Онлайн библиотека PLAM.RU




Эмиссары имперской безопасности

К Московскому железнодорожному узлу проявлял повышенный интерес не только Абвер, но и соперничавший с ним орган — ведомство Шелленберга, являвшегося начальником 6-го управления Главного управления имперской безопасности фашистской Германии.

Так, в ночь с 20 на 21 июня 1943 года в районе Егорьевска Московской области были сброшены на парашютах агенты германской разведки Северов и Жилин, которые сразу же после приземления явились в органы советской контрразведки.

Северов оказался советским гражданином, внедренным по заданию органов госбезопасности в фашистскую разведку, а Жилин — немецким кадровым разведчиком с довоенным стажем практической шпионской работы, завербованным Северовым для работы на советскую разведку во время их совместного пребывания в разведывательной школе «Цеппелин-Норд».

Желая быстрейшего направления в Союз, Северов и Жилин заявили руководству разведоргана немцев о возможности вербовки родственника Северова, занимавшего якобы ответственный пост в НКПС. Их план был одобрен высшей инстанцией гитлеровской разведки, и обоих агентов вызвали в Берлин. Там они прошли специальную подготовку, а затем были переброшены на самолете в район Москвы.

Северов и Жилин подробно рассказали о всех особенностях и структуре известных им органов германской разведки и СД (служба безопасности), доставили 18 фотографий официальных сотрудников и агентов германской разведки, 9 оттисков печатей и штампов, используемых фашистской разведкой, образцы подписей руководящих работников разведки, а также сообщили данные о 130 агентах, подготовляемых гитлеровцами для заброски и уже частично заброшенных на советскую территорию.

От германской разведки они получили задание: осесть в Москве, разыскать и завербовать ответственного работника НКПС Л. и через него собрать подробные данные о железнодорожном транспорте Советского Союза. Кроме того, они должны были информировать о политическом и экономическом положении в СССР, о состоянии московских промышленных предприятий, о выпускаемой ими продукции и т. д. Разведчики были снабжены портативной коротковолновой рацией, действовавшей от переменного тока электросети и ручной динамо-машины, советскими деньгами в сумме 100 тысяч рублей, фиктивными документами военного и гражданского образца, десятью пистолетами различных систем и патронами к ним, географическими картами районов Москвы и другим снаряжением. Срок их пребывания на советской территории ограничивался полутора — двумя месяцами, после чего они должны были вернуться через линию фронта, предварительно согласовав этот вопрос по радио с отделом ЦЕТ-6 в Берлине.

Учитывая особый интерес фашистов к Московскому железнодорожному узлу, было решено начать радиоигру, которой дали условное наименование «Загадка».

Перед советской контрразведкой стояли две задачи: дезинформация противника и вызов на советскую сторону наиболее опытных фашистских агентов. В качестве радиста в игре использовался Жилин, В первой радиограмме было сообщено, что агентам удалось устроиться в Москве, но что Л., которого намечали завербовать, переведен на работу в Тбилиси. В связи с этим было высказано предположение о целесообразности поездки разведчиков в Грузию для привлечения к разведывательной работе Л., а, возможно, и его московских связей в НКПС. Противник согласился на поездку Северова в Грузию, а Жилину предложил оставаться на месте. По возвращении Северова из Тбилиси в Москву фашистам доложили о результатах его «поездки».

«С. вернулся из Тбилиси. Л. не верит в победу Германии, но убежден в изменениях в России под влиянием союзников после войны, поэтому С. отрекомендовался как представитель разведки союзников. Л. согласился работать на союзников с условием гарантии свободного проживания за границей после войны или в случае опасности и получения денег в устойчивой валюте (долларах). Л. очень озлоблен переводом в Тбилиси. Через свои связи добивается возвращения в Москву. Убежден, что это удастся. Нам нужны доллары, советские деньги, документы, запасные лампы для рации. Сообщите, когда ждать посылку, а мы укажем удобный адрес».

В ответ на это противник 24 октября 1943 года радировал;

«Нужные вам вещи пришлем в ближайшую неделю. Укажите точно, какие документы и куда сбросить. Просим сообщить подробные сведения о положении в Москве и Тбилиси».

Спустя некоторое время противнику ответили, что необходима срочная помощь, так как «заболел» Жилин, а Северову трудно работать одному, кроме того, в Москву приехал Л., который подтвердил свое согласие работать на союзников, а поэтому ему нужно прислать американский паспорт.

