Онлайн библиотека PLAM.RU




ШПИОНЫ НА ГАВАЙЯХ

Вице-адмирал Нагумо вел авианосцы, крейсеры, эсминцы и подводные лодки своей многочисленной флотилии холодными водами северной части Тихого океана. Знаменитый своей осторожностью, Нагумо опечатал все радиопередатчики. Его корабли не послали в эфир ни единого сигнала, который мог бы подсказать службе перехвата противника, что к берегам «райских островов» приближается японский флот. При этом японцы нуждались в подробнейшей информации о положении противника. Недаром в истории, закончившейся нападением на Гавайи, важную роль играли разведчики и дешифровальщики кодов противника.

Бесспорно, в этой шпионской игре, жертвой которой стали Гавайи, более активными и хитрыми оказались японцы. В то время как американская разведывательная служба в Токио, по-видимому, не послала в свой центр в Вашингтоне ни одного конкретного сообщения о планах «Черных драконов», японские разведчики на Гавайях уже долгое время работали в высшей степени прилежно.

Хотя Гонолулу не входил в число крупнейших городов Америки, здесь имелось японское консульство, на самом деле выполнявшее роль японского разведывательного центра на Гавайях. О том, как работала японская разведка, свидетельствует один факт, вообще характерный для новейшей истории этих островов. В XX веке соотношение различных групп населения на Гавайях все время менялось. Во время войны наиболее многочисленную часть населения составляли не гавайцы и даже не новые хозяева острова, «настоящие американцы», а... японцы. Японская разведка рассчитывала на то, что японцы на чужбине всегда остаются верными своей родине, и надеялась без труда отыскать среди своих гавайских земляков множество помощников, готовых к сотрудничеству в осуществлении коварного замысла.

Однако, к большому удивлению токийского штаба, гавайские японцы не проявили особого желания участвовать в подготовке к новой войне, тем более уничтожении своей новой родины. Наоборот, когда произошло столкновение фашистских и антифашистских сил, AJA, то есть «американцы японского происхождения», в первую очередь гавайские японцы, стали самыми доблестными солдатами в рядах союзнических войск. Но в то время вооруженный конфликт существовал лишь в планах токийских милитаристов, и гавайские японцы отвергли сотрудничество с разведкой своей родины.

Нескрываемое презрение, которое испытывало большинство японских гавайцев к японцам-шпионам, было столь явным, что токийским милитаристам не оставалось ничего другого, как обратиться за помощью к представителям другой национальности, живущей на Гавайях, – немцам. Последних на Гавайских островах было, естественно, очень мало. Сначала резидент японской разведки на Гавайях вице-консул Такео Йосикава, известный в Гонолулу под именем Моримура, за большие деньги завербовал местного немца по фамилии Кюн. Но тот никак себя не проявил. Потом своим японским союзникам предоставили помощь сами нацисты. Они «уступили» им двух отличных шпионов, уже давно обосновавшихся на Гавайях и имевших множество контактов, в том числе и с целым рядом американских офицеров, служивших в Пёрл-Харборе.

Эти немецкие шпионы японского резидента на Гавайях – вот это каша! – представляли собой... милое семейство. Его главой был личный друг Генриха Гиммлера, бывший морской офицер, позже занявший высокую должность в гестапо, Ганс Крамм. Его сын Лютер Крамм стал личным секретарем Геббельса. Дочь Крамма, красавица Роза, была в свое время фавориткой Геббельса, среди его многочисленных любовниц. Почти ежедневно перед виллой Краммов останавливался правительственный лимузин. Роза незаметно впархивала в машину и ехала выполнять свои обязанности по отношению к нацистской партии в постели Геббельса. Она делала это с таким рвением и пылом, что постепенно ее патриотизм совершенно истощил министра. Вызвав генерала Хаусхоффера, он потребовал каким-нибудь образом избавить его от не в меру пылкой патриотки, не умаляя при этом ее заслуг перед нацистской партией. Генерал Хаусхоффер виртуозно исполнил приказ, учтя все тактичные намеки шефа.

Награда, полученная заслуженной любовницей и ее семьей, с энтузиазмом уложившей Розу в министерскую постель в интересах нацистской партии, была действительно щедрой: нацистская разведка отправила капитана Крамма с его красавицей дочкой на Гавайи. Бывший морской офицер, ныне гестаповец, Ганс Крамм должен был демонстрировать здесь профессиональный интерес к полинезийским и восточным языкам! И новоиспеченный немецкий языковед в «научных целях» принялся устанавливать контакты с местным населением. Красавица Роза, несколько переусердствовав с Геббельсом, начала играть роль простушки, заглядывающейся на белую форму морских офицеров. Единственным ее желанием стало научиться хорошо говорить по-английски, чтобы свободно общаться с этими симпатичными ребятами из военно-морского флота и авиации. Очень скоро благодаря своей первой жертве, наивному офицеру Элберту Лаккету, Роза Крамм получила доступ на суда, стоящие в Пёрл-Харборе. Премиленькая болтушка на очаровательном ломаном английском языке задавала Элберту отнюдь не детские вопросы. Например, о противолодочных устройствах или о количестве орудий на крейсерах. Чуть позднее «наивная Розочка» переключилась на капитана Уэртхолла, который, занимая более высокое положение, знал о Пёрл-Харборе еще больше, а свою немецкую подружку любил еще горячее.

Шпионская семейка Краммов выудила о Пёрл-Харборе и американском флоте на Гавайях больше, чем стотысячная колония гавайских японцев.

Немецкая разведка передала всю гонолулскую шайку Краммов в руки своих японских коллег и их гавайского резидента вице-консула Йосикавы Моримуры. Они сотрудничали до последнего мирного дня на Гавайях. Когда после нападения на Пёрл-Харбор американцы опечатывали здание японского консульства в Гонолулу, ими были замечены световые сигналы, посылаемые в окна консульства с другого конца города. Конечно, этот человек был арестован. К своему удивлению, американцы узнали в главном информаторе японской разведки «любителя восточных языков» «профессора» Крамма.

Вся семья шпионов была отправлена туда, куда всегда попадали лучшие шпионы, если не считать непобедимых, не пробиваемых пулями джеймсов бондов, – на скамью подсудимых. Капитан Крамм был приговорен к смертной казни, которая позже была заменена пожизненным заключением. Роза, пустив в ход очарование молодости, вероятно, произвела на трибунал неизгладимое впечатление, получив лишь двадцать лет. Но свой срок до конца она не отбыла. Говорят, сегодня ее можно встретить в одной из популярных пивных Мюнхена. Годы ушли, красота поблекла. Теперь она занимается раздачей любимого баварского напитка. Но экс-шпионка Роза Крамм недовольна ни своим нынешним положением, ни своими доходами. По слухам, она обратилась к федеральному правительству с требованием предоставить ей пенсию, а также вознаграждение за безупречную службу нацистской Германии сначала в постели министра, а затем в Гонолулу – уже тогдашним японским союзникам третьего рейха.

Чем закончилось дело Розы Крамм, я не знаю. Буду в Мюнхене, попробую ее разыскать. Не сомневаюсь, она расскажет много интересного.






Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.