Онлайн библиотека PLAM.RU




Глава 31

САМАЯ ГЛАВНАЯ ЗАГАДКА ВТОРОЙ МИРОВОЙ

Война — мать революции, мировая война — мать мировой революции.

(В. Суворов. «Ледокол»)
1

Количество исследований, посвященных Второй мировой войне, не поддается учету. Если сложить их все в кучу, получится не то что какой-то там Монблан, целый Эверест. В этой горе немало найдется и сочинений, посвященных разного рода тайнам Второй мировой. Но все они толкуют о мелочах, главной загадки никто не разгадал. Больше того, ее никто даже не озвучил. Я делаю это первым. Итак, главная загадка Второй мировой это: ПОЧЕМУ ВООБЩЕ НАЧАЛАСЬ ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА?

Мы уже установили, что 1 сентября 1939 года началась всего-навсего германо-польская война. Она вполне могла бы таковой и остаться, не объяви три дня спустя Англия войны Германии. Но почему Англия объявила войну? Ни одна из существующих версий этого не объясняет.

Возьмем официальную советскую версию. Запад делал все, чтобы вскормить Гитлера и направить его против СССР. Хорошо, но ведь между Германией и Советским Союзом лежала эта треклятая Польша. Значит, Запад должен был подарить Гитлеру Польшу (как подарил ему Австрию и Чехословакию), чтобы он смог, наконец, приступить к выполнению своей задачи. Вместо этого, как только Гитлер двинулся в правильном направлении, Англия и Франция тут же вступили в войну с ним. Пусть эта война была «странной», пусть воевать всерьез Запад не собирался, но она отвлекала некоторое количество немецких сил и средств. Даже если бы Гитлер пошел дальше на Восток, часть сил ему пришлось бы держать на Западе, так что воевать с Россией в полную силу он не смог бы. Более того, как нам показал В. Суворов, для Германии война на два фронта была гибельной, значит, Гитлер никак не мог пойти на Восток, не разделавшись предварительно с Западом. Получается, что никакого логического объяснения поведения Англии и Франции в рамках официальной советской версии не находится.

Берем официальную западную версию. После того как Гитлер, нарушив Мюнхенские соглашения, захватил всю Чехословакию, лидеры Запада обиделись. Они верили Гитлеру, который в Мюнхене давал честное слово, что после того, как ему отдадут Судеты, у него не будет больше никаких претензий ни к одному из европейских государств. А сам взял да и хапнул остатки Чехословакии, плюнув тем самым в душу доверчивым Даладье и Чемберлену. Поняв, что честной игры с Гитлером не получится, они строго предупредили его: если позволишь себе еще какие шалости, мы тут же больно тебя отшлепаем. Ну а когда Гитлер начал шалить с Польшей, они и собрались его шлепать.

Эта версия тоже не выдерживает никакой критики. Если именно присоединение остатков Чехословакии к Третьему рейху так взволновало Англию и Францию, то и надо было «шлепать» Гитлера сразу после этого захвата. Предлог был прекрасный, не подкопаешься, возможностей у Запада разделаться с Германией тогда было не меньше, а больше, чем через полгода. Но Запад предпочел сделать Германии «последнее предупреждение». Ну ладно, предположим, что Англия и Франция действительно надеялись, что после их предупреждения Гитлер одумается и больше шалить не станет. Но почему тогда начавшаяся война стала «странной»?

По разработанным совместно штабами Польши, Франции и Англии планам наступление союзников должно было начаться на пятнадцатый день после начала мобилизации. Подчеркиваю, после начала мобилизации, а не после вступления союзников в войну, мобилизация же во Франции и Англии была объявлена 1 сентября. 15 сентября Польша еще держалась, боевые действия велись, хотя и не с прежним размахом. Снять войска с Восточного фронта и бросить их на Западный было далеко не просто. Более того, если верить друзьям Владимира Богдановича, польским историкам, в это время в вермахте «все кончилось», так что воевать ему было нечем как на Востоке, так и на Западе. Ударь в это время союзники в спину Германии (а она действительно в то время была повернута спиной к Западу), Вторая мировая кончилась бы менее чем через месяц после ее начала.