Сначала немецкая разведка дважды пыталась сбросить посылку на парашюте, но плохая погода помешала осуществлению ее намерений. Наконец, 29 февраля 1944 года гитлеровцы сообщили:

«Посылка прибудет с Гаммером. Точное время сообщим».

31 марта самолет сбросил в условленном месте сотрудника СД Гаммера, который и был там арестован. Немецкие разведчики прислали с Гаммером радиостанцию, оружие, чистые бланки фиктивных документов, штампы и печати, военную и гражданскую одежду, 500 тысяч рублей и 5 тысяч долларов, предназначенных для осуществления вербовки. Но американского паспорта не обнаружили. Выяснили, что Гаммер получил указание работать под руководством Жилина и Северова. Американский паспорт для Л. не выслан, потому что подделку паспорта легко обнаружить, так как фотография на нем прикрепляется механическим способом и должен иметься отпечаток пальца, но при необходимости Л. вышлют английский паспорт или вывезут его из Советского Союза на самолете.

После уведомления о благополучном прибытии Гам-мера и получения посылки немецкой разведке сообщили о состоявшейся «вербовке» Л.

«С Л. о работе договорились. Вербовал Северов от имени американцев. Вручил Л. 5 тысяч долларов и 20 тысяч рублей. На его вопрос о документах ответил, что паспорт он получит при необходимости бегства из СССР. Вначале Л. отнесся к этому с большим недоверием, но доллары и рубли сделали свое дело».

24 апреля 1944 года немецкая разведка сообщила о своем намерении вывезти на самолете за линию фронта Жилина для доклада о работе и попросила найти хорошую посадочную площадку. Перед советской контрразведкой встала задача, как и каким образом провести операцию по захвату самолета.

В районе Егорьевска была найдена и оборудована площадка, а немецкому разведоргану сообщены ее координаты. Однако он стал затягивать практическое осуществление своих намерений и перешел на пассивный радиообмен, оставляя ряд вопросов агентов без ответа. Чтобы вынудить фашистскую разведку ускорить посылку самолета, была легендирована реальная возможность получения серьезных шпионских материалов о планах советского командования, имеющих стратегическое значение. Для выполнения намеченных мероприятий по захвату самолета 15 июля 1944 года была передана следующая радиограмма:

«У Л. есть план воинских перевозок на июль, август, сентябрь, по которому можно определить направление потока военных грузов, их характер и размеры, основные перевозки войск и т. д. После долгих разговоров Л. согласился, чтобы мы в его присутствии сфотографировали эти материалы, но с условием вручения ему 15 тысяч долларов наличными и чека на 15 тысяч долларов в один из американских банков. План у Л. будет находиться до 19 июля, 20-го утром он должен возвратить его руководству, и больше такой возможности может не представиться. Л. сказал, что по этому плану уже сейчас полным ходом идут работы. Немедленно пришлите нам доллары, чек, фотоаппарат для фотографирования документов, химикалии, пленки, тогда план будет в наших руках. Сбрасывайте там же, где сбросили Гаммера. Сообщите время и сигналы. Ждем вашего решения. Слушаем вас в 19 часов».

Как и следовало ожидать, это сообщение заинтересовало. В тот же день пришел ответ:

«Все затребованное было сегодня заказано в Берлине. Мы крайне заинтересованы».

А в ночь с 19 на 20 июля 1944 года был сброшен на парашюте связник Закорлюк, которого сразу же после приземления задержали. Закорлюк получил задание доставить разведчикам посылку, после чего выехать в Ярославль для выполнения другого поручения. В посылке оказались: 50 тысяч рублей, затребованный чек на 15 тысяч долларов, 5 тысяч фунтов стерлингов, чистые бланки фиктивных документов, фотоаппарат и письмо для агентов.

Подтвердив получение посылки, противнику сообщили, что материал сфотографирован, и проба при проявлении дала положительный результат. Одновременно запросили, как поступить с человеком, доставившим посылку. Разведывательный орган дал указание отпустить его для выполнения другого задания.

В ночь с 14 на 15 августа 1944 года немецкие разведчики посадили свой самолет на площадку в районе Егорьевска, чтобы вывезти агента Жилина и добытые им фотокопии документов.

