Онлайн библиотека PLAM.RU

Загрузка...



  • Зюзинские ополченцы
  • Не забывайте пролитую кровь
  • Герой-танкист
  • Они не вернулись из боя
  • Зенитчики защищали небо Москвы
  • Их позвала Родина

    В хронологическом описании прошлого, XX века я уже касалась периода Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Но, говоря об истории развития зюзинской сельскохозяйственной артели, я не могла более подробно касаться других проблем, связанных с войной. А у меня накопилось несколько глав о судьбах отдельных жителей села Зюзина, воевавших на фронте, а также о необычном воинском подразделении, дислоцированном на территории Зюзина и Зюзинской волости в эти годы. О них эта глава.

    Зюзинские ополченцы

    Когда грянула война, все жители призывного возраста ушли на фронт. А 5 июля 1941 г. стали брать ополченцев. Все жители подмосковного села Зюзина, кто мог держать оружие в руках, пошли записываться в ополчение. Запись вели директор школы Николай Николаевич Крумбольдт и председатель сельсовета.

    Михаил Васильевич Князев в тот день вернулся в село с Даниловского рынка, где он продавал колхозные сельхозпродукты, сразу же сдал колхозному казначею Павлу Борисовичу Симагину деньги. Михаилу Васильевичу было тогда 40 лет, у него было пятеро детей, жена Паня ждала шестого. Он не заготовил дрова и сено для коровы, не убрал урожай. Все рвались на фронт – защищать Родину и своих детей. И он взял дома вещмешок с продуктами и отправился с братом Яковом на призывной пункт.

    Фото предвоенного документа 1941 г. Зюзинский ополченец М.В. Князев, отец Е.М. Князева

    Все друзья и родственники из одного села оказались в одном полку. Добровольцами были Городилины, Касаткины, Сорокины, Князевы... У Якова Васильевича Князева была военная специальность, но он решил идти воевать вместе с братом Михаилом, в ополчение. Полк добровольцев формировали около деревни Ближнее Беляево, расположенной поблизости от железнодорожной платформы Москворечье. Потом ополченцев разместили рядом с селом Воронцовом. Там сформировали истребительные батальоны, обеспечили обмундированием, оружием. Взвод зюзинских ополченцев возглавил односельчанин Петр Егорович Сорокин, имевший звание лейтенанта. От Воронцова до Зюзина полчаса ходу. И однажды летом весь взвод во главе с лейтенантом строем пришел в село. Женщины убирали ягоды в садах. От радостной вести, что мужья пришли на отдых, все высыпали на улицу. Ополченцев накормили ягодами и фруктами. А под вечер командир построил взвод и повел обратно в Воронцово. Пришел как-то Михаил Васильевич в увольнение домой, показал старшему сыну Саше, как копать бомбоубежище.

    Ополченцы из Зюзина вошли в 155-ю Константиновскую дивизию народного ополчения. Последним местом дислокации дивизии под Москвой было Матвеевское.

    «Едем на Калининское направление», – писал Михаил Васильевич с дороги жене и детям. Это было последнее перемещение ополченцев; в конце пути был Ржевский плацдарм, на котором они пропали без вести. Сейчас даже трудно установить точный список погибших там ополченцев. Вспомнить о них могут только их дети – в их памяти сконцентрировались не только детские впечатления, но и более поздние разговоры с родственниками, друзьями, знакомыми. И те, которых не подводит память, могут рассказать более или менее связную историю тех лет.

    Евгений Михайлович Князев был одним из таких редких людей. Он многие годы хранил небольшие карандашные записки, присланные его отцом-ополченцем с оказией с места формирования дивизии. Эти письма и воспоминания Евгения Михайловича стали основой этого короткого рассказа о зюзинских ополченцах. Каждое из них – как живой голос из прошлого.

    Письмо № 1. Дорогая Паня, нахожусь в карауле и пишу писульку. Паня, если нас отсюда никуда не угонят, то пришли Шурку или Витальку, а то нам выдали омундирование, а старое возьмут домой. Узнай, когда Клавдия поедет к нам. Мы находимся около Беляева, рядом с заводом. А, Паня, поросенка ты зарезала? Режь и теленка обязательно, а то нечем кормить. Зарежете, если будет тепло, обязательно посолите. Паня, поцелуй за меня Юру, Женю, Борю, Шуру и Виталия и самое главное вели им слушаться тебя.

    Паня, поклонись от меня мамаше и моему папаше. Обо мне, Панек, не беспокойся, я жив и здоров, самое главное сама не беспокойся. Будем живы и здоровы с тобой, все у нас будет. Паня, вот что еще, сходи получи деньги в колхозе, то нам дали авансом 100 р., а еще получат 300 с лишним рублей. М.В. Князев.

    Паня, когда идет бомбежка, посмотри-ка, чтобы вас не угробило, советую выходить только на двор.

    Письмо № 2. Паня, получи деньги за меня в колхозе. Клавдия за Якова получила и вели мамаше связать мне теплые варежки с большим и указательным пальцем если шерсти нет, то распусти какую-нибудь вязаную рубашку. М.В. Князев.

    Паня. Купи побольше соли, а то теленка скоро зарежем, надо посолить.

    Письмо № 3. Здравствуйте, дорогия родныя Паня, мамаша, Шура, Виталий, Боря, Женя, и черноглазый Юра! Шлю я вам всем привет. Целую малышей и уведомляю, что я жив и здоров, того и вам всем желаю, а особенно Прасковье Васильевне. Шурка и Виталий, вы как старшие из семьи, на вас вся надежда, мать обременена делами, вы сами знаете, вас у матери много, делов ей с вами по горло, ко мне ей нельзя придти. А вы-то что же не можете придти ко мне? Ко всем нашим ребята ходят каждую неделю, а я вами забытый оплеванный, вспомните, когда я был дома, как я вас кормил, я сам, бывало, не ел, а вам всего вез и нес. Я сапоги починил, жду – вот придут за ними ребята и принесут мне галоши 13 номер, а им на отца наплевать. У нас с Яковом частенько стал оставаться хлеб, и сегодня Клавдия принесет вам 2 буханки, но ведь ей тяжело несть одной. Вот что, ребята, последний раз пишу, серьезно, в среду или же в четверг с Левкой обязательно приходите и в обязательном порядке принесите мне галоши 13 номера, а то у меня все худые галоши. Виталий, скажи баушке, если мать в больнице, то пускай она обязательно возьмет из больницы справку, то меня, наверное, отпустят домой в отпуск. Шурка, следи за порядками дома, самое главное, чтобы не замерз картофель, были бы дрова и на дворе и в дому был блестящий порядок. Пока до свидания, желаю быть всем здоровым.

    Письмо № 4. Здравствуй, дорогая мамаша, уведомляю я вас, что я жив и здоров, того и вам желаю. Мамаша, если будешь в Москве, то передай сердечный привет Пети и Стеше. Мамаша, Паня, наверно, в больнице. Ты сама возьми ребят в работу, построже с ними, не слушаются – лопать не давай. Мамаша, которую я прислал справку, по ней дают отруби у Клавдии. Левка ходит один и получает а наши все спят. Получите отруби, тебе и нам хватит надолго курам, а то им голодно. Дорогая мамаша, прошу я тебя пожалуйста пришли коробку спичек, а то у нас здесь негде купить, нечем закуривать. Мамаша, накажи ребятам, чтобы они следили за подвалом, не замерз бы картофель, вся надежда на него, не посадят весной в землю на тот год, будут голодные. Мамаша, если Паня в больнице, пожалуйста, тебя саму прошу: сходи в больницу возьми половчей справку о том, что действительно Паня лежит в больнице, то меня отпустят домой в отпуск. Писать больше нечего до свидания, мои родные, остаюсь жив и здоров. М.В. Князев.