Предположим, что Англия и Франция действительно не ожидали столь быстрого и сокрушительного разгрома Польши и к 15 сентября поняли, что спасти ее невозможно. Это в какой-то мере объясняет, почему не началось активных действий на Западном фронте. Но почему тогда союзники не заключили мир с Гитлером, после того как с Польшей было покончено? Между прочим, это спасло бы от смерти миллионы поляков, о которых так заботились лидеры Запада.

Напомню, что Гитлер первоначально вовсе не ставил целью уничтожение польского государства и присоединения его земель к рейху. Он всего-навсего собирался забрать себе земли, на которых жило много немцев, а из остатков слепил бы новую Польшу. Да, это было бы марионеточное государство, намертво пристегнутое к Германии, но все же формально отдельное государство. Так что строить на его территории концлагеря и загонять туда жителей этого государства немцы не смогли бы. Посмотрим на Словакию, которая как раз и была таким марионеточным государством. Жизнь там, конечно, была не сахар, но все же Словакия не потеряла каждого шестого жителя, как Польша.

Так что если бы где-то в октябре 1939 года Англия и Франция пошли на переговоры с Гитлером, постарались выторговать для поляков как можно больше, поляки испытали бы на себе ужасы жизни в марионеточном государстве, но не испытали ужасов немецкой оккупации. А вторые ужасы гораздо ужаснее первых.

Напоследок рассмотрим версию Владимира Богдановича. Сталин создал Гитлера, вооружил его до зубов, пактом Молотова — Риббентропа дал «зеленый свет» Второй мировой, и 3 сентября 1939 года она началась. Вы уже и сами, дорогой читатель, видите, в чем тут несуразность. Откуда Сталин мог знать, что Англия и Франция вообще объявят войну Германии?

Будем рассуждать логически. На протяжении четырех лет лидеры Запада стояли перед Гитлером в позе «Чего изволите?». Все его незаконные действия они оправдывали, молча или громогласно. Они скормили ему Чехословакию, лишившись очень ценного союзника (чешская армия тогда была одной из сильнейших в Европе). А теперь из-за какой-то Польши, судьба которой их мало волнует, вдруг полезут воевать. Нонсенс.

Вот что писал об этом Уинстон Черчилль: «Когда все эти преимущества и вся эта помощь были потеряны и отброшены, Англия, ведя за собой Францию, предлагает гарантировать целостность Польши — той самой Польши, которая всего полгода назад с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении чехословацкого государства». (У. Черчилль, «Вторая мировая война», т. 1, стр. 162.)

2

Кто-то может мне возразить, что Англия и Франция были связаны с Польшей договором, так что у них просто не было выбора и пришлось вступить в войну. Как-то даже смешно это комментировать. Англия и Франция были связаны таким же, даже более сильным договором с Чехословакией, что не помешало им заявить: если чехи не согласятся на требования Гитлера, именно они будут виновны в начале войны. Что мешало им поступить точно так же и с Польшей? Напомню, что перед самым вторжением в Польшу немцы разыграли представление с радиостанцией в Глейвице, пытаясь изобразить свой удар ответом на польские бесчинства. Никто этому представлению не поверил, но это не значит, что никто и не мог поверить. Если бы у Англии и Франции возникло такое желание, они бы поверили Гитлеру, изобразили поляков кровожадными варварами, свалили на них всю вину за начавшуюся войну и продолжали бы спокойно танцевать свои фокстроты и танго.

Копаем дальше. Весной следующего, 1940 года Гитлер захватил Данию и Норвегию. Сделал он это не по своей кровожадности, а потому, что хотел обезопасить пути подвоза железной руды из Швеции через Норвегию. Это не гитлеровская пропаганда, о том, что, когда немецкие войска начали вторжение в Данию и Норвегию, в Англии уже грузился десант для захвата той же Норвегии, пишут и Черчилль, и де Голль. Ну а если бы Англия и Франция оставались нейтральными? Ясно, что датчане и норвежцы тоже не испытали бы на себе прелестей немецкой оккупации.

