Онлайн библиотека PLAM.RU




Глава 36


День Ковчега и его ритуалы. Послание от принца Бетара. О живой лампаде

Приближался День Ковчега. С тех пор, как Мастер вернулся из Бетарской темницы, Шамадам ходил мрачнее тучи, стараясь ни с кем не встречаться. Но в преддверии праздника он стал заметно оживленнее и самолично руководил подготовкой к нему, не пропуская ни одной детали.

Так же, как и Лень виноградной лозы, День Ковчега растягивался на целую неделю. Проведение торжеств и в этом случае сопровождалось оживленной торговлей всем, чем только можно.

По традиции, в День Ковчега монахи забивали молодого бычка и приносили его в жертву. Затем они разводили костер и от него зажигали лампаду на алтаре вместо прошлогодней. Проводил ритуалы Старейшина. Прихожане помогали монахам, а в конце каждый зажигал свечку от новой лампады. Потом свечки гасили и бережно хранили как оберег. В конце всех церемоний Старейшина обычно произносил торжественную речь.

Люди, приходившие на праздник в Ковчег, как и в День виноградной лозы, редко не приносили с собой подарков. Большинство приводило бычков, барашков и козлят, якобы для того, чтобы принести их в жертву вместе с бычком Ковчега, но в действительности — чтобы присоединить к монастырскому стаду.

Новую лампаду по традиции дарил какой-нибудь принц или богатый купец, ведущий торговлю в окрестностях Молочных гор. И поскольку вручить такой дар монастырю считалось великой честью и привилегией, и претендентов всегда было много, то в конце праздника проводилась лотерея, и выбирался тот, кто будет дарителем на следующий год. Правители и торговцы состязались между собой, проявляя неимоверный пыл и стараясь, чтобы их лампада была лучшей, чтобы она затмила красотой и богатством все предыдущие.

В прошлом году жребий вытянул принц Бетара. Всем очень хотелось увидеть новое сокровище, ведь принц славился щедростью и большой любовью к Ковчегу.

Накануне праздника Шамадам позвал всех, и Мастера в том числе, в свою келью и произнес речь, обращаясь преимущественно к Мастеру.

Шамадам: Завтра святой день, и нам надлежит вести себя достойно этой святости.

В прошлом мы ссорились, но теперь давайте оставим все наши разногласия и распри. Ковчегу не следует замедлять свой быстрый темп или усмирять пыл, или, не дай Бог, совсем остановиться.

Я — Старейшина Ковчега. Мне выпала нелегкая обязанность быть управляющим. И, кроме того, на меня же возложено и право определять порядки. Обязанности и права были переданы мне по наследству, так же, как в свое время они будут переданы одному из вас, когда я умру. Как я терпеливо ждал своего часа, так подождите и вы.

Если я был несправедлив по отношению к Мирдаду, пусть он простит мою неправоту.

МИРДАД: Не Мирдада, а Шамадама ты обидел глубоко.

Шамадам: Разве Шамадам не волен обидеть Шамадама?

МИРДАД: Обидеть волен? Сколь несовместимы оба слова! Ведь себя обидеть — значит стать рабом обиды. А нанести обиду другому — значит стать рабом раба. Да, тяжек груз обиды.

Шамадам: Если я хочу быть обиженным, тебе что за дело?

МИРДАД: Разве скажет зуб болящий всему рту — до моей боли что тебе за дело, коль я хочу испытывать ее?

Шамадам: Ах, оставь меня в покое. Обрати свой ненасытный взгляд на кого-нибудь другого, а меня не нужно бичевать твоим умным языком. Позволь мне дожить мои дни так, как я жил сих пор, и трудиться так, как я привык. Иди и строй свой ковчег где-нибудь в другом месте, но этот пусть остается таким, каков есть. Мир огромен, нам обоим в нем хватит места, твоему ковчегу и моему. Завтра мой день. Держитесь в стороне и дайте мне сделать то, что я должен, потому что я не потерплю ничьего вмешательства

Берегитесь. Месть Шамадама страшна, как Божественная кара. Берегитесь. Берегитесь.

Когда мы вышли из кельи Шамадама, Мастер покачал головой и мягко сказал:

— Сердце Шамадама все ж остается сердцем Шамадама.

На следующий день, к великому восторгу Шамадама, все прошло гладко, с соблюдением всех формальностей и без каких-либо неприятных сюрпризов. Но вот наступил момент, когда нужно было принести в дар новую лампаду и зажечь ее.

Сквозь плотно стоящую толпу богомольцев, с трудом прокладывая себе путь, к алтарю приближался высокий, статный человек, одетый во все белое. Толпа всколыхнулась, все переговаривались и спрашивали друг у друга, кто это. Говорили, что он — посланник принца Бетара, принесший новую лампаду. Всем не терпелось увидеть новое сокровище.

Шамадам низко поклонился посланнику, полагая, как и все остальные, что тот принес бесценный дар Ковчегу. Но человек в белом что-то тихо сказал Шамадаму, затем достал из кармана лист пергамента и обратился ко всем присутствующим. Он объяснил, что у него послание от принца Бетара, которое он уполномочен передать всем нам, и начал читать.

«От прежнего принца Бетара всем жителям Молочных гор, пришедшим на праздник Ковчега, с миром и братской любовью.

Вы все являлись свидетелями моей страстной приверженности Ковчегу. И, поскольку мне выпала честь подарить монастырю лампаду в нынешнем году, я не пожалел ни денег, ни сил, чтобы дар мой был достоин Ковчега. Мои старания были вознаграждены, ведь лампада, на которую я потратил значительную часть своей казны, над которой работали мои лучшие мастера, получилась воистину изумительной. Так думал я до некоторого времени. Но я заблуждался.

Бог смилостивился надо мною и даровал мне прозрение, и я увидел, как непритязательно и скудно на самом деле сие творение, которое я почитал сокровищем и которое, будучи выставлено на показ, обнаружило бы перед всеми мою презренную бедность. Он ниспослал мне встречу с лампадой ослепительной и неугасимой, лампадой непревзойденной красоты, которая никогда не померкнет. Узрев ту лампаду, я устыдился своих мыслей о том, что моя собственная лампада имеет какую-то ценность и повелел уничтожит ее.

Та лампада, что показал мне Бог — живая. Не человеческие руки сотворили ее, но руки Всевышнего. Я с радостью представлю ее вам. Пусть она ублажает ваш взгляд, и от нее вы зажжете свои свечи. Она совсем близко от вас. Имя ее — Мирдад.

Да будьте достойны вы его света».

Едва посланник вымолвил последние слова, как Шамадам, который стоял рядом, вдруг исчез, как призрак, растворился в воздухе. Имя Мастера волной прокатилось по огромной толпе, как порыв мощного ветра проносится по непроходимому лесу. Все желали видеть живую лампаду, о которой принц Бетара говорил в своем послании.

Вскоре все увидели Мастера, поднимающегося по ступеням на алтарь, чтобы приветствовать собравшихся. Тысячи глаз были устремлены на него, и тысячи ушей с жадностью ожидали его слов. Тогда Мастер произнес:






Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.