Онлайн библиотека PLAM.RU  




СОСТОЯНИЕ ТРАНСА


В старые годы «Сказка о сахарной Саше» написалась во мне сама, сразу после того, как я впервые испытал неописуемое счастье от погружения в транс, называемый в йоге Савикальпа Самадхи. В самом начале входа в трансовое состояние было и жутко, и страшно, и сладостно. Дыхание перехватывало, как на качелях. Было здорово и тягуче приятно — руки и ноги больно стукались о пол, левитация тела то начиналась, то внезапно исчезала. Какая-то радостная дрожь входила в область темени из космоса и разливалась горячими волнами вниз по телу. Обжигающие желтые лучи вырывались из моего лба, носа и подбородка и уходили за пределы темной комнаты. Затем мощные столбы света вырвались из сердца и солнечного сплетения. Они сладко разрывали ребра и разламывали мою грудь. Это было невыносимо больно и страшно приятно, сладострастно. Хотелось еще и еще… Не знаю, как передать это словами. На нашей липкой Земле нет ничего похожего. Ну, такое ощущение, будто кто-то вытягивает внутренности из тела через эти обжигающие прожекторные лучи и наматывает их на небесный барабан, как нитки на катушку. Тело взлетело и зависло. Из пальцев били маленькие прожекторы и освещали струящееся вниз пространство. Потом конечности мелко затряслись и куда-то вообще исчезли. Все тело завибрировало, будто по нему пропустили переменный электрический ток, и растворилось в бело-сиреневом тумане. И все же было невыносимо радостно от нахлынувшего чувства счастья возвращения к чему-то доброму, домашнему, родному. Слезы благодати лились сладкими ручьями из моего сердца, но я, утаив дыхание, продолжал и продолжал медитацию.

Послышался шум листвы, щебет птиц и плеск падающей воды. Бело-синие облака в моей комнате понемногу рассеялись и я ощутился на ярко-зеленой поляне, окруженной цветущими деревьями. В ста метрах от меня шипел и булькал водопад, его радужные брызги приятно увлажняли мое тело. Вернее, тело было и мое, и не мое. То разношенное локтистое тело, которым я последние полвека отталкивался от женщин и от Земли, куда-то исчезло, здесь я был облачен в тугую плоть пятнадцатилетнего юноши. На мое плечо вспорхнула яркая птичка и принялась громко радоваться жизни. Мне было понятно, о чем она и зачем. Сделалось красиво. Я погладил ее по теплой шершавой голове и засомневался: наверное, я умер или сплю? Ущипнул себя — больно, нет, вроде бы не сон, только мир вокруг весь какой-то очень красочный и добрый, как в детском мультфильме. Тут на цветущую поляну выбежали бодрые голоса и смех, а за ними — прекрасные юноши и девушки. Я их узнал — это были мои старые друзья, которые когда-то давным-давно умерли где-то там далеко-далеко, на плоской Земле…

После радостного общения с ними начались автоматические проекции моего сознания в более тонкие астральные и ментальные миры. Я куда-то летел, не ведая знаков, сердце — наголо. Тысячи людей, живших когда-то в Гиперборее, Атлантиде, Лемурии приходили и, скупо улыбаясь, тихо говорили со мной, как старые, мудрые друзья. Это были жрецы и пророки, аскеты и философы, посвященные и йоги. Нет, они не были умнее меня, но они почему-то все помнили. И с укоризной рассказывали мне о том, что я раньше пережил и познал, однако так бездарно забыл, растранжирил, промотал… Эх, какой же я все-таки… С каждой минутой погружения в молочный океан пустоты восторг и очарование переполняли меня все больше и больше. Вот уже исчезли в шипучем тумане очертания астральных городов и планет, океан звезд закружился предо мной, всасывая в гигантскую фиолетовую воронку. В центре, на самом дне магнитной воронки, ослепительно сияло белое-белое Солнце. Оно быстро росло в размерах, и по мере приближения выпуклого, как зонт, Светила, чувство вселенской любви разрывало мое по-детски маленькое сердце. Обжигающая Звезда уже закрывала полнеба — удар…

Очнулся я на полу своей комнаты. Взглянул на часы — и не поверил: с момента погружения в транс прошло четыре часа. На голове гудела, как трансформатор, большая шишка. Видимо, падая, я нечаянно ударил по белым ручкам долговязый шкаф. Но прилив радостной энергии и состояние сатори (счастья) еще долго не покидали меня. Я сел за родильный письменный стол и машинально стал что-то писать…

Бушует Тихий океан. Соленые волны, словно огромные птицы, хлопают крыльями и с криком устремляются вниз. Белым веером перьев вздымаются миллиарды капелек воды и, вспыхнув на секунду яркой радугой в лучах Солнца, вновь погружаются в бездонную пучину. Вдруг одна капелька приобрела крошечное сознание и воскликнула: «О, это я!» Рядом заискрилась другая капля и первая кричит ей: «А это — ты!» Вторая пытается ее спросить: «Что ты хочешь этим сказа…», но обе капельки сознания тут же исчезают в качающемся океане. Грохочет и горбатится бездна. Новые горы воды расцветают на Солнце павлиньими перьями брызг…

Видимый Мир — это внешнее проявление чего-то внутреннего, не поддающегося восприятию физических чувств и логического разума. Это «что-то» в индийской философии получило название «Брахма». К нему неприемлемы никакие прилагательные. О нем нельзя сказать, что Он сознательный или бессознательный, положительный или отрицательный, добрый или злой. В нем стираются все ограничения и различия, все мысли и слова, принципы и чувства.

В мифологии Брахма обычно сравнивается с океаном, а мир — с проявлением его. При таком допущении Творец (Брахма) как бы перестает быть Верховным Существом, стоящим над миром. Уже мир предстает перед нами как атрибут Всевышнего. И нашим органам восприятия становятся доступны некоторые Его проявления. Но познать Бога можно только растворившись в Нем, подобно капельке воды в безбрежном океане.








Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.