Онлайн библиотека PLAM.RU




9. Перестройка народного хозяйства страны в ходе Великой Отечественной войны

О перестройке народного хозяйства во время ВОВ в советское время говорилось много, но не конкретно и политизированно. В 90-е годы в специализированных малотиражных источниках и мемуарах занавес приоткрылся, но существо вопроса не являлось достоянием широких масс и стало забываться на фоне общих проблем войны. А между тем без этой перестройки не было бы и победы. Перестройка такого масштаба являлась невиданным в истории событием и представляла собой синтез целеустремленности, железной воли, глубоких знаний существа вопроса, умелого подбора кадров и беспрецедентного героизма исполнителей.

Составление военного народно-хозяйственного плана в самые первые дни ВОВ было поручено первому заместителю председателю СНК СССР Н. А. Вознесенскому.

К началу ВОВ военный потенциал Германии превосходил советский примерно в 2 раза [26]. Кроме этого за первый месяц войны СССР потерял, как было отмечено выше, 75 % имеющегося вооружения и до 80 % действующих оборонных предприятий. Поэтому для противодействия Германии необходимы были экстраординарные мероприятия.

Первым, подлежащим решению вопросом, была эвакуация. Учрежденный совет по эвакуации планировал порядок и очередность перемещения людских контингентов и материальных ценностей, устанавливал сроки формирования эшелонов, а также руководил выгрузкой их в восточных районах страны (Поволжье, Урал, Казахстан, Западная и Восточная Сибирь, Средняя Азия). Согласно постановлению ЦК ВПКП(б) и СНК от 27 июня 1941 г., эвакуации подлежали производящие предприятия и в первую очередь оборонной промышленности. Постановления Совета по эвакуации, утвержденные правительством, были обязательны для хозяйственных руководителей, партийных и советских органов, военных советов фронтов, прикрывающих эвакуацию, а также для начальников военных округов в месте эвакуации. В первое время функционирования Совет по эвакуации неоднократно реформировался и по состоянию на 16 июля 1941 г. в него входили: Н. М. Шверник (председатель), А. Н. Косыгин, М. Г. Первухин (заместитель председателя), А. И. Микоян, М. З. Сабуров, Л. М. Каганович. Эвакуации, проводившейся с июня по ноябрь 1941 г., подлежало 1523 предприятия оборонного профиля (в том числе 1380 крупных). Проводилась она железнодорожным (свыше 10 млн. человек) и водным (до 2 млн. человек) транспортом, для чего потребовалось свыше 1,5 млн. железнодорожных вагонов и тысячи барж и буксиров. Всего же за это время было эвакуировано2593 промышленных предприятий. При этом, намеченные планом передислокации оборонной промышленности на восток были осуществлены в невиданных до сих пор масштабах и в кратчайшие сроки: 85 % всех необходимых предприятий были эвакуированы без потерь, развернуты и через полтора-два месяца начали выдавать продукцию. Не эвакуированными остались некоторые предприятия Москвы, Ленинграда, Горького, которые либо продолжали выпускать оборонную промышленность, либо были перепрофилированы на ремонт оружия и военной техники.

Летом 1942 г., в связи с новым наступлением германских войск, была осуществлена эвакуация из Ворошиловоградской, Ростовской, Курской, Воронежской областей, Кубанского и Ставропольского краев, автономных республик Северного Кавказа и Закавказья. Было эвакуировано 150 крупных предприятий и около 8 млн. человек. В дальнейшем, ввиду острой нехватки оружия более тысячи тыловых заводов гражданской продукции были перепрофилированы на выпуск оружия и военной техники. Наиболее простым оказалось приспособление тракторных заводов к выпуску танков и другой бронетехники: уже в четвертом квартале 1941 г. их выпуск вдвое превосходил довоенный. Однако увеличение роста выпускаемой продукции обусловило возникновение новых проблем: потребовалось увеличение поставок черной и цветной металлургии, продукции общего машиностроения, химической промышленности, топлива и электроэнергии. Исключительно сложной проблемой оказалось налаживание проката стали и изготовление брони, что удалось освоить на Магнитогорском металлургическом комбинате. Не менее сложной оказалась и организация строительства самолетов, для чего пришлось построить пять заводов цветной металлургии и несколько новых цехов на имеющихся заводах. Топливная проблема вначале была решена за счет ресурсов Кузбасса, Урала и Караганды, где были построены новые шахты и созданы нефтяные промыслы.

Решение возникающих проблем в сочетании с жестким требованием дальнейшего наращивания выпуска военной продукции привело к возникновению новых проблем: недостатка электроэнергии, станочного парка и продукции общего машиностроения. Для решения проблемы электроснабжения в 1942–1943 г. г. была проведена капитальная реконструкция имеющихся на востоке страны электростанций, введены в строй новые мощности (в Новосибирске, Караганде и др.), а также на ряде предприятий построены свои небольшие электростанции. При этом пришлось создать дополнительные производственные мощности для постройки крупногабаритных котлов и изготовления среднего и мелкого электрооборудования. В результате перечисленных мероприятий мощность электростанций Урала и Западной Сибири увеличилась в два раза и в 1943–1945 г. г. была не менее чем по западную сторону Уральского хребта.

Пришлось строить также станкостроительные заводы и заводы общего машиностроения. К середине 1942 г. продукцию выдавали 850 вновь построенных заводов, отдельных цехов, шахт, электростанций, доменных и мартеновских печей, прокатных станов [26].