Ну и, наконец, в мае 1940 года начался разгром Франции. В той ситуации, которая сложилась в это время, у Гитлера и не было других вариантов действия. Затяжная война для Германии была гибельна (Владимир Богданович неоднократно подчеркивает это в своих трудах), ее экономика просто не выдержала бы длительного военного напряжения. Да и вообще, какой смысл вести дальше «странную войну»? Поэтому вермахт и двинулся на Францию.

А если бы Франция с Англией не объявили войны Германии?

3

Представьте себе такую ситуацию: завершилась германо-польская война, в которой Запад играл роль стороннего наблюдателя. Германия оттяпала себе приличный кусок территории (не важно, осталось ли что от Польши, или она целиком вошла в состав рейха), на освоение которого ей потребуется не один десяток лет. Войны у Гитлера ни с кем нет. Каковы будут его дальнейшие действия? Напасть на Францию? Задаем классический «суворовский» вопрос: а зачем?

Я уже поведал о том, что в «Майн кампф» Гитлер однозначно написал, что от Франции немцам нужно только одного, чтобы она не мешала им добывать жизненное пространство на Востоке. Франция уже который год прыгает перед Германией на задних лапках, ни в чем ей не препятствует, так какого лешего с ней связываться?

Зайдем с другой стороны. На Западе имеется линия Мажино, хорошо обученная и прекрасно вооруженная армия, британский флот (а то, что Англия выступит на стороне Франции, было несомненно, это вам не Чехословакия и не Польша, тут прямо затрагиваются британские интересы). С французами немцы воевали всю Первую мировую войну и в конце концов проиграли ее. Так стоит ли связываться с Францией именно сейчас?

А что на Востоке? В той же Первой мировой немцам удалось победить Россию. А Красная Армия не чета царской. Да и вооружены большевики наверняка слабее французов (если Гитлер, как это показал В. Суворов, ничего не знал о Красной Армии летом 1941 года, то тем более он не знал о ней ничего годом раньше). Да и почти безлюдные (по европейским меркам) просторы России гораздо лучше подходят для колонизации, чем густо заселенная Франция. Кроме того, в России есть масса природных ресурсов, в этом отношении она богаче всей Европы. Так не лучше ли сначала прибрать к рукам эти ресурсы, а уж потом продолжить решать вопросы с Европой? Так в какую сторону отправится вермахт в такой ситуации?

Ну а теперь пусть мне кто-нибудь попробует объяснить, ОТКУДА СТАЛИН ЗНАЛ В АВГУСТЕ 1939 ГОДА, ЧТО СОБЫТИЯ ПОЙДУТ ПО ТОМУ СЦЕНАРИЮ, ПО КАКОМУ ОНИ ПОШЛИ, А НЕ ПО КАКОМУ-ТО ДРУГОМУ?

Можно, конечно, предположить, что Чемберлен и Даладье были агентами Коминтерна и делали все, что приказывал им Сталин. Но такое предположение слишком смело даже для верных последователей В. Суворова. Так что остается признать: ПОДПИСЫВАЯ ПАКТ С ГИТЛЕРОМ, СТАЛИН НЕ МОГ ЗНАТЬ, ЧТО ЭТИМ ОН НАЧИНАЕТ ВТОРУЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ!

Зато об этом знал Чемберлен, когда 29 марта 1939 года дал гарантии Польше.