    Письмо №5. Добрый день, дорогая Паня. Спешу уведомить, что жив и здоров, чего и тебе желаю и передаю тебе, Паня, и всей детворе горячий поцелуй. Паня, как получишь письмо, передай поклон мамаше, папаше и сестрам Пане и Шуре и вообще всем моим родным. Паня, Виталик придет 23 числа, напиши письмо и пришли с ним письмо. Пропиши все подробно, как ты уехала в больницу, кто тебя возил, как новорожденный сын и кто тебя из больницы привез. Пропиши, как здоровье и как назовем сына. Паня, придет Виталик 23 числа, пожалуйста, пришли нам вареной говядины, немного сыра и обязательно всеми силами с ребятами очистите рубца и пришлите побольше, а то все надоело, кормят нас неважно. Возьми себе с Яковом сахар, свои пайки отдадим, сами останемся без сахара, а тебе пошлем, потому тебе надо поправляться после родов. Паня, с Клавой живи ладней, дай ей говядины кила 2, молока, когда отстелется корова. Паня, хотел с Виталькой послать хлеба, нам самим теперь еле хватает. Паня, я у Клавдии взял денег 100 р., отдай ей, а то я отдал за сапоги за починки, а потом мне надо на расход. А то у меня денег нет ни копейки. Если денег у тебя мало, продайте мешок картошки. Клавдия продала из мешка на 800 рублей. Остальной картофель береги, как глаз свой. Весной он будет на вес золота. Если я буду жив-здоров, купим с тобой опять корову, а то без коровы ты с ребятами пропадешь. Паня, напиши отчего у вас все куры подохли. Плохое дело. Хозяйство наше с тобой пошло к нолю. Паня, придет Виталька ко мне, пускай возьмет Борьку, а то я соскучился по нем. Писать пока нечего, до свиданья, Паня и моя детвора. Паня, будь настоящей хозяйкой. Построже с ребятами, а то хозяйство наше пошло к низу. Паня, узнай, если дают отчетный, сходи получи. До свиданья, Панек. Любящий ваш муж М. В. Князев.

    Письмо № 6. Здравствуй, дорогая жена П. В. и дорогие детки Шура, Витал, Борис, Евгений, Юра и малыш Миша. Паня, как много у нас стало ребят, всех не перечтешь. Паня, посылаю с Клавдией письмо и даю тебе задание, обязательно завтра пришли ко мне Витальку, пришли с ним говядины сырой и вареной и главное рубца побольше, а то у нас сейчас харчишки плоховаты. Пришли денег рублей 100. Хлеба тоже еле хватает. Не обижайся что я не присылаю вам хлеба. В магазине, где мы стоим, давали нам, а теперь не дают. Я сам сахар берегу вам, Виталька придет, я с ним пошлю тебе сахар и еще соли немного, я достал. кило. Паня, пришли его лучше всего во вторник, а то мы скоро отсюда уедем неизвестно куда. Паня, еще он захватит от меня сапоги мои валенные. Нам сапоги валенные дали казенные. Паня, писать больше некогда, ухожу по служебным делам. До свиданья. Целую. М.В. Князев.

    Письмо № 7. Здравствуй, дорогая Паня и милые детки, целую всех. Паня, пишу перед отъездом, уежжаем в неизвестном направлении. Как жаль, что Виталька сегодня не пришел. Мы сегодня уежжаем из Матвеевска, и у меня нет говядины, мало денег. Сапоги оставляю, Паня, у тети Дуни. Виталька знает, у которой он ночевал. Сапоги и в сапогах кое-что. Дорогая Паня, не тужи обо мне. Будь самостоятельной хозяйкой, мужественной женщиной, веди хорошее хозяйство, дружи больше с родными, чтоб тебя ребята слушали, береги картофель. Придет весна, Николая Васильевича за бока, чтоб он постарался обработать землю. Паня, сажай всю землю картофелем, а около матери – достаньте кормовой свеклы и посейте, а то картошки там не будет, выйдет в одну тину. До свидания, дорогая Паня и все дети. Целую крепко. Паня, как приедем на место, пришлю письмо, и обо всем сообщу.

    (26 января М.В. Князев.)

    Письмо № 8. 1942-го Февраля 8 дня. Здравствуйте дорогия родныя Паня, детвора Шура, Виталий, Борис, Евгений, Юра и малыш Миша, шлю вам всем горячий привет. Целую всех и уведомляю, что я жив и здоров, того и вам всем желаю. Нахожусь в месте с Яковом и Касаткиным Петрой, едем в одном вагоне, отъехали от Москвы 45 километров, сейчас стоим на станции. Сегодня видели пленных немцев. Нас это заинтересовало, что они из себя представляют. Одеты в летнюю одежду, у некоторых обмотаны головы женскими платками, отбранными у населения. Дорогая Паня, не тужи обо мне, не убивайся. Попроси Петра Ти мофеевича, чтоб он устроил Шурку на работу, он из него выработает хорошего мастера, нечего ему болтаться.

    Паня, как получишь письмо, передай обязательно по низкому поклону Мамаше, Папаше. Тете Стеше, Николаю Васильевичу Князеву, Клавдии, невестке и сестре Пане, и сестре Шуре. Паня, как получишь письмо, сходи к Клавдии и скажи ей, может, она и Грунька Городилина приедут к нам. Если поедут они, то прошу тебя пришли, пожалуйста, с ними говядины килограммов 5 и может, попросишь, и Николай Васильевич даст сухариков, после я с ним расплачусь. Писать больше нечего, до свиданья, мои родные, целую всех несчетно раз. Жду ответа с нетерпением. Ваш муж М.В. Князев.

    Адрес мой: Полевая почтовая станция 1507, полк № 786, 1 батальон, 2 рота. Получить М.В. Князеву.

    Паня, поедет Клавдия к нам, пришли с ней обязательно пузырек одеколона, который стоит в шкафу.

    Письмо № 9. Февраля 18 дня 1942-го. В первых строках моего письма здравствуйте дорогая жена Прасковья Васильевна, дорогие детки Шура, Виталий, Борис, Евгений, Юра и маленький Миша. Спешу уведомить вас, что я жив и здоров, того и вам желаю. Паня, пишу письмо в вагоне, стоим на станции в г. Калинине, находимся вместе в одном вагоне с Яковом Князевым и Петрой Касаткиным. Паня, Яков посылал телеграмму из Икши, это по Савеловской дороге 45 километров от Москвы. Клавдия, вероятно, к нам ездила, но опоздала, мы там стояли долго, потом нас отправили обратно, и мы с ней разъехались. Как мы с Яковом тужили, наверно, она нам везла много кое-чего из харчишек. Паня, как получишь мое письмо, то напиши чаще ответ, а то мы скучаем по родине. Паня передай поклон мамаше, папаше, Клавдии, Николаю Васильевичу, невестке, сестре Пане и сестре Шуре и всем моим родным. Дорогая Паня, пиши, как вы там живете и все ли живы и здоровы. Обо мне не сумлевайся. Паня, прошу тебя, пиши чаще мне письма, а то я скучаю по вас. Паня, посоветуйся с Клавдей, если это можно. Пришли денег р. 50, а то у меня нету ни копейки. Мы стояли на станции Икша долго, покупали молоко, а ты сама знаешь, оно дорогое. Чтоб не морить себя, я все до копейки прожил деньги. Писать больше нечего, до свидания моя милая женушка и все милые детки целую крепко всех и несчетно раз. Жду ответа с нетерпением. Адрес мой: действующая Красная Армия полевая почтовая станция 1507, с. полк 786, 1 с. б., 2 рота, 2 взвод. М.В. Князев.

    Паня передай поклон Пете и Стеше.

    Паня, я тебе послал письмо, пропиши, сколько ты получила и сколько мне послать.

    Письмо № 10. Почтовая карточка: «Просмотрено военной цензурой. Москва»; на штампах: «Спирово... 14.2.42», «Москва. 28.2.42».

    Адрес: куда Москва, 26 п/о, село Зюзино Лен. района, дом № 44

    кому Получить Прасковье Васильевне Князевой 1942-го 13 февраля. Здравствуй, дорогая Паня и милые детки. Спешу уведомить вас, что я жив здоров, того и вам желаю. Паня, пишу письмо из Калинина, находимся вместе с Яковом и Касаткиным Петром в одном вагоне. Писать больше нечего, остаюсь жив и здоров, целую всех жду ответа с нетерпением. Паня, если возможность будет, пришли денег р. (50). До свиданья. М. В. Князев. 13/II–42г.

    После длительного молчания Михаила Васильевича Князева пришло холодное извещение: «Пропал без вести. 7 марта 1942 г.».

    Только спустя много лет Павел Александрович Касаткин, бывший среди ополченцев, рассказал Евгению Михайловичу, как погибли зюзинские ополченцы.

    Добровольцы из Зюзина и окрестных сел, как и все жители Москвы и Московской области, вошли в Ржевскую группировку, которая зимой 1942 г. встала на пути немцев, рвавшихся к Москве и желавших взять реванш за недавний декабрьский разгром.