В 1942 г. основной задачей нового индустриального района стало снижение трудоемкости и себестоимости продукции, что достигалось совершенствованием организации производства, внедрением новых технологий, изобретений и рацпредложений, организации кооперации, применения поточных методов и модульных принципов изготовления продукции. Задача эта была успешно решена. Особенно высокие показатели были достигнуты в системах НКАП, где за время войны трудоемкость постройки самолетов МиГ-2 была снижена более чем в 2,5 раза, По-2 — вдвое, Ил-2 — в 5 раз. В целом же в оборонной промышленности за указанный срок производительность труда повысилась на 121 %, а себестоимость — уменьшилась вдвое.

На 1943 г перед отечественной оборонной промышленностью была поставлена новая задача: превзойти Германию по количеству и качеству выпускаемой военной продукции. Эта задача также была решена, поскольку уровень поставок оборонной промышленности СССР увеличился с начала войны в 4,3 раза, а Германии — только в 2,3 раза. 1943 г. был годом перевооружения РККА и РККФ: появились модернизированные танки и самолеты, САУ, реактивные установки «Андрюша», усовершенствовалась «технология» переправ через водные рубежи. В войска ПВО, на самолеты и корабли начали поступать радиолокационные станции. Доля новых образцов вооружения составила: по стрелковому вооружению — 42,3 %, по артиллерии — 83 %, по бронетанковой технике — более 80 %, по авиационным средствам — 67 %; полностью удовлетворились запросы вооруженных сил в части всех видов боеприпасов.

Исключительное внимание во время войны в нашей стране было уделено развитию новой военной техники, к разработке которой были привлечены НИИ, как АН СССР, так и оборонных Наркоматов. Интенсивно развивались оптика, радиолокация, гидроакустика и другие направления неконтактной техники, производящей обнаружение, классификацию и целеуказание воздушных, надводных и подводных целей. В создании новой техники особую роль сыграл НИИ-20 НКРТП. Еще с довоенного периода в СССР бурно развивалась реактивная техника. С весны 1943 г. работы в этой области велись Государственным Институтом реактивной техники: разрабатывались новые реактивные снаряды, пусковые установки для них, реактивные двигатели для самолетов, а также самолеты-снаряды. В 1942 г. под руководством И. В. Курчатова началась строго засекреченная работа по разработке атомного оружия, а в 1943 г. был учрежден Институт АН СССР по атомной энергетике. 1944 г. был не только годом максимальных поставок вооружения, но и пересмотра прежних планов — представилось возможным уменьшить поставки артиллерийского вооружения: 50 мм и 82 мм минометов, 45 мм пушек и их боезапаса и т. п. На 1 января 1945 г. РККА имела 11 тыс. танков и САУ, 91,4 тыс. орудий и минометов, 14,6 тыс. боевых самолетов. По количеству танков и САУ советские войска превосходили германские в 2,8 раза, по артиллерии и минометам в 3,2 раза, по боевым самолетам в 7,3 раза. Средний вес залпа стрелковой дивизии составил в 1941 г. –48 кг, а в декабре 1944 г. — 1589 кг, т. е. в 32 раза больше. Еще убедительнее показатель среднесуточного веса расходуемого советской стороной боезапаса: во время битвы за Москву (0,7–1,0 тыс. тонн), за Берлин (20–30 тыс. тонн).

Огромная работа была проделана за войну в направлении развития судостроительной промышленности. Почти все заводы речного судостроения были приспособлены для нужд военного кораблестроения. В блокадном Ленинграде и в Горьком (на заводе в Сормово) ни на один день не прекращалось строительство кораблей. За войну было достроено и построено 2 легких крейсера, лидер, 17 эскадренных миноносцев, 2 сторожевых корабля, 10 больших, 27 средних и 20 малых подводных лодок, 2 монитора, 23 больших охотника за подводными лодками, 3 сетевых заградителя, 96 противоминных кораблей, 677 боевых катеров (в том числе несколько принципиально нового типа — с реактивным вооружением), 377 катеров-тральщиков, 2 спасателя, 4 вспомогательных судна, 301 десантно-высадочное средство и 170 барж, лихтеров и шаланд. Кроме того, под боевые корабли и катера было переоборудовано около 1000 мобилизованных судов водоизмещением от 10 до 1000 т.

Свыше 99 % всех работ по эвакуации, развертыванию мощных индустриальных регионов и изготовление продукции были выполнены советской стороной практически без помощи извне. Исключением является лишь закупка партии станков в Англии. Об этом свидетельствует в частности величина золотого запаса к моменту окончания войны: 2050 тонн.

К сожалению, строгая засекреченность, острый недостаток времени и преждевременная (1950 г.) смерть человека, возглавлявшего планирование передислокации промышленности А. Н. Вознесенского, не позволили до сих пор выявить тот математический аппарат, который использовался при решении задач перестройки отечественного народного хозяйства. В тоже время построение, разработка и приложение математических моделей для нахождения оптимальных решений при детерминированных, вероятностных, целенаправленно-противоположных и неопределенных исходных данных было обобщено английскими и американскими учеными в конце войны в науке, получившей название «исследование операций». Несомненно, что во время войны англо-американским ученым пришлось решать сложные задачи, связанные с ПВО, эффективностью бомбометания, поиска подводных и воздушных целей, но им не приходилось решать такой сложной задачи, как передислокация оборонной промышленности и обеспечения нужд фронта в условиях крайне ограниченных ресурсов. Как с решением перечисленных задач справилось руководство перестройки народного хозяйства без указанного математического аппарата — до сих пор остается «русским чудом». Не исключено, что такой аппарат был разработан и до сих пор остается не рассекреченным. Во всяком случае, этот вопрос относится к числу «белых» пятен в истории ВОВ.









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.