4

Давайте рассуждать. Когда две страны заключают между собой любой договор (о взаимопомощи, о ненападении, о торговле и т. д.), каждая из сторон не знает, будет ли другая выполнять этот договор от начала и до конца. И уж тем более об этом не знают сторонние наблюдатели. Но зато каждая из сторон прекрасно знает, БУДЕТ ЛИ ОНА САМА выполнять этот договор и насколько скрупулезно. Таким образом, в марте 1939 года о том, что в случае нападения Германии на Польшу разразится мировая война, твердо могла знать только Англия. Может, англичане надеялись, что Гитлер испугается их красивого жеста и воевать с Польшей не станет? Не смешите меня. Гитлер всеми своими предыдущими действиями доказал, что, заявив о какой-то своей цели, он в достижении нее идет до конца. Если бы англичане полагали, что они могут испугать Гитлера, почему они не стали пугать его осенью 1938 года? Нет, они тогда были твердо уверены, что Гитлер готов начать войну, поэтому и поспешили преподнести ему Чехословакию на блюдечке с голубой каемочкой. Что же изменилось теперь? Гитлер предъявил претензии Польше и заявил, что, если они не будут удовлетворены, он решит проблему военным путем. Почему же Англия могла полагать, что на этот раз Гитлер не пойдет до конца?

Впрочем, даже если бы Гитлер и не пошел до конца, это ничего не меняло, сама формулировка пресловутых гарантий была такова, что Вторая мировая война стала неизбежной.

Как писал Черчилль, гарантии эти выглядели так: «…в случае любых действий, которые будут явно угрожать независимости Польши и которым польское правительство ввиду этого сочтет жизненно важным оказать сопротивление своими национальными вооруженными силами, правительство его величества будет считать себя обязанным сразу же оказать польскому правительству всю возможную поддержку». (Черчилль, «Вторая мировая война», т. 1, с. 162.)

Принято считать, что Англия гарантировала полякам помощь в случае нападения на нее Германии. Только ведь в самих гарантиях речь идет совсем о другом. Понятно, что прямо написать «в случае агрессии со стороны Германии» было нельзя, в дипломатических документах так не пишут. Но можно было написать что-то типа «в случае нападения со стороны сопредельного государства». Но было написано именно «в случае любых действий, которые будут явно угрожать независимости Польши». Более того, к этому добавлено «и которым польское правительство ввиду этого сочтет жизненно важным оказать сопротивление своими национальными вооруженными силами». Было бы, по меньшей мере, странно, если бы немцы напали на Польшу, а польское правительство вдруг не стало оказывать им сопротивление своими вооруженными силами. Значит, речь тут идет не только о варианте нападения Германии на Польшу.

Предположим, Гитлер вдруг вообще отказался от всяких претензий к Польше. Испугался. Отменил в последний момент мобилизацию, отвел армию от польской границы и начал там строить на всякий случай укрепления. Что это, как не прямая угроза независимости Польши! Укрепления ведь строятся на второстепенных направлениях, а на главных немцы собираются, как только закончат строительство, атаковать Польшу. Польское правительство не может равнодушно смотреть на эти действия и решает оказывать им сопротивление своими вооруженными силами. Вот вам и Вторая мировая война, начавшаяся нападением Польши на Германию.

Есть и еще более интересный вариант. В начале двадцатых годов молодое польское государство оттяпало приличный кусок молодого литовского государства, включая его столицу Вильно (теперешний Вильнюс). Естественно, литовцы не признавали этого захвата, и в их конституции оставался пункт, в котором было записано, что столицей Литвы является Вильно. Вдумаемся: одно государство декларирует, что его столицей является город, находящийся на территории другого государства. Что это, как не прямая угроза целостности и независимости последнего? В марте 1938 года, сразу же после присоединения Австрии к Германии, поляки решили, что им тоже позволят заняться округлением своей территории, и предъявили ультиматум Литве. Если в 24 часа литовцы не отменят провокационный пункт своей конституции, польская армия начнет «марш на Каунас» и оккупирует Литву.

Помешал Советский Союз. Советское правительство довело до сведения поляков, что в случае вторжения польской армии в Литву оно тут же денонсирует польско-советский пакт о ненападении и оставит за собой свободу действий (что в переводе с дипломатического языка означает «врежем так, что мало не покажется»). Поскольку английское правительство тогда полякам никакой поддержки не обещало, поляки тут же отменили все свои военные приготовления (а их армия уже стояла на польско-литовской границе).