    5 марта 1942 г. ополченцы заняли деревню и расположились в ней на отдых. Собрались у полевой кухни. Павел Касаткин кипятил чай в походной кухне. Михаил и Яков Князевы пили чай у кухни, когда начался массивный артобстрел. Немцы стали поливать деревню из огнеметов. Окопаться еще не успели. Все кинулись врассыпную. Кругом ровный снег на поле, никаких окопов. Павел Касаткин бросил кухню и, зарывшись в снег, пополз к ближайшему леску. Оглянувшись у первых деревьев, он увидел, что многие лежат убитые и раненые, а Михаил Князев затащил раненого Якова в небольшой сарайчик – до леса им было далеко. Тут началась танковая атака. Появились немецкие танки, и один из них выстрелил в сарай. Сарай вспыхнул, как факел, и братья Князевы сгорели заживо. Когда Павел Касаткин после танковой атаки углубился в лес, он обнаружил там уцелевших однополчан, в том числе командира взвода Петра Сорокина. Среди погибших оказался и брат Сорокина – Михаил.

    Павел Александрович позже вернулся после тяжелого ранения в село и был бессменным бригадиром. А его брат Петр, тоже известный бригадир, погиб в том бою.

    В том же бою попал в плен Николай Петрович Князев. Он лежал среди раненых, а немцы обходили поле и докалывали тяжелораненых. Николая Петровича ткнули 2 раза и забрали в плен, обнаружив, что он жив. Дома родные получили извещение: пропал без вести. А он несколько лет работал на шахтах в Германии, и когда вернулся в 1946 г., прописаться разрешили только за 101-м км, у тульских родственников.

    Попали в плен после этого боя Борис Мельников и Григорий Корнев. Их отправили в Германию в концлагерь «Маутхаузен». Григорий Корнев умер там с голоду на глазах Бориса Мельникова; кормили пленных одной брюквой. А Мельников остался жив только потому, что согласился работать в коровнике на соседней ферме. Пришла в барак немка, искавшая работника, спросила, кто может ухаживать за коровами. Борис вышел вперед – уж лучше к коровам, знакомым с детства, чем умирать с голоду в концлагере. После войны освобожденный из плена Борис Мельников не очень-то откровенничал – боялся осуждения в трусости.

    Вернулся из плена и кузнец Василий Сергеевич Журин. Только много лет спустя, уже повзрослевшему Евгению Князеву, сыну своего фронтового друга Михаила Князева, он рассказал о том бое. Были в том бою отец и сын Городилины. Раненый Василий Федорович сгорел в сарае вместе с братьями Князевыми, а его сын Александр попал в плен, позже вернулся, и хоть слаб ногами, но жив до сих пор.

    Извещения после Ржева приходили не только в Зюзино, но и в Ясенево, Тропарево, Никулино, Беляево, Деревлево, Воронцово. Женщины из этих селений приходили в Зюзино, выспрашивали, кому что известно. Ополченцы из этих селений ушли на фронт вместе с зюзинскими. И похоронки на них пришли в то же время.

    Не забывайте пролитую кровь

    Мало осталось тех, кто воевал и вернулся с победой, и дожил до сегодня. Много лет собирались старожилы села Зюзина по праздникам за дружеским столом. И Елизавета Семеновна Гусева была всегда желанным гостем: она старше всех, за ее спиной – окопы и перестрелки, невзгоды военного лихолетья. До самого конца в Елизавете Семеновне была видна та юная девушка с одухотворенным лицом, которая ушла на фронт вскоре после начала войны, как уходили тогда все, считавшие своим долгом защитить Родину, но осталась на фотографии 1942 г.

    Е.С. Гусева – из старинной фамилии подмосковного села Зюзина. Когда началась война, ее старший брат Виктор уже был в армии: ушел на Финскую кампанию, да так и продолжал служить. А младшего брата Николая призвали в начале Великой Отечественной войны и послали на Дальний Восток. Пограничник, он воевал на Халхин-Голе, а потом всю войну защищал дальневосточную границу Родины.

    Подмосковное село Зюзино с первых дней войны ощетинилось зенитками, которые были в боевой готовности и тогда, когда фронт уже отошел к западу от Москвы. Жены и матери рыдали над похоронками – зюзинские ополченцы 7 марта 1942 г. погибли под Ржевом, а в официальных извещениях значилось: пропал без вести. Конца войны, о котором уверенно говорили в первые месяцы войны, не было видно. Молодежь рвалась на фронт. После окончания трехмесячных курсов связистов в августе 1942 г. 20-летняя Лиза тоже ушла на фронт.

    Ее послали в 168-й отдельный батальон связи 135-й стрелковой дивизии, находившийся тогда на Брянском фронте. И первые впечатления врезались в память на всю жизнь: на мощном фугасе, заложенном немцами, подорвался командир дивизии полковник А.Н. Соснов и много связистов. С тяжелыми боями продвигалась стрелковая дивизия к западу, и связисты, обеспечивавшие связь в любых условиях, всегда были в авангарде.

    20-летняя Елизавета Гусева в августе 1942 г. после окончания курсов связистов ушла на фронт. С тех дней сохранился этот снимок, где она, совсем еще девчонка, только что приняла присягу

    Там же, на Брянском фронте, прибился к связистам 12-летний мальчонка Боря Кадаков, родители которого погибли в тех боях. В роте связи его накормили и обогрели. Он был старательным мальчиком, стремился помогать – и аппараты подносил, и на кухне, где дедушка, старый солдат-связист, готовил в боевых условиях горячую пищу из сухого пайка, когда походная кухня до солдат не могла добраться. Жалели его связисты, и стал он сыном роты. Лиза была лет на восемь старше Бориса, и опекала его, как старшая сестра. Как-то ночью, укладывая спать, вытащила из кармана последний заветренный, жесткий, как железка, сухарь: «На, съешь». – «А ты?» – «Я – большая, вытерплю». Боря этот сухарь на всю жизнь запомнил. И позже, в Суворовском училище, и на военной службе (он стал кадровым военным), всем рассказывал, как связистка Лиза отдала ему, голодному мальчонке, последний сухарь.

    После марш-броска дивизия в 16 км севернее Киева переправилась через Днепр на Лютежский плацдарм, откуда 4 ноября 1943 г. начала наступление на Киев. В ночь с 5 на 6 ноября немцы взорвали перед отступлением Крещатик. Разгорелись ожесточенные бои за Киев. Противник упорно сопротивлялся. Линии связи часто рвались под сильным огнем минометов, артиллерии, авиации, и Лизе Гусевой приходилось по 12–14 часов сидеть за коммутатором, обеспечивая связь штабов с передовой линией фронта. Особенно трудным оказался день 9 ноября 1943 г., когда дивизия вела бои в пригороде Киева. Около сотни вражеских бомбардировщиков кружило над расположением части, бомбы рвались повсюду. В этом страшном бою две подруги Лизы погибли, две другие были ранены. Сама она чудом осталась жива.

    Лиза работала за коммутатором в штабе дивизии. В боях на Украине как-то немцы зашли с тыла, прорвали нашу оборону, обошли танками, и рота связи, обеспечивавшая штаб дивизии, находившийся в расположении первого полка, оказалась в окружении. Связисты разбежались, а Боря остался с Лизой. Лиза вынесла с собой телефонный аппарат, на котором работала, и Боря взялся ей помогать. Давай, говорит он, спрячемся в деревне, переждем, пока бой кончится. Нет, ответила она, ты ребенок, тебе ничего не будет, а я связистка, у меня погоны. Пехотный полк вел бой, и Лиза шла вместе с ним. Как записано в наградном листе, когда ее представили на орден Красной Звезды, «вражескими танками были отрезаны пути отхода дивизии, танки подходили к селу Бабин, где находился узел связи, и обстреляли его из пулеметов. Гусева последней вышла с коммутатором, вынесла с собой телефонный аппарат. На новом месте дислокации КП дивизии – Сологубовка – организовала узел связи и работала на коммутаторе с 30 января по 1 марта 1944 г. По 12 часов в сутки. Из вновь прибывшего пополнения подготовила двух телефонисток по работе на коммутаторе».

    В июне 1944 г. 135-ю сд включили в состав 7-й отдельной армии Карельского фронта. После форсирования реки Свирь дивизию перебросили на Карельский перешеек Ленинградского фронта. В составе 94-го стрелкового корпуса 21-й армии дивизия заняла оборону в 10–12 км северо-восточнее г. Выборг. Сплошные валуны и многокилометровые каменные гряды, покрытые мхом, мешали нормальной работе линий связи. Мины и снаряды противника часто повреждали линии, а восстановить их было сложно.