Планируя захват самолета, руководивший операцией заместитель начальника Главного управления «Смерш» приказал устроить траншеи-ловушки по типу тех, которые были применены в Калмыкии при захвате четырехмоторного Ю-290 (об этом будет рассказано дальше — Д.Т.). Расчет был на то, что самолет, застряв колесами в траншее, не сможет взлететь. Но на сей раз операция не удалась. Благодаря специальному устройству шасси, самолет благополучно проскочил по траншеям, а затем, усмотрев опасность, тут же взлетел и ушел на Запад.

Поэтому, чтобы рассеять возникшие у фашистов подозрения, легендировалось бегство агентов из Москвы по маршруту Рязань — Ряжск, Мичуринск — Воронеж.

17 августа 1944 года из Рязани было передано: «Находимся в Рязани. После приземления самолета мы услышали крики и были обстреляны. Самолет, вместо того, чтобы поддержать нас огнем, продолжал освещать прожектором. Потом пустил ракету, дал две очереди и улетел. Мы не думали, что из-за нескольких выстрелов нас бросят. Почему не было автоматчиков? Мы же просили их взять. Предполагаем, что нас могли выследить во время долгого ожидания самолета. Гаммср пропал. Возможно, захвачен. Я легко ранен в руку. Динамо-машину, одежду, погоны, газеты, литературу, личные вещи бросили. Уходим на юг, так как боимся оставаться близко от Москвы. Из-за отсутствия динамо-машины вынуждены работать в городах, что без надежных документов крайне опасно. Постараемся доставить фотодокументы сами, хотя бы для того, чтобы доказать их ценность. Просим прислать бланки красноармейских книжек, справки о нахождении в госпитале после ранения или контузии и направлении в запасной полк, требования для поездок по железной дороге, продовольственные аттестаты, красноармейское обмундирование, несколько аккуратно вскрытых русских индивидуальных пакетов и клей для упаковки материалов. Намереваемся проникнуть в части и перейти фронт. Ответ ждем в 17 часов или в крайнем случае завтра в десять часов, так как долго оставаться здесь не можем. Вместе с позывными сообщите, есть ли радиограммы, тогда вступим в связь. Измените позывные, частоту волн и время. Шифруйте радиограммы нашим запасным шифром. Мы тоже будем шифровать. Прилетел ли самолет и нет ли жертв среди экипажа?».

21 августа 1944 года установили связь из Ряжска. От него была получена следующая радиограмма:

«Признательны за осторожность и наблюдательность. Хотим сбросить документы, деньги, рацию, продукты. Какие документы? Что еще? Назовите место сброски».

Позднее немцы подтвердили свое намерение забрать агентов и 30 августа 1944 года сообщили:

«Есть два варианта: или мы вам сначала окажем помощь или сразу же заберем, без оказания помощи. В любом случае вы должны попытаться всеми средствами продвинуться вперед, то есть пройти приблизительно 250 км к северо-западу, иначе мы не сможем вам помочь. Для посадки самолета наиболее удобный район — от Орла до Смоленска. Подыщите площадку, размеры те же. Если потребуется немедленная помощь, выбирайте место сброски, но не восточнее Орла. Привет».

12 сентября 1944 года была получена посылка, содержащая около 100 тысяч рублей, фиктивные документы, радиостанцию, оружие, патроны, гранаты, обмундирование, продукты питания и другие вещи. Было ясно, что германская разведка продолжает доверять агентам.

Воспользовавшись тем, что последняя посылка была сброшена в стороне от условленного места, гитлеровцам сообщили, что она не найдена. И получили ответ, что сбросят другую посылку, и предложил выехать для этого в Брянск. Однако из-за нелетной погоды сброска снова затянулась. Только с 3 на 4 февраля 1945 года немцам удалось осуществить задуманное и с самолета в районе Смоленска сбросить 5 тюков. 3 них оказалось около 95 тысяч рублей, оружие, фиктивные документы, две радиостанции и продукты питания. Одновременно с этим агенты получили приказ направиться в Москву и ждать указаний по дальнейшей работе. Однако указания поступили только 7 апреля 1945 года и сводились в основном к требованиям передавать сведения военно-разведывательного характера и, в первую очередь, о подготовке новых наступательных операций Советской Армии. Вскоре радиоцентр противника, видимо, в связи с приближающимся окончанием войны прекратил свою работу, и радиоигра «Загадка» была закончена.









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.