Ну а теперь предположим, что после получения гарантий от Великобритании и отказа немцев от нападения поляки вернулись к литовскому вопросу. Точно по тому же сценарию, что годом раньше. Предъявляют ультиматум, но на этот раз игнорируют позицию СССР и вторгаются в Литву. Советский Союз отвечает на это объявлением войны Польше, Англия и Франция, верные своим обязательствам, тут же объявляют войну СССР. Вот вам сценарий Второй мировой войны, в которой Германия вообще не участвует!

Теперь обратим внимание на концовку английских гарантий Польше: «Правительство его величества будет считать себя обязанным оказать польскому правительству всю возможную поддержку». Звучит красиво, где-то даже грозно, но на деле означает, что Британия оставляет за собой свободу действий. Судите сами, написано не «Великобритания», а «правительство его величества», и не «Польше», а «польскому правительству». Зачем это сделано? А затем, что когда одно государство обещает оказать всю возможную помощь другому государству, подвергнувшемуся агрессии, это означает объявление войны агрессору. По-другому такое обязательство трактовать невозможно. Когда же одно правительство обязывается оказывать всю возможную помощь другому правительству, это может означать все что угодно. Например, помочь заключить почетный мир с агрессором. Или предоставить правительству пострадавшего государства убежище на своей территории (как это и было в действительности с польским правительством). Так что нападение Германии на Польшу вовсе не означало автоматическое вступление Англии в войну.

Вот что писал по этому поводу Черчилль: «Все эти последние недели я больше всего опасался, что, несмотря на нашу гарантию, правительство его величества откажется воевать с Германией, если последняя нападет на Польшу. Нет никаких сомнений, что в то время Чемберлен уже решился на такой шаг, как ни тяжел он был для него». (Черчилль, «Вторая мировая война», т. 1, с. 183.)

5

Тут необходимо сделать отступление. Уинстона Черчилля назвать коммунистическим фальсификатором затруднительно. Дело даже не в том, что он был ярым антикоммунистом. Свои мемуары он писал в конце сороковых — начале пятидесятых годов, когда уже вовсю бушевала «холодная война», которой он сам дал начало своей знаменитой речью. Трудно также предположить, что Черчилль боялся Сталина и поэтому не мог писать всей правды о Второй мировой войне, а особенно о причинах, приведших к ней. Так что, если бы у Черчилля были хоть какие-то материалы о том, что Советский Союз хоть прямо, хоть косвенно виноват в начале Второй мировой войны, он бы их непременно привел.

В. Суворов в своих трудах Черчилля не цитирует. Причина проста: все, что писал экс-премьер Великобритании, в корне расходится с той версией, которую выдвинул Владимир Богданович.

На титульном листе первого тома красуется:

«ТЕМА ДАННОГО ТОМА: КАК НАРОДЫ, ГОВОРЯЩИЕ НА АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ, ИЗ-ЗА СВОЕГО НЕБЛАГОРАЗУМИЯ, ЛЕГКОМЫСЛИЯ И ДОБРОДУШИЯ ПОЗВОЛИЛИ ВНОВЬ ВООРУЖИТЬСЯ СИЛАМ ЗЛА».

Как видите, одна эта фраза четко указывает, кто именно создал Гитлера и кто его вооружил. Так что британские заказчики, прекрасно знающие, что мемуары Черчилля отнюдь не являются настольной книгой каждого россиянина, запретили Владимиру Богдановичу упоминать о них, дабы не навести пытливого читателя на мысль ознакомиться с данным произведением. Я же свободен от какого-либо давления, поэтому восполняю пробел и цитирую Черчилля совершенно свободно.

6

Возвращаясь к нашим рассуждениям, давайте вспомним, как развивались события после начала войны. 1 сентября в 9 часов 30 минут английское правительство направило Германии ноту, в которой предложило прекратить военные действия, причем по дипломатическим каналам немцам было сообщено, что эта нота отнюдь не является ультиматумом. Два дня длились заведомо бесплодные переговоры, и только 3 сентября в 9 часов Германии был предъявлен ультиматум. Зачем понадобился этот двухдневный промежуток? А затем, что англичане еще точно не знали, кому им лучше объявить войну!