    После разгрома противника в Свирско-Петрозаводской операции 135-я сд была погружена в эшелоны и в конце декабря 1944 г. отправлена на 1-й Украинский фронт, соединения которого вели бои уже на территории Польши – на Сандомирском плацдарме на левом берегу Вислы. 6 января 1945 г. дивизия включилась в бои на плацдарме и после 200-километрового марша вступила в бои за Краков. За успешное овладение Краковом дивизии было присвоено почетное наименование Краковской. После Кракова дивизия с упорными боями освобождала польские города Хжанов и Катовицы. В феврале Краковская дивизия переправилась через реку Одер и с ожесточенными боями захватила плацдарм. Река вскрылась, но связисты четко выполняли боевую задачу.

    В апреле 1945 г. дивизию включили в 22-й стрелковый корпус 6-й армии, а подразделение связистов переименовали в 251-й батальон связи. Их отправили на север – к городу Бреслау, в котором нужно было сломить сопротивление крупной группировки ожесточенно оборонявшегося гарнизона. Начались затяжные уличные бои в пригороде, в ходе которых противник нередко перехватывал преимущество.

    «В этом городе я закончила войну старшей телефонисткой узла связи штаба 135-й стрелковой дивизии в звании ефрейтора, – рассказывала Елизавета Семеновна. – Очень трудный путь я прошагала, трудно было мужчинам, а нам, девушкам, во много раз труднее, но мы не хныкали, а шли в бой, приближая победу, и выполняли все, что от нас требовалось. Страшная война – из пятерых девчонок на узле связи осталась я одна. Не забывайте, молодые, пролитую кровь, берегите родину...»

    За годы войны Елизавета Семеновна была награждена двумя орденами Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941– 1945 гг.». После войны, в каждый круглый юбилей Великой Победы, она, как и все ветераны войны, получала юбилейные медали: сначала «Двадцать лет Победы в Великой Отечественной войне 1941– 1945 гг.», затем «Тридцать лет Победы...», «Сорок лет Победы...», «Пятьдесят лет Победы...», орден Отечественной войны II степени.

    Все годы войны она служила рядом с Юрием Артемьевым. «Но поженились мы только после войны, – рассказывала Елизавета Семеновна. – Все было по-чистому, иначе как бы я в село вернулась, с позором. Мы полюбили навсегда, ведь столько там пережили. А поженились не сразу. Он, офицер связи, остался дослуживать, а потом послали по разнарядке на курсы в Киеве, еще год учился. Расписались мы и свадьбу сыграли только в марте 1946 г. в селе Зюзине».

    Муж Елизаветы Семеновны Юрий Гаврилович Артемьев был секретарем Совета ветеранов 135-й стрелковой Краснознаменной Краковской дивизии, в которой служили они оба. Так как дивизия формировалась в Коломне (февраль 1942), то школа № 29 города Коломны взяла шефство над дивизией, организовала музей дивизии. Много лет Елизавета Семеновна вместе с ветеранами ездила в школу, проводила там уроки мужества, рассказывала о местах жестоких боев, где они потеряли многих товарищей: Попельня, Козова, Цветошино.

    Уже состарились дети, встречавшие фронтовичку Лизу Гусеву, когда она вернулась в село Зюзино после войны. И Лиза Гусева давно стала Артемьевой, выйдя замуж. Но односельчане, хотя их раскидала жизнь по разным улицам столицы, вобравшей в себя село, до сих пор помнят ее той юной девушкой, прошедшей с победой от подмосковного села Зюзина до села Бабина под Бреслау. И Алевтина Борисовна Дворова (ее мама Мария Бычкова, из древнего зюзинского рода, вышла замуж за Бориса Птушкина, всю войну шоферившего на фронтах) – одна из босоногой военной детворы, встречавшей тогда на сельской улице Лизу Гусеву с фронта – по их просьбе читает сочиненные ею стихи в честь фронтовички.

    Они всех трогают за душу. Особенно теперь, когда Лизы уже не стало. Прочтите эти незамысловатые строки, за ними волнение простой души, то давнее непреходящее волнение послевоенных дней.

    Девушка из Зюзина
    Девушка красивая и нежная,
    Словно ангел сущий во плоти,
    Чистая душой и безмятежная, –
    Символ нашей матушки-Руси.
    Грянула война так неожиданно.
    Захлестнуло горе нашу Русь.
    Вслед за братом девушка из Зюзина
    Воевать отправилась за Русь.
    Изучив в короткий срок морзянку,
    В батальон связистов прибыла,
    В штаб дивизии. И под бомбежкой
    Первый бой достойно приняла.
    Воды речки Тут залиты кровью –
    Переправа шла под артогнем.
    Отстояли, но с великой болью.
    Пели гимн погибшим этим днем.
    На Калининском и Ленинградском,
    Брянском фронте много было бед!
    Днепр и Киев с 1-м Украинским
    Брали – взрывы заслоняли свет.
    Долгий бой, не умолкали пушки.
    Минометы, бомбы, танки – смерч.
    Город Киев, город древнерусский,
    За тебя шли воины на смерть.
    Девушку засыпало землею –
    Связь надолго с ней оборвалась.
    Откопав, достали чуть живую,
    Пуля вновь над нею пронеслась.
    Но задела пуля лишь пилотку.
    Счастью Лизы не было конца –
    Срочно за приемник: слали сводку
    В штаб краснознаменного полка.
    От Днепра с жестокими боями
    Шли к границе матушки-Руси.
    Дальше Польша, хутора Германии –
    «На Берлин! Фашистов сокрушим!»
    Шла с пехотой и связистка наша,
    Дня Победы приближая срок.
    Верили в боях тех заграничных:
    Путь к победе полной недалек.
    Взяли Краков, а потом Бреслау.
    И наград у Лизы – всех не счесть.
    Для России – добывала славу.
    Для народа – вечный мир и честь.
    Так в боях сменяло зиму лето.
    Все четыре года на войне.
    Ни минуты тихой, ни просвета
    Дням кровавой битвы на земле.
    В памяти храним всех поименно,
    Кто фашизм свирепый сокрушил.
    Люди, мы в долгу у павших воинов.
    На колени у святых могил!

    Герой-танкист

    Был в селе Зюзине свой Герой Советского Союза – Георгий Семенович Петровский. Семейство Евдокии Павловны Петровской поселилось в Зюзине за несколько лет до войны. У нее было две дочери и два сына. Старшая дочь Галина Семеновна была замужем за учителем физики и математики Федором Андреевичем Ореховым. Он приехал работать в зюзинскую школу, а вслед за ним приехала жена с матерью и ее младшими детьми.

    Когда началась война, Георгий Петровский учился еще в 9-м классе. Но он пришел в военкомат проситься на фронт. Его, конечно, не взяли: мал еще, подрасти. А после долгих просьб направили в танковое училище. Когда Георгий отбыл на учебу, с матерью остались младший брат Анатолий и сестра Серафима.

    После окончания училища Георгию дали танк; он командовал танковым взводом и прошел боевыми путями в рядах 44-й гвардейской танковой бригады 11-го гвардейского танкового корпуса. За отвагу и мужество он был награжден многими орденами, а его взводу доверили воевать на танке, подаренном Монголией.

    Г.С. Петровский после окончания в 1947 г. Академии бронетанковых и механизированных войск

    1975 г. Генерал-лейтенант Г.С. Петровский. Снимок сделан в День Победы и отправлен домой в Зюзино матери и сестре

    На рассвете 31 декабря 1943 г. его танк первым ворвался в оккупированный фашистами Бердичев, где танковый корпус вел бои до полного освобождения города. Уже 10 января 1944 г. ему было присвоено звание Героя Советского Союза, но получил он Золотую Звезду только через год: раненный в этих боях в голову и ноги, он много месяцев провалялся по госпиталям. После излечения двадцатилетнего героя направили в Бронетанковую академию, которую он закончил в 1947 г. После окончания Академии бронетанковых и механизированных войск Г.С. Петровского послали на Дальний Восток.

    Его брат Анатолий Петровский был призван только в конце войны – в 1945 г. его направили в авиацию. А домой в Зюзино он вернулся в 1952 г. К тому времени его сестра Г.С. Орехова переехала с семьей в Магнитогорск, родной город ее мужа. И Анатолий перебрался туда же; там до сих пор живет его семья. Два его сына – Игорь и Олег – иногда приезжают в Москву в гости к родной тете Серафиме Семеновне Васькиной.

    Г.С. Петровский в 1972 г. закончил еще и Академию Генерального штаба Вооруженных Сил СССР, после чего командовал советскими войсками в Монголии. Не случайно, видно, занесла его туда судьба. Ведь он не только служил на танке, присланном Монголией, но и получил от этой страны орден за эти бои. Боевые заслуги кадрового офицера отмечены орденами Ленина, Отечественной войны I степени, тремя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине» III степени, многими медалями. В День Победы в 1975 г. Г.С. Петровскому было присвоено звание генерал-лейтенанта. А решением Бердичевского горсовета за большой вклад в освобождение города ему присвоили звание «Почетный гражданин города Бердичева».

