не было. Лил такой дождь, что я просто не мог к тебе прийти. А это тогда что? — спросил Лала Бабу. — Вот поднос, который ты мне принес.

И правда — там лежал тот самый пропавший поднос.

Вот чудеса, — удивился жрец, — как же выглядел тот, кто принес тебе этот поднос?Так же, как ты, — отвечал Лала Бабу. — Только, знаешь, сейчас я вспоминаю, что ты весь сиял, и я чувствовал себя очень счастливым.Понятно, — сказал жрец, — однако я совсем не сияю, я полностью в майе, в иллюзии. О, нет! — вскричал тогда Лала Бабу; он вдруг все понял: «Кришна, мой Господь, пришел переодетым, а я не узнал Его!»

В «Бхагавад-гите» Кришна заверяет нас: «Кто поклоняется Мне с любовью и преданностью и постоянно думает о Моем трансцендентном облике, тому Я даю всё, чего ему не хватает, и сохраняю всё, что у него есть». Так Кришна Сам позаботился о Своем дорогом преданном и принес ему поднос с прасадом.

Лала Бабу отрекся от мирской жизни, услышав на берегу Ганги два возгласа, однако то было лишь внешним отречением. Внутреннее отречение пришло, когда он обрел непосредственный опыт духовной жизни в сознании Кришны и испытал более возвышенный вкус. В конце концов, лесные мартышки тоже кажутся отрекшимися от мирских забот, ведь у них нет даже рубашек. Однако их отречение лишь внешнее, поскольку думают они лишь о плотских утехах.

Внешне направить свою жизнь в новое русло — это, несомненно, важный шаг. Но самое главное не это. Самое главное — обрести внутреннюю свободу от мирских привязанностей; это внутреннее освобождение легко и естественно наступает тогда, когда у нас появляется высший, духовный вкус. Таково завещание этого удивительного святого, Лалы Бабу.





Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.