Онлайн библиотека PLAM.RU  




  • ОБРАЗОВАНИЕ ЦЕНТРА
  • СОСТАВ НЦ
  • ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЕ РАБОТЫ
  • СНОШЕНИЯ НЦ С АНТАНТОЙ
  • СВЯЗЬ НЦ С ВОЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ
  • СВЯЗЬ С ЗАРУБЕЖНЫМИ БЕЛОГВАРДЕЙЦАМИ
  • СВЯЗЬ «НАЦИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА» С ЦЕНТРАЛЬНЫМ КОМИТЕТОМ КАДЕТСКОЙ ПАРТИИ
  • ХАРАКТЕРИСТИКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОТДЕЛЬНЫХ ЧЛЕНОВ НЦ
  • ПЕТРОГРАДСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ «НАЦИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА»
  • «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР»

    ОБРАЗОВАНИЕ ЦЕНТРА

    Образование НЦ относится к маю – июню 1918 года. Непосредственным поводом возникновения его следует признать выход кадетов из состава «Правого центра» и СОД на почве несогласия с германской ориентацией последних. Таким образом, группа лиц, стоявших на точке зрения недопустимости какого бы то ни было сближения с немцами и, наоборот, считавших необходимым образование нового Восточного фронта, решили образовать новое политическое объединение, безусловно, верное Антанте, хотя в Москве такое объединение уже существовало в лице «Союза возрождения», в котором имелись даже некоторые кадеты. Было признано, однако, необходимым создать новую организацию, так как в «Союзе возрождения» значение имели социалисты, с которыми нельзя было сговориться по всем вопросам; в СВ к тому же входили кадеты несколько менее черносотенного толка, и, таким образом, для более правых элементов союзнической ориентации там не было места. Это не помешало, однако, некоторым лицам (Н. Н. Щепкин и Н. И. Астров) входить одновременно в обе организации. Более того, летом 1918 года, в период существования германофильского «Правого центра», обе организации, относившиеся к нему определенно враждебно, были между собой чрезвычайно близки, действовали часто сообща, имели совместные заседания и, преследуя общие задачи, предполагали лишь осуществлять их в различной среде.

    Осенью 1918 года эта связь ослабла и совместные заседания занимались одновременным участием отдельных лиц в обеих организациях.

    СОСТАВ НЦ

    НЦ объединил в себе представителей всех несоциалистических политических партий, кроме крайних правых (монархическая организация Кисловского), и представителей всех течений, групп, отброшенных в сторону Октябрьской революцией (представители старообрядческих общин, пров. Онуфриев, некоторые члены церковного собора, «Торгово-промышленного комитета», земских и городских нереволюционных учреждений, кооперативных учреждений и др.) – см.: «Декларация «Национального центра», подписанная Мих. Федоровым, Котляревским и другими.

    Персональный состав руководящего ядра «Национального центра», так называемого «Главного правления НЦ», находившегося в Москве (см. декларацию Федорова), определился следующим образом:

    Во главе стоял Дмитрий Николаевич Шипов, занимавший в нем пост председателя вплоть до своего ареста (начало 1919 года), после чего председателем НЦ делается Н. Н. Щепкин; затем лидерами НЦ являются также его основатели и вдохновители Николай Иванович Астров, Степанов, Петр Бернгардович Струве и М. М. Федоров. Тогда же в «Национальный центр» вошли Червен-Водали, В. Н. Челищев, Карташев (видный кадет), Осип Петрович Герасимов, профессор Сергей Андреевич Котляревский, Огородников (кадеты), профессор Валериан Николаевич Муравьев, Николай Константинович Кольцов, Онуфриев (видный представитель старообрядчества), несколько позже (конец 1918 года и начало 1919 года) в состав «Национального центра» вошли бывший князь Сергей Евгеньевич Трубецкой и Михаил Соломонович Фельдштейн. Близкое участие в деятельности НЦ принимали Александр Григорьевич Хрущев и Четвериков.

    Выработанная «Национальным центром» программа заключала в себе следующие основные пункты: а) свержение Советской власти и восстановление единой и неделимой России, б) учреждение единоличной диктатуры с чрезвычайными полномочиями в тесной связи с Добровольческой армией. Эта власть должна осуществлять свои задачи в границах устанавливаемого ею законодательного порядка, по нормам, ею самою определяемым. Эта власть в помощь себе образует правительство из лиц, пользующихся общественным доверием «по строго деловому принципу», главнейшей задачей власти является установление в стране твердого порядка и подавление и искоренение большевистской анархии.