    И в Москву матери и сестре Серафиме Семеновне генерал-лейтенант Петровский отправил торжественный снимок с теплой надписью: «Дорогим самым, самым близким, родным и милым мамульке и Симульке от Ваших “блуждающих” далеко живущих, но сердцем всегда с Вами, думами и мыслями рядом. Крепко Вас целуем, дорогие. Держитесь, главное – оптимизм, бодрость и здоровье. До встречи. Галина, Георгий. 9 мая 1975 г.»

    Они не вернулись из боя

    Сколько зюзинских мальчиков и девочек ушло на войну прямо со школьной скамьи! Они мужали в боях, и только на редких фотографиях сохранились угловатость мальчишек, впервые надевших военную форму, наивная улыбчивость не испытавших боя детей.

    Краевед села Зюзина П.С. Заварзин несколько лет составлял список односельчан, не вернувшихся с фронтов Великой Отечественной войны. Здесь были и погибшие, и пропавшие без вести, и просто не вернувшиеся, о которых не поступило никаких сведений из военкомата. В списке Заварзина набралось 80 фамилий, не у каждого было имя и отчество. О них вспомнили родные, у которых были похоронки, или соседи, которые лично знали по имени, но не помнили отчеств. Ведь среди них были и колхозники, недавно поселившиеся в селе, в свиносовхозе, на цветочном комбинате.

    Позже стараниями старожилов список увеличился до 96 фамилий. Ни опубликовать, ни поставить памятник погибшим жителям села Зюзина с полным перечнем фамилий Заварзину не удалось. Но он сумел добиться, чтобы памятник установили в школе, которую построили вскоре после сноса села Зюзина и в которой он работал в тот период. Это школа № 562 по адресу: ул. Перекопская, д. 21.

    Зюзинские мальчики собрались перед отправкой на фронт в 1942 г. Среди молоденьких новичков тут и оправившийся после ранения Д.В. Корнев (в 1-м ряду, справа) – с войны не вернулся. Рядом с ним В.А. Городилин чувствовал себя увереннее – но и он тоже не вернулся. Третий пока не установлен. Во 2-м ряду, слева, – П.Н. Альянов (с войны не вернулся), рядом с ним – Казик (Казимир Григорьевич, он тоже не вернулся)

    Ветеран войны летчик П.С. Заварзин, известный сельский краевед

    Открытие памятника «Воинам села Зюзина, павшим в боях за Родину. 1941–1945» в школе № 562. П.С. Заварзин – третий слева на гостевой площадке

    Во дворе школы много лет стоит скромный бетонный памятник с надписью: «Воинам села Зюзина, павшим в боях за Родину. 1941– 1945». А в школьном музее в те же 1960-е гг. собралась небольшая экспозиция с фотографиями воинов, не вернувшихся в родное село. Их принесли сюда родные погибших.

    Когда в 2005 г. в столичном районе Зюзино наметили открыть Историко-краеведческий музей района, было решено поместить список погибших на мемориальном комплексе. Понадобилось уточнить по архивным данным полные фамилии, имена и отчества. В архиве Ленинского райвоенкомата Московской области (г. Видное) обнаружились сведения о призыве жителей с территории Зюзинского сельсовета в 1941 г. Оказалось, что уже в первый год войны были призваны свыше 450 человек. Но кто из них погиб, кто вернулся – как узнать?

    Стена Памяти в Историко-краеведческом музее столичного района Зюзино, открывшемся 4 мая 2005 г.

    В архиве Ленинского райвоенкомата подсказали, что у них есть несколько томов дел по поиску погибших. Ведь когда солдат не возвращался с войны домой, а извещения о его кончине не присылали, родные начинали разыскивать его – слать запросы во все инстанции. Поиски нередко длились не один год. Во многих делах, судя по переписке, происходила некоторая путаница, искажение и имен, и фамилий, и мест призыва (название военкомата) – Ленинский райвоенкомат нередко называли Царицынским. В этих томах нашлось много извещений о гибели жителей населенных пунктов и Зюзинского сельсовета, и других селений района, а также списков безвозвратных потерь личного состава. В них были и просто знакомые зюзинские фамилии, и фамилии, среди сведений о которых встречалось слово «Зюзино» при указании места рождения, или работы, или адреса родных, которым нужно послать весточку.

    Так составился список из 175 фамилий с именами и отчествами, который мы и поместили на мраморных досках Стены Памяти в Историко-краеведческом музее столичного района Зюзино, открывшемся 4 мая 2005 г.

    Вот этот список, в котором значатся многие потомки коренных зюзинских семей, а также жители всех населенных пунктов Зюзинского сельсовета, поселившиеся здесь в 1930-х гг.

    ЖИТЕЛИ СЕЛА ЗЮЗИНО, ПОГИБШИЕ НА ФРОНТАХ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1941–1945 ГГ.

    1. АЛЬЯНОВ ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ

    2. АЛЬЯНОВ НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

    3. АЛЬЯНОВ ПАВЕЛ НИКОЛАЕВИЧ

    4. АНТОНОВ НИКОЛАЙ КОНСТАНТИНОВИЧ

    5. АНТОНОВ ПАВЕЛ КОНСТАНТИНОВИЧ

    6. АНТОНОВ ФЕДОР КУЗЬМИЧ

    7. БАСОВСКИЙ ВИКТОР ДАНИЛОВИЧ

    8. БЕЛОВ ИВАН ФЕДОРОВИЧ

    9. БЕСПАЛОВ АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ

    10. БИРЮКОВ ВАСИЛИЙ АНДРЕЕВИЧ

    11. БОБКОВ ЕГОР ИВАНОВИЧ

    12. БОБКОВ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

    13. БУРЛАКОВ МИХАИЛ ГРИГОРЬЕВИЧ

    14. БУРЛАКОВ СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

    15. БЫЧКОВ ВАСИЛИЙ ФЕДОРОВИЧ

    16. БЫЧКОВ СЕРГЕЙ ПЕТРОВИЧ

    17. ВОЛКОВ МИХАИЛ МАРКЕЛОВИЧ

    18. ГАЙДУКОВ ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ

    19. ГОЛИЦЫН ВЛАДИМИР АЛЕКСандроВИЧ

    20. ГОРОДИЛИН АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ

    21. ГОРОДИЛИН АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    22. ГОРОДИЛИН АЛЕКСЕЙ ИВАНОВИЧ

    23. ГОРОДИЛИН АНАТОЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

    24. ГОРОДИЛИН АНТОН АЛЕКСАНДРОВИЧ

    25. ГОРОДИЛИН ВАСИЛИЙ ФЕДОРОВИЧ

    26. ГОРОДИЛИН ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ

    27. ГОРОДИЛИН ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ

    28. ГОРСКИЙ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ

    29. ГОРСКИЙ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

    30. ГОРСКИЙ СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

    31. ГОРШКОВ ВИКТОР ВАСИЛЬЕВИЧ

    32. ГОРШКОВ ИВАН СЕМЕНОВИЧ

    33. ГОРЮШИН ВАСИЛИЙ МАКАРОВИЧ

    34. ГУРЕЕВ ВАСИЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

    35. ГУРЕЕВ НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    36. ГУСАРОВ МИХАИЛ ПЕТРОВИЧ

    37. ГУСЕВ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ

    38. ГУСЕВ АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

    39. ГУСЕВ АНАТОЛИЙ ПАВЛОВИЧ

    40. ГУСЕВ ВАЛЕНТИН НИКОЛАЕВИЧ

    41. ГУСЕВ ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    42. ГУСЕВ ВАСИЛИЙ МАТВЕЕВИЧ

    43. ГУСЕВ ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ

    44. ГУСЕВ ЕГОР НИКИТОВИЧ

    45. ГУСЕВ МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    46. ГУСЕВ НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    47. ГУСЕВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ

    48. ГУСЕВ СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ

    49. ГУСЕВ СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

    50. ЕФРЕМОВ ФЕДОР МАКАРОВИЧ

    51. ЖИЛЬЦОВ МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    52. ЖУРИН АЛЕКСЕЙ ИВАНОВИЧ

    53. ЖУРИН АНТОН ПАВЛОВИЧ

    54. ЖУРИН ВАСИЛИЙ СЕРГЕЕВИЧ

    55. ЖУРИН ГРИГОРИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    56. ЖУРИН ДМИТРИЙ СЕРГЕЕВИЧ

