Онлайн библиотека PLAM.RU




Операция «Римская цифра два»

23 мая 1944 года в калмыцких степях в районе поселка Утта приземлился четырехмоторный самолет Ю-290. Он высадил отряд диверсантов в количестве 24 человек под командой капитана немецкой армии Кваста. К месту посадки были срочно вызваны истребительная авиация и вооруженные оперативные группы. Завязался бой, во время которого удалось поджечь вражеский самолет. При перестрелке 4 диверсанта и 3 военнослужащих немецкой армии из состава экипажа были убиты, а остальные взяты в плен.

Следствием по делу захваченных диверсантов было установлено, что отряд Кваста имел задание создать в калмыцких степях базы для намеченных к переброске воздушным путем 36 эскадронов калмыцкого корпуса доктора Долля и подготовить посадочные площадки для самолетов, организовать радиоцентр для приема сообщений от агентурных радиостанций германской разведки малой мощности, действовавших в восточных районах Советского Союза. Противник рассчитывал на то, что корпус Долля, опираясь на антисоветские элементы, сможет поднять восстание. Отряд Кваста был снабжен мощной радиоаппаратурой, оружием, картами Калмыкии, аэродромными фонарями, фиктивными документами и бланками, запасом продовольствия. Пулеметы, винтовки, автоматы, боеприпасы, деньги и обмундирование противник намеревался доставить 27 мая 1944 года вторым рейсом самолета Ю-290.

В день приземления первого самолета отряд диверсантов после неудачных попыток установить двустороннюю радиосвязь с германской разведкой передал вслепую радиограмму. Она согласно договоренности Кваста с немецким разведцентром, должна была свидетельствовать] о благополучной высадке десанта. С наступлением темноты самолет должен был возвратиться в Румынию. Радист немецкого самолета показал, что Ю-290 во время полета, боясь пеленгации советской радиоконтрразведкой, связь со своей базой не поддерживал, поэтому германская разведка никаких сведений о судьбе самолета и диверсантов не имеет.

Все это позволило принять решение о начале радиоигры и проводить ее от имени захваченных диверсантов и членов экипажа самолета.

Однако возникли два серьезных вопроса: кого привлечь для работы на рации — радистов диверсионного отряда или радиста экипажа самолета? Не рискованно ли использовать в радиоигре официального сотрудника германской разведки Кваста?

Тщательно обсудив первый вопрос и проанализировав материалы следствия, приняли решение привлечь радиста экипажа старшего лейтенанта германской армии Гансена.

Это решение обосновывалось тем, что радистам отряда диверсантов Осетрову и Мусину разведывательный орган противника давал специальные рекомендации по радиосвязи. И хотя на допросе они заявили, что никаких условных паролей на случай провала у них нет, поверить им было рискованно, тем более на следствии они вели себя неискренне. Гансен, не имея других заданий гитлеровской разведки, никакого пароля на случай провала не получал, поэтому использовать его в качестве радиста можно было без особых опасений. К тому же к Гансену, офицеру германской армии, подданному Германии, сыну владельца торговой фирмы колониальными товарами в Гамбурге, противник должен был отнестись с большим доверием. Участие Гансена оказало положительное моральное воздействие и на руководителя отряда Кваста.

После соответствующей обработки Кваст и Гансен включились в радиоигру, получившую условное название «Арийцы». Радиоигру начали 29 мая 1944 года из поселка Яшкуль.

Кваст и Гансен находились в специально охраняемом помещении. Во время сеансов связи велось тщательное наблюдение за работой радиста, который был предупрежден, что в случае передачи сигналов о провале (открытым текстом или международным знаком) он будет привлечен к ответственности по советским законам военного времени.

30 мая 1944 года противник получил первую радиограмму:

«В 4.55 по московскому времени — посадка. 3 12.40 — атака русских истребителей. Ю. — уничтожен. Необходимое снаряжение спасли. Нет воды и продуктов. 7 человек убиты, в том числе радист Мусин, лейтенант Вагнер, обер-фельдфебель Миллер. Осетров ранен. Находимся в районе Яшкуль. Обстановка благоприятная, связались с партизанами, охрана обеспечена. Разведка калмыков узнала, что посадку Ю. заметили русские и прислали истребитель. Ошибка Ю. — посадка совершалась днем и была очень длительной, надо садиться ночью. Площадку готовим. До полного выяснения обстановки активных мер не принимайте. Слушаю вас по плану. Прошу указаний.

Кваст».

Несмотря на предупреждение Кваста, в первую же ночь над указанным районом нахождения отряда появился вражеский самолет Ю-252 и в течение часа кружился, подавая световые сигналы. Считая, что самолет был специально направлен фашистской разведкой для обследования района и проверки правильности полученного от отряда сообщения, советские контрразведчики не приняли никаких мер к уничтожению вражеского самолета. Это должно было убедить противника в том, что отрад Кваста действительно перебазировался в другое место и органами советской контрразведки не используется. Полученные на другой день радиограммы подтвердили это предположение. Вот их содержание:

«Для Кваста. Поздравляем. Принимаем меры для развития операции. Исполним указания, которые ожидаем от вас. Операция «Римская цифра II» готовится. Сообщите начало операции.

(Начальник органа».)

«Ночью 30 мая у вас был Ю-252 для помощи. Вас не нашел. Собственные имена и названия местности необходимо шифровать два раза. С этого момента только нормальные часы связи. Вскоре подбросим радистов. Всем привет. Ни пуха ни пера!