Давайте вспомним, что у англичан имелся высокопоставленный агент в Третьем рейхе, Вильгельм Канарис. Трудно предположить, что начальник военной разведки не знал о содержании секретных протоколов к пакту Молотова — Риббентропа. Значит, англичане тоже знали, что СССР собирается оторвать себе кусочек от Польши. Каким образом? Владимир Богданович пишет: «Гитлер начал войну против Польши, а Сталин объявил, что его войска еще не готовы. Он мог бы об этом сказать Риббентропу перед подписанием договора, но он этого не сделал. Гитлер начал войну и оказался в одиночестве». («Ледокол». Гл. 5.) В том варианте секретных протоколов, который стал известен после войны, нет ни слова о том, что СССР обязуется напасть на Польшу сразу после нападения Германии. Нет об этом речи в других сохранившихся документах, в воспоминаниях сподвижников Гитлера или его военачальников (и тех, что не были повешены, и тех, что были). Так что откуда стало известно В. Суворову, что Сталин непременно должен был ввести войска в Польшу числа первого-второго, не ясно. Наверное, из Англии виднее. Но тогда становится понятно, что и в 1939 году англичане могли быть уверены, что вслед за нападением Германии последует и нападение СССР. А это открывало для них массу интересных вариантов.

Например, заявить, что большевизм гораздо опаснее фашизма, и объявить крестовый поход против него.

7

Тут опять нужно вспомнить о провокации, которая послужила предлогом для нападения Германии на Польшу, о знаменитой радиостанции в Глейвице. Полутора годами раньше, когда Гитлер собирался начать войну с Чехословакией из-за Судет, никаких провокаций на чешско-германской границе не было, они даже не планировались. Полутора годами позже, когда Гитлер напал на СССР, обвинив его в подготовке агрессии, провокаций на советско-германской границе тоже не было. А вот перед нападением на Польшу Гитлер почему-то озаботился созданием предлога.

Более того, провокация эта была выполнена столь топорно, что становится понятным, готовилась она впопыхах, явно в последний момент. Но ведь план нападения на Польшу разрабатывался с апреля 1939 года. Понятно, Гитлер собирался напасть на Польшу безо всяких предлогов, но в последний момент вдруг дал команду такой предлог ему предоставить. Зачем?

А давайте предположим, что англичане намекнули Гитлеру (не по дипломатическим каналам, а хотя бы через того же Канариса), что, если немцы дадут им хоть какую-то зацепку, чтобы уклониться от выполнения обязательств Польше, они, возможно, объявлять войну Германии и не станут.

Представим, что 1 или 2 сентября в Польшу вошла Красная Армия. Британское правительство тут же заявляет, что Германия, в ответ на ноту от 1 сентября, предоставила Англии убедительные сведения о том, что Польша сама собиралась на нее напасть, даже уже начала агрессивные действия и захватила радиостанцию на немецкой территории. Так что Германии войну объявлять не стоит. А вот СССР совершил акт неспровоцированной агрессии, так что с ним Британия будет воевать до победного конца. Германия, в ответ на столь дружественный жест, покончив с Польшей, тут же обрушивается всей мощью на Советский Союз. Причем горючее и боеприпасы в самый ответственный момент у вермахта не кончаются, потому как текут широкой рекой из Англии и Франции.

Слишком фантастический вариант? Может быть и так, но полностью исключать его я бы не стал. Потому как он прекрасно объясняет двухдневное молчание Лондона, да и вообще всю возню британской дипломатии вокруг Польши.

Однако неясным остается главный вопрос, почему все же Англия объявила Гитлеру войну. Ответ на него предельно прост: из-за пакта Молотова — Риббентропа.

Так что же, этот пресловутый пакт действительно зажег «зеленый свет» перед локомотивом Второй мировой войны? Нет, он всего лишь перевел перед ним стрелку.






Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.