    57. ЖУРИН ИВАН ИВАНОВИЧ

    58. ЖУРИН ИВАН ЯКОВЛЕВИЧ

    59. ЖУРИН МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    60. ЖУРИН МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    61. ЖУРИН МИХАИЛ ЯКОВЛЕВИЧ

    62. ЖУРИН ПЕТР ПАВЛОВИЧ

    63. ЖУРИН СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ

    64. ЖУРИН СЕРГЕЙ ПАВЛОВИЧ

    65. ЗАВАРЗИН АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ

    66. ЗАВАРЗИН ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    67. ЗАВАРЗИН ВАСИЛИЙ МИТРОФАНОВИЧ

    68. ЗАВАРЗИН ВАСИЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    69. ЗАВАРЗИН ВАСИЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    70. ЗАВАРЗИН ИВАН ИВАНОВИЧ

    71. ЗАВАРЗИН ИВАН МИХАЙЛОВИЧ

    72. ЗАВАРЗИН МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    73. ЗАВАРЗИН ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ

    74. ЗАВАРЗИН СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

    75. ЗАЙЦЕВ ВАСИЛИЙ ИЛЬИЧ

    76. ЗАХАРОВ ВАСИЛИЙ МИТРОФАНОВИЧ

    77. ЗИМИН ЕГОР КИРИЛЛОВИЧ

    78. ИВАНОВ АЛЕКСЕЙ ИВАНОВИЧ

    79. КАСАТКИН АЛЕКСЕЙ ГРИГОРЬЕВИЧ

    80. КАСАТКИН ВАСИЛИЙ ЕГОРОВИЧ

    81. КАСАТКИН ВАСИЛИЙ ИВАНОВИЧ

    82. КАСАТКИН ВАСИЛИЙ СЕРГЕЕВИЧ

    83. КАСАТКИН ДМИТРИЙ ЕГОРОВИЧ

    84. КАСАТКИН ИВАН СЕРГЕЕВИЧ

    85. КАСАТКИН ПЕТР АЛЕКСАНДРОВИЧ

    86. КИСЕЛЕВ МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    87. КНЯЗЕВ АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ

    88. КНЯЗЕВ МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ

    89. КНЯЗЕВ МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ

    90. КНЯЗЕВ ЯКОВ ВАСИЛЬЕВИЧ

    91. КОБЧИНСКИЙ АБРАМ МИХАЙЛОВИЧ

    92. КОБЧИНСКИЙ МОИСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ

    93. КОМОВ ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ

    94. КОРНЕВ АЛЕКСЕЙ СЕМЕНОВИЧ

    95. КОРНЕВ ВАСИЛИЙ ГЕОРГИЕВИЧ

    96. КОРНЕВ ВЛАДИМИР ДМИТРИЕВИЧ

    97. КОРНЕВ ГРИГОРИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    98. КОРНЕВ ДМИТРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    99. КОРНЕВ ИВАН ИВАНОВИЧ

    100. КОРНЕВ МАТВЕЙ ИВАНОВИЧ

    101. КОРНЕВ МИХАИЛ СТЕПАНОВИЧ

    102. КОРНЕВ НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

    103. КОРНЕВ СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

    104. КОРОЛЬКОВ ГАВРИИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ

    105. КОРЧАГИН НИКОЛАЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

    106. КОРЧАГИН ПАВЕЛ ИВАНОВИЧ

    107. КОРЬЁВ ВАСИЛИЙ ПАВЛОВИЧ

    108. КОРЬЁВ ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ

    109. КОРЬЁВ ЕГОР АЛЕКСЕЕВИЧ

    110. КОРЬЁВ ИВАН ГЕОРГИЕВИЧ

    111. КОРЬЁВ ПАВЕЛ МАТВЕЕВИЧ

    112. КОРЬЁВ ПЕТР МАТВЕЕВИЧ

    113. КОРЬЁВ СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

    114. КОРЯКИН ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ

    115. КОЧЕТКОВ ИВАН ПАВЛОВИЧ

    116. КРИВИН ИВАН АЛЕКСАНДРОВИЧ

    117. КУТЫРИН ГАВРИИЛ ЕГОРОВИЧ

    118. ЛЕГОНЬКОВ АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ

    119. МИТИН НИКОЛАЙ ТИМОФЕЕВИЧ

    120. МОНАХОВ МИХАИЛ АНДРЕЕВИЧ

    121. МУРАШОВ БОРИС ИВАНОВИЧ

    122. МУРАШОВ ИВАН ПАВЛОВИЧ

    123. НАУМОВ АЛЕКСАНДР СЕРГЕЕВИЧ

    124. НАУМОВ ИВАН ИВАНОВИЧ

    125. НОВИКОВ ПЕТР ПИМЕНОВИЧ

    126. НОСКОВ ГАВРИИЛ ПАВЛОВИЧ

    127. ПАНЕНКО ФЕДОР ДМИТРИЕВИЧ

    128. ПАНОВ ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ

    129. ПАПКОВ АЛЕКСЕЙ ИВАНОВИЧ

    130. ПИЛЯЕВ ИВАН ЕФИМОВИЧ

    131. ПЛАКСИН ВАСИЛИЙ ЕВТРОПОВИЧ

    132. РЕМИЗОВ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ

    133. РУМЯНЦЕВ ВАСИЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    134. РЯБОВ ДМИТРИЙ ПЕТРОВИЧ

    135. САВЕЛЬЕВ ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ

    136. САЗОНОВ ЛЕОНТИЙ САВЕЛЬЕВИЧ

    137. СЕДОВ ГЕОРГИЙ СЕРГЕЕВИЧ

    138. СЕЛИВЕРСТОВ АЛЕКСЕЙ СТЕПАНОВИЧ

    139. СИМАГИН АЛЕКСАНДР АЛЕКСАНДРОВИЧ

    140. СИМАГИН МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ

    141. СКОВОРОДОВ ВЛАДИМИР МИХАЙЛОВИЧ

    142. СМИРНОВ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ

    143. СОРОКИН АЛЕКСАНДР ЕГОРОВИЧ

    144. СОРОКИН ВАСИЛИЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

    145. СОРОКИН ИВАН АЛЕКСЕЕВИЧ

    146. СОРОКИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ

    147. СОРОКИН МИХАИЛ ЕГОРОВИЧ

    148. СОРОКИН МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ

    149. СОРОКИН НИКОЛАЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

    150. СПИРИДОНОВ НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

    151. СУРОВЦЕВ НИКОЛАЙ КАПИТОНОВИЧ

    152. СЫСОЕВ ИВАН ВИССАРИОНОВИЧ

    153. ТЕРНОВСКИЙ АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ

    154. ТЕРНОВСКИЙ ВАСИЛИЙ АНДРЕЕВИЧ

    155. ТРЕФИЛОВ АЛЕКСАНДР ИГНАТЬЕВИЧ

    156. ТРОФИМОВ АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ

    157. ФАДИКОВ НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ

    158. ФЕДОТОВ НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ

    159. ФУРИН АЛЕКСЕЙ ГЕОРГИЕВИЧ

    160. ФУРИН ВАСИЛИЙ ЕГОРОВИЧ

    161. ФУРИН ИВАН ГРИГОРЬЕВИЧ

    162. ФУРИН ИВАН ЕГОРОВИЧ

    163. ФУРИН ИВАН СЕРГЕЕВИЧ

    164. ФУРИН ПЕТР ЕГОРОВИЧ

    165. ХИТРОВ АНАТОЛИЙ ЕРМОЛАЕВИЧ

    166. ЦЫБИН ФЕДОР МИРОНОВИЧ

    167. ЧИЖОВ ФЕДОР ИВАНОВИЧ

    168. ЧУМАКОВ АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ

    169. ЧУЧИН ГРИГОРИЙ ИВАНОВИЧ

    170. ЧУЧИН ИВАН ИВАНОВИЧ

    171. ШЕВЯКОВ ВАСИЛИЙ СТЕПАНОВИЧ

    172. ШЕСТАКОВ ДМИТРИЙ ИЛЬИЧ

    173. ШИЛИЧЕВ ПАВЕЛ МИХАЙЛОВИЧ

    174. ЮДАЕВ НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ

    175. ЯШИН МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ

    А в Центральный архив Министерства обороны РФ тогда же послали около четырехсот запросов, чтобы получить официальное сообщение: жив или нет, житель, призванный на фронт из Зюзинского сельсовета, чтобы не внести кого-либо в список мемориального комплекса без официального подтверждения о гибели. Ответы на запросы приходили постепенно, в течение двух лет. К осени 2007 г. поступили ответы на все запросы. Более трехсот фамилий в документах не найдены, о них получены стандартные ответы: «В числе боевых потерь сержантов и солдат Советской Армии за период Великой Отечественной войны не числится». А ведь в списках призванных Ленинским райвоенкоматом эти парни были записаны. Ушли на фронт и исчезли, не попав не только в число погибших, но даже в списки пропавших без вести.