    Следующими, не менее важными задачами «Национального центра» являлись продолжение войны с Германией и создание нового Восточного фронта в тесной связи с союзниками, охранение верности к которым НЦ ставил во главу своей работы, а также всемерная поддержка Добровольческой армии.

    В течение первого полугодия своего существования «Национальный центр» поддерживает самую тесную связь с Добровольческой армией Алексеева и других белогвардейских генералов, а также со своими местными комитетами в Советской России на юге, на Кавказе и в Сибири. «Национальный центр», само собой разумеется, все время находился в самом близком контакте с представителем Антанты в Москве и Петрограде. «Национальный центр» с самого начала своего зарождения вступает в сношение с «Союзом возрождения», «объединением государственно мыслящих социалистических партий» для достижения общих целей – борьбы с Германией и большевизмом и воссоздания единой, неделимой России (см. материалы М. М. Федорова). «Национальный центр» и «Союз возрождения» поддерживают Добровольческую армию и находятся для этой цели в постоянных сношениях с представителями союзников, совместно с которыми и вырабатываются планы удушения Советской власти, считавшихся ими тайным союзником[30] и создания Восточного фронта при поддержке войск союзников, занявших Архангельск, чехословаков, сибирских белогвардейцев и донских и кубанских белых генералов. «Национальным центром» и «Союзом возрождения» с одобрения союзников «намечается» Всероссийское правительство с главою Добрармии генералом Алексеевым во главе. Это правительство, по словам Федорова, должно было находиться за линией фронта.

    В это время «Национальный центр» значительную часть своей работы переносит на юг, на Кубань, в сердце вотчины казачьих генералов, из которой он надеется создать колоссальную Вандею.

    В целях борьбы с германофильством, «заразившим» Украину и Краснова, признано было необходимым прибрать к рукам Добровольческую армию, руководимую Алексеевым, и подчинить ее воле союзников. С этой целью во второй половине лета 1918 года командируются на Кубань Н. И. Астров, Степанов и М. М. Федоров. Там они образуют также НЦ, и с тех пор деятели его во главе с Астровым и Федоровым принимают самое деятельное участие в политической жизни Добровольческой армии сперва в качестве «политических советников», а затем – в составе и во главе деникинского правительства. С другой стороны, Федоров, считавший положение немцев и Скоропадского на Украине неустойчивым, полагает развить там политическую деятельность, дабы к моменту падения там немецкой власти захватить политическое влияние на всем Юге России.

    «Национальный центр» в октябре 1918 года получает приглашение на известное совещание с представителем Антанты в Яссах,[31] где в полном согласии с «Союзом возрождения» и монархическим «Советом государственного объединения России»,[32] по своей идеологии и составу участников соответствующим «Совету общественных деятелей» в Москве, вырабатываются планы объединения белогвардейских армий, создания единого командования. Добрармия с ее вождем признаются ядром военного объединения России. Чрезвычайно законспирированный в Москве НЦ в октябре – ноябре 1918года приступает в Киеве, Яссах, на Кубани к открытой деятельности, центр коего переносится в район расположения Добрармии.

    Таким образом, по мысли главных руководителей НЦ, в 1918году по мере продвижения Добровольческой армии на север автоматически распространялось бы политическое господство НЦ, и он вместе с Алексеевым и Деникиным оказался бы у власти в Москве. Политическая жизнь зарубежных белогвардейцев тесно связана с НЦ, и ни один их шаг не проходит без участия его. НЦ принимает участие в образовании Заволжской директории,[33] деятельно участвует в различных совещаниях с союзниками в Крыму, Киеве, Одессе и т. п.

    ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЕ РАБОТЫ

    Одновременно с этим НЦ предпринимается организация работ по составлению различных законопроектов или по выработке основных положений и тезисов по различным вопросам государственного строительства. Организация этих работ поручается профессору Котляревскому, который для этой цели привлекает профессоров Букшпана, Кафенгауза и Плетнева. Некоторые проекты, уже вполне разработанные, тут же отправляются на юг (ряд проектов, касающихся гражданского права и процесса, увезены летом 1918 года), другие ждут своей очереди для отправления туда же или прихода Деникина, чтобы дать его правительству готовый материал. Продовольственный вопрос разрабатывается Салазкиным, церковный – профессором Карташевым и т. д. Вопросам управления и самоуправления М. М. Федоров, инициатор этих работ, не придает значения, считая, очевидно, что они будут разрешены на месте по мере захвата Добровольческой армией советской территории и что лучше предоставить расправу с рабочими и крестьянами генералам без участия кадетов.