(Капитан».)

Операция «Римская цифра II» означала переброску в калмыцкие степи вооруженного калмыцкого корпуса. Завязка, таким образом, получалась весьма интересной. Продолжая сообщать о благоприятных условиях для развития операции, наши контрразведчики дали знать противнику, что отряд установил связь с пятью мелкими бандитскими группами и бандой Огдонова, действовавшей в степях, указал точное месторасположение отрада Кваста и потребовал помощь. В радиограмме немцам говорилось:

«Благодарю за поздравление. Желательно, чтобы вы прислали радистов Захарова, Блока, Косарева, Майлера. Сложные условия связи требуют присылки наиболее квалифицированных радистов. Осетров ранен в живот, находится без сознания, безнадежен.

Разведка встретила 5 мелких «партизанских отрядов» без боеприпасов. Огдонов имеет 85 плохо вооруженных всадников. Не мог собрать вокруг себя мелкие группы. Необходимо авторитетное руководство. Первым самолетом пришлите продукты, деньги, два комплекта посадочных фонарей, боеприпасы, оружие, радистов. Когда ждать самолет? Лагерь — в шести километрах северо-восточнее Бор-Цари в разрушенных постройках, рядом площадка.

(Кваст».)

Получив подробные данные о посадочной площадке и сигнальных огнях, 9 июня 1944 года противник прислал радиограмму:

«Самолет прилетит, вероятно, в ночь на 11 июня. Посадка — при соответствующем обозначении площадки. Опознавательный знак и окончательное решение последуют.

(Капитан».)

Днем 11 июня Арийцы получили сообщение об опознавательном знаке и предупреждение:

«Самолет ожидайте сегодня ночью».

И действительно в ночь на 12 июня 1944 года над указанным местом появился четырехмоторный самолет Ю-290. После обмена условными сигналами с самолета было сброшено на парашютах 5 агентов и 20 тюков груза. Затем, сделав заход, он пошел на посадку, чтобы принять на борт экипаж сгоревшего самолета. Сев на площадку-ловушку, самолет попал колесами шасси в замаскированные ямы. Обнаружив западню, экипаж самолета открыл стрельбу из орудий и пулеметов. Оперативная группа ответила пулеметным огнем. Вскоре самолет загорелся от ручной гранаты, брошенной одним из советских контрразведчиков. Сгорели правая часть самолета, два мотора, а также оставшийся в нем груз. Парашютист-радист Сампилов разбился при приземлении, остальные члены экипажа и сброшенные парашютисты были захвачены. На другой день в германский разведывательный орган была послана радиограмма: «Машина не прибыла. Почему? Кваст», Потеря второго самолета Ю-290 очевидно, заставила противника задуматься над вопросом: не работает ли от имени Кваста советская контрразведка. Чтобы проверить свои подозрения немцы передали радиограмму, на которую ответить мог только Кваст. Вот ее текст:

«Немедленно составьте новый шифровальный лозунг из 31 буквы: имя вашей дочери, имя сына, первая К., место нахождения вашего отца, написанное с ТЦ, фамилия унтер-офицера в школе, еще раз имя вашей дочери.

(Капитан».)

Сотрудники германского разведывательного органа считали, что без участия Кваста советским контрразведчикам не удастся составить новый шифровальный лозунг. В Квасте же они были уверены и исключали возможность использования его в игре.

Доверие было восстановлено, и радиоигра продолжалась. Германский разведывательный орган радировал: «Машина не вернулась. Очевидно, несчастный случай. Не исключена возможность пленения экипажа. На допросе может быть выдано ваше расположение и цель прилета. Предлагаю скорее передислоцироваться с помощью Огдокова, присутствие которого к тому же поднимает дух у людей. После сообщения о прибытии на новое место получите дальнейшие указания. Майор».

В германский разведорган посылались радиограммы с требованиями ускорить присылку обещанного груза. Но вместо оказания немедленной помощи немцы продолжали высказывать сочувствие Квасту, успокаивали агентов и просили держаться во что бы то ни стало. Можно было предположить, что фашисты боялись посылать новый самолет, да и в успех операции уже мало верили.

Чтобы выяснить, намерены ли они прислать немедленную помощь, радировали:

«Начальнику центра. Положение очень тяжелое. Отряд Огдонова разбит, калмыки отказывают нам в помощи. Вынуждены, согласно договоренности, пробиться к повстанцам на Кавказ, а оттуда через Турцию, возможно, в Румынию. Больных и раненых вынужден оставить у калмыков, которым объясню, что направляюсь в Германию, чтобы лично добиться помощи. Прошу прислать ответ в течение 3 дней, так как больше ждать не могу.

(Кваст».)

Предложение «Кваста» приняли. 18 августа 1944 года наша контрразведка сообщила легенду об уничтожении отряда Кваста войсками НКВД.

«Сегодня юго-западнее Бергина произошла стычка с отрядом НКВД. Мы без боеприпасов, спаслись только на конях. Мучает жажда и голод. В случае гибели позаботьтесь о наших семьях.

(Кваст».)

А через день с «маршрута» следования отряда Кваста противнику послали сообщение:

«Начальнику центра. Калмыки изменили, мы остались одни без боеприпасов, продуктов и воды. Гибель неизбежна. Предотвратить ничего не можем. Свой долг мы выполнили до конца.

(Кваст».)

20 августа передача радиограмм была умышленно прервана, чтобы дать понять противнику, что с отрядом Кваста что-то случилось. Радиоигра закончилась.









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.