    К 175 фамилиям Стены Памяти музея вскоре добавятся около сорока фамилий воинов, которых призвали из Зюзинского сельсовета, которых годами ждали в Зюзине родные и гибель которых подтверждена теперь ответом из Центрального архива Министерства обороны РФ:

    1. АНТИПОВ НИКОЛАЙ СЕМЕНОВИЧ

    2. ВОЛКОВ ФЕДОР ГЕОРГИЕВИЧ

    3. ВОЛЬФМАН ДАВИД ХАЙМОВИЧ

    4. ГОРОДИЛИН НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

    5. ДАВЫДЫЧЕВ НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

    6. ДОЛГОВ АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ

    7. ЕГОРОВ ФЕДОР ВАСИЛЬЕВИЧ

    8. ЖИРКО МИТРОФАН НИКОЛАЕВИЧ

    9. ЗАВАРЗИН ФЕДОР ИВАНОВИЧ

    10. ИЛЬИН НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

    11. ИСАЕВ ИВАН МИХАЙЛОВИЧ

    12. КАЗАКОВ ЯКОВ НИКОЛАЕВИЧ

    13. КАТАСАНОВ ПАНТЕЛЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

    14. КОРАБЛЕВ ИВАН ФЕДОРОВИЧ

    15. КОРАБЛИН ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ

    16. КОРЬЁВ ПЕТР СЕРГЕЕВИЧ

    17. КУРОЧКИН МИХАИЛ ИВАНОВИЧ

    18. ЛИЧАГИН НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

    19. ЛУНЫЧЕВ ИВАН ПРОКОФЬЕВИЧ

    20. МАКАРЦЕВ СЕМЕН НИКИТОВИЧ

    21. МАЛЫГИН ИВАН ИВАНОВИЧ

    22. МАНАЕНКОВ ПЕТР АНДРЕЕВИЧ

    23. МОРОЗЕВИЧ АНДРЕЙ ВИКТОРОВИЧ

    24. ОСИПОВ НИКОЛАЙ ОСИПОВИЧ

    25. ПОГОДИН ВАСИЛИЙ ИЛЬИЧ

    26. РЫБКИН ФЕДОР НИКОЛАЕВИЧ

    27. СМИРНОВ ВАСИЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ

    28. СОКОЛОВ МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ

    29. ТАРАКАНОВ МИХАИЛ МИХАЙЛОВИЧ

    30. ТАФИНЦЕВ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

    31. ТОЧЕНОВ СЕРГЕЙ ИВАНОВИЧ

    32. ЦАРЕВ ВАСИЛИЙ ДМИТРИЕВИЧ

    33. ЧЕСНОКОВ МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ

    34. ШИЛИН ФИЛИПП БОРИСОВИЧ

    35. ШУТКОВ АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ

    36. ЮСУПОВ УМАРЬ

    1944 г. П.С. Корьёв

    Необычна судьба одного из них: Петра Сергеевича Корьёва, мелькнувшего ребенком на одном из семейных снимков в этой книге, рядом со своим отцом Сергеем Егоровичем Корьёвым. Сестра принесла в музей его письма матери и рассказала, что он сгорел в танке, уже после Победы вступив в бой на польском плацдарме, и умер от множественных ожогов в львовском госпитале. И последним письмом перед боем были его стихи, сложенные треугольником и отосланные матери в июне 1945 г.

    Весенний дождь хлестал кусты
    И над землянкой ветер злился.
    Мне этой ночью снилась ты
    И городок далекий снился.
    В какой бы ни был стороне,
    Какой бы ни свистел мне ветер,
    Не надо больше счастья мне,
    Чем знать, что ты живешь на свете.
    Пускай у писем далека дорога,
    Но мне от мыслей хорошо моих:
    Ведь эти письма я руками трогал,
    И ты, читая, будешь трогать их.
    Я о тебе не разучился думать.
    Сегодня бой, и завтра будет бой.
    Течет песок в землянке от обстрела.
    Мы за войну не виделись с тобой,
    Наверно, изменилась, постарела.
    Но в мыслях вижу я сейчас тебя
    Еще красивую и молодую.
    Пусть жестче, строже сделались черты.
    Так на плакатах Родину рисуют,
    Немного на нее похожа ты.
    И то, что пули пролетают мимо,
    Мне верить хочется среди огня,
    Что ты со мной присутствуешь незримо,
    Своей любовью бережешь меня.
    Пускай в боях проходят дни и ночи,
    Не сдам, сумею все перенести.
    И обо мне ты не тревожься очень,
    О сестрах думай – береги, расти.

    Зенитчики защищали небо Москвы

    На территории Зюзинского сельсовета находился военный городок Стрелка, названный так потому, что он дислоцировался рядом с территорией, выделенной в 1927 г. жилищно-строительному кооперативу «Стрелка» служащих Рязанско-Уральской железной дороги поблизости с разъездом Коломенское для строительства индивидуальных жилых домов. Здесь и появился накануне войны 329-й зенитный артиллерийский полк. Первым командиром полка был назначен майор Середин. Формирование полка было завершено к 5 сентября 1939 г., и эта дата с тех пор стала Годовым праздником части[941].

    В состав полка тогда входили пять дивизионов СЗА (среднекалиберной зенитной артиллерии), трехбатарейного состава каждый, которые накануне войны были дислоцированы на территории пяти военных городков: Стрелка, Аннино, Мамыри (Нижние Теплые Станы), Черемушки, Коньково; штаб полка – в военном городке Стрелка, расположенном на землях, выделенных Зюзинским колхозом им. 9 января.

    Директивой штаба 1-го корпуса ПВО с 4.00 22.06.41 г. полку была объявлена боевая тревога и поставлена задача: занять предусмотренный планом развертывания боевой порядок и обеспечить противовоздушную оборону юго-западных и южных подступов к Москве. Уже в течение 22 июня в полк прибыла основная часть приписанного состава запаса из Москворецкого, Пролетарского, Красногвардейского и Кировского райвоенкоматов города Москвы.

    К исходу 22.06.41 г. дивизионы среднего калибра заняли боевой порядок в секторе боевого развертывания на юго-западных подступах к Москве (см. схему). В течение 23–24 июня от каждого дивизиона были выставлены по 3–5 наблюдательных пункта (всего 16), объединенные в общую систему (две линии) полка.

    1941 г. Схема противотанковой обороны 329-го зен. арт. полка

    Дивизион малокалиберной зенитной артиллерии (МЗА) в составе двух батарей МЗА был оперативно подчинен Центральной группе ПВО (г. Москва) и получил задачу оборонять от нападения с воздуха: 1-й батареей – Кремль и посольство Великобритании и 2-й батареей – теплоэлектроцентраль автозавода им. Сталина. Через 10 дней на северной окраине завода была установлена и 3-я батарея МЗА для обороны объектов завода.

    Прожекторный батальон тоже занял боевой порядок впереди расположения огневых позиций батарей ЗА, имея задачу световой обороны южных и юго-западных подступов к Москве. К началу налетов авиации противника на Москву в прожекторном батальоне было 40 прожекторных станций, к августу 1941 г. – 45, к концу 1941 г. – 59.

    К 4 июля 1941 г. был сформирован 237-й Отдельный зенитный артиллерийский дивизион (ОЗАД) малого калибра, приданный в оперативное подчинение полку и занявший боевой порядок в районе Бутово – Старый Ям – Ватутинки (южнее сектора полка) с задачей противовоздушной обороны радиоузлов Бутово. За весь период боевых действий изменение конфигурации боевого порядка было незначительно.

    Первый массированный налет на Москву противник предпринял в ночь с 21 на 22 июля 1941 г. Обстоятельства этого события показательны для всех последующих налетов. Во второй половине дня 21 июля пост ВНОС (воздушного наблюдения, оповещения и связи) передал частям, что в районе Серпухова, Тулы, Подольска, Наро-Фоминска появились одиночные разведывательные самолеты противника, действовавшие на этих подступах в течение нескольких часов. В 22.00 21 июля была объявлена боевая тревога, и вскоре к переднему краю сектора стали приближаться самолеты противника. Они подходили группами от звена и более на высотах 3000–6000 м. Видимость в ту ночь была хорошая, и отдельные группы вражеских самолетов четко выделялись на фоне вечернего неба. Несмотря на редкую облачность, при входе в сектор первых самолетов противника в бой вступили все прожектора. Одновременно полк открыл заградительный огонь по данным НП (наблюдательных пунктов). Сплошная стена огня встала на пути вражеских самолетов, и они свернули с курса, ушли в северо-западном направлении. К Москве самолеты противника пропущены не были.

    Вслед за первой группой самолетов непрерывно, одна за другой, с интервалом в 10–20 минут, подходили новые. Первый самолет противника был сбит огнем 1-й батареи и упал южнее Бутова, похоронив под своими обломками весь экипаж. В эту же ночь был сбит еще один самолет. В условиях сильного огневого воздействия самолеты противника беспорядочно сбрасывали фугасные, зажигательные и осветительные бомбы на подмосковные селения на подступах к Москве и в районах боевых порядков батарей 329-го ЗЕНАП.

    Снимки из полкового альбома: танковая атака; зенитчики бьют по танкам; зенитчики бьют по самолетам

    В следующую ночь противник совершил налет еще большими силами; бомбежка продолжалась с 23.50 до 3.00. Самолеты шли за низкими облаками на высоте 3000–4000 м. И снова им не удалось прорваться к Москве, снова они беспорядочно сбрасывали бомбы на боевые порядки полка и пригородные населенные пункты.

    Все последние июльские ночи самолеты пытались прорваться к Москве. Налеты были массированными и продолжительными. Самолеты прилетали с разных сторон, на разных высотах – от 1500 до 7000 м, применяли рассредоточение в зоне огня зенитной артиллерии, шли с приглушенными моторами, проводили бомбометание по боевым порядкам, при налетах придерживались ясно выраженных местных ориентиров: Киевское, Каширское, Боровское и Подольское шоссе, железные дороги, Москва-река и др.

    В ночь с 24 на 25 июля был сбит еще один самолет противника (8-й батареей 2-го дивизиона). Всего в июле сбито три самолета. При отражении налетов в августе были сбиты еще три самолета.

    Однако уже в августе в связи с приближением линии фронта к Москве была начата подготовка противотанковой и наземной обороны на случай борьбы с танками и пехотой противника. В батареях были созданы истребительные команды, вооруженные противотанковыми гранатами и бутылками с зажигательной жидкостью. В районах огневых позиций были установлены минные поля.

    С ухудшением обстановки на фронте и прорывом противника на ближние подступы к Москве 10 октября 1941 г. полку было приказано, продолжая выполнять задачу обороны, к 12 октября подготовить действенную противотанковую и наземную оборону. С этой целью до 40% всех орудий (по 1–2 орудия от каждой батареи) со своими расчетами были выставлены на специально рекогносцированные противотанковые позиции. К 26 октября на противотанковые позиции были выставлены почти все средства (до 80% орудий среднего калибра). Но затем с усилением активности авиации противника часть противотанковых орудий были возвращены на основные огневые позиции ПВО. На противотанковых позициях оставалось по 2 орудия от каждой батареи. Лишь к 18 декабря 1941 г.

    все противотанковые орудия были возвращены на основные огневые позиции.

    Следует отметить, что все задачи противотанковой и наземной обороны в секторе полка решались во взаимодействии с занявшими оборону подразделениями Московской зоны обороны и 332-й стрелковой дивизией, занявшей рубеж в центре сектора полка.

    Враг был на близких подступах к Москве, поэтому посты ВНОС были сняты и не могли обеспечивать предварительной информации. Самолеты появлялись неожиданно и на разных высотах. Для успеха боевых действий в этих условиях требовалась постоянная боевая готовность днем и ночью. Расчеты орудий и приборов сутками не отходили от материальной части, а в часы затишья отдыхали на своих местах, не раздеваясь. Круглосуточное дежурство несли расчеты противотанковых орудий.

    В течение декабря в налетах на Москву участвовало до 200 самолетов противника. Используя облачность, к городу прорвались 9 самолетов, которые в беспорядке с большой высоты сбросили около 115 фугасных авиабомб весом в общей сложности около 5–6 т и 135 шт. зажигательных авиабомб, не причинивших городу особых разрушений. В секторах артиллерийских полков на огневые позиции батарей сброшено около 600 фугасных авиабомб разных калибров. Всего в декабре было совершено 17 налетов на Москву, из них днем – 5, ночью – 2.

    При обороне Москвы огромную роль играли аэростаты заграждения. В течение декабря 1941 г. аэростаты поднимались в воздух 20 раз (230 постов), что составляет 4600 аэростато-подъемов. В общей сложности все вместе находились в воздухе 240 часов, или 55 620 аэростато-часов. Потолок подъема доходил от 4500 до 6000 м, что по сравнению с ноябрем составляет увеличение потолка на 1500–2000 м. Следующее объясняется понижением температуры воздуха. Аварии в декабре резко снижены в связи с укреплением дисциплины и приобретением опыта личным составом. Оборвалось по вине личного состава 3 аэростата, подбито огнем зенитной артиллерии 9 шт. Но все аэростаты были найдены, отремонтированы и вновь введены в строй.

    В январе 1942 г. на обороне Москвы и отдельных объектов находилось 260 аэростатных точек, из них тандемов – 90, одиночных 170. В течение месяца было 26 подъемных дней. Все подъемы производились в ночное время – с наступлением темноты до рассвета. Пять неподъемных дней было из-за плохих метеоусловий. Средняя высота подъема тандема – 4500 м, одиночных – 2500 м. Обрывов за месяц по вине личного состава было 9, 4 аэростаты найдены, отремонтированы и поставлены в строй.

    4 марта 1942 г. был сбит последний самолет противника. Всего батареями 329-го зенитного артиллерийского полка было сбито 14 самолетов противника.

    Период от начала войны до весны 1942 г. был наиболее напряженным, а все изменения в развертывании и использовании своих и приданных средств вызывались в первую очередь возникавшими боевыми задачами. В дальнейшем в основе лежало совершенствование и эффективность системы ПВО, за исключением ряда случаев оперативного использования отдельных подразделений, получавших самостоятельные задания или в составе групп.

    8 апреля 1942 г., согласно постановлению Государственного комитета обороны, в полк прибыло пополнение из девушек-комсомолок в количестве 1050 человек для обучения различным специальностям и замены военнослужащих мужчин, откомандированных на укомплектование 82-го и 1201-го зенитных артиллерийских полков ПВО, а также в полевые войска действующей армии. В 1943 г. и начале 1944 г. были сформированы отдельные части и подразделения, предназначенные для ПВО освобождаемых территорий страны.

    15 июня 1943 г. 329-й зенитный артиллерийский полк ПВО был реорганизован в 54-ю зенитную артиллерийскую дивизию ПВО, которая была включена во 2-й сектор Особой Московской Армии ПВО. Командиром дивизии был назначен командир полка Г.И. Иофик. Дивизия включала в себя:

    – 5 зенитных артиллерийских полков (пятибатарейного состава каждый);

    – Отдельный зенитный артиллерийский дивизион МЗА (три батареи);

    – зенитный прожекторный полк.

    Все перечисленные части дивизии и службы созданы из соответствующих подразделений 329-го зенитного артиллерийского полка ПВО и исторически продолжали выполнять задачи, поставленные ранее для 329-го ЗЕНАП. 1, 2, 3, 4, 5-й дивизионы среднего калибра были реорганизованы соответственно в полки – 1745, 1747, 1749, 1751, 1753-й; дивизион МЗА – в 338-й Отдельный зенитный артиллерийский дивизион малого калибра, прожекторный батальон – в 8-й зенитный прожекторный полк.

    Начиная с августа 1943 г. батареи дивизии принимали участие во всех салютах в честь побед Красной Армии на фронте. В 1944 г. большая группа офицеров, сержантов и рядовых – свыше 150 человек – были награждены орденами и медалями СССР.

    В апреле и июне 1945 г. был подготовлен Сводный зенитный артиллерийский полк, который участвовал в первомайском параде войск Красной Армии на Красной площади в Москве и в Параде Победы 24 июня. 30 мая 1945 г. в командование дивизией вступил полковник П.А. Валуев.

    До 1950 г. 54-я зенитная артиллерийская дивизия ПВО была объединена с другим подразделением. Новое подразделение получило название: 80-я зенитная артиллерийская дивизия, и было передислоцировано в военный городок Никулино, а в 1957 г. расформирована.









    Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

    Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.