    Если исключить эти полицейские меры, то нет, кажется, ни одной стороны государственного строительства, которая была бы оставлена без внимания. О. П. Герасимовым разработан план реорганизации народного образования, Котляревским – вопросы транспортный, национальный и федеративный; профессорами-экономистами даны главные основания для разрешения проблем финансовой и экономической, а также рабочего вопроса; вопросы международные освещаются Котляревским и Муравьевым. Лишь один аграрный вопрос не ставится на обсуждение, так как Н. Н. Щепкин опасается трений и разлада с «Союзом возрождения», а это в период необходимости сосредоточения всех сил «демократии» для борьбы с коммунистами недопустимо.

    НЦ поддерживает связь с «Торгово-промышленным комитетом» и тратит немало усилий на то, чтобы возможно глубже разрушить наши хозяйственные ресурсы, расшатать с трудом налаживающийся хозяйственный аппарат и ускорить окончательный распад и крушение экономической политики Советской власти. «Национальным центром», несомненно, инспирировались и поддерживались вспыхивавшие в 1918 году в стране кулацкие восстания, практиковавшиеся белогвардейскими бандами порча железных дорог, взрывы мостов, а также злобный саботаж в советских учреждениях и предприятиях во всех отраслях хозяйственной жизни, направленный к усугублению разрухи.

    По признанию члена ЦК к.-д. партии (занимавшего пост председателя правления Орехово-Зуевской группы текстильных предприятий) инженера Федотова, руководители «Национального центра» – Н. Н. Щепкин, Степанов и другие – ставили ему на вид необходимость содействия приостановке фабрик и ускорению хозяйственной разрухи для того, чтобы доказать бессилие Советской власти и вызывать волнения рабочих.

    Вместе с тем НЦ поддерживает всякие начинания, направленные в Москве к подрыву Советской власти, являющиеся подготовительным к моменту ее падения. По инициативе НЦ редактором «Задруги» Мельгуновым предпринимается составление указателя всех коммунистов, с обозначением их имен, революционных псевдонимов и последовательно занимаемых в Советской России должностей. Ассигнуется на эту работу 10 000 рублей. Равным образом НЦ выдает через своего председателя Мельгунова 25 000 рублей на предварительные расходы (оплату гонорара) по составлению сборника, касающегося деятельности Советской власти, печатание и издание которого отложено до «лучших времен». Равным образом НЦ в лице Н. Н. Щепкина, С. Е. Трубецкого и других из своих средств субсидировал контрреволюционеров, заключенных в московских тюрьмах, при посредстве Лидии Николаевны Хрущевой и других лиц, следствием не установленных.

    СНОШЕНИЯ НЦ С АНТАНТОЙ

    Сношения «Национального центра» с находящимися в Москве союзными консульствами были оживленными, и НЦ, несомненно, в 1918 году ими субсидировался весьма широко, так как в расходах на содержание военной организации и на оплату специалистов-профессоров отнюдь не стеснялся.

    С отъездом иностранных консулов из Москвы непосредственные сношения НЦ с Антантой на некоторое время прерываются; сношения эти, впрочем, гораздо более тесные, устанавливаются южными представителями НЦ в лице Астрова, который время от времени информирует Н. Н. Щепкина о международном положении.

    С другой стороны, НЦ через петербургскую свою организацию входит летом 1919 года в сношение с главой английской контрразведки в России Полем Дюксом (Павел Павлович Дьюкс).

    Последний, постоянно проживающий в 1919 году в Петербурге, узнав в Петербурге о существовании в Москве НЦ и других контрреволюционных организаций, в июне 1919 года приезжает в Москву и при посредстве ближайшей своей помощницы по русскому шпионажу Н. В. Петровской встречается с С. М. Леонтьевым, познакомившим его с Н. Н. Щепкиным, как с председателем

    «Тактического центра», с которым Поль Дюкс виделся несколько раз. Беседы Н. Н. Щепкина и Поля Дюкса имели в виду, во-первых, информировать последнего о положении московских контрреволюционных организаций, об их отношении к английской интервенции; кроме того, Н. Н. Щепкин просил Поля Дюкса войти от имени НЦ в сношение с русскими комитетами в Лондоне и Париже и указывал на крайне отрицательное отношение московских организаций к мысли образования будущего правительства из парижских и лондонских эмигрантов, оторванных от России. Засим возник вопрос о деньгах. Поль Дюкс предложил Н. Н. Щепкину субсидию английского правительства в размере 500 тысяч рублей в месяц на поддержание деятельности организаций. Щепкин, ссылаясь на то, что посланный Колчаком в Москву курьер с миллионом рублей арестован, радостно ухватился за спасительное предложение английского шпиона. Ряд показаний обвиняемых говорят, что, докладывая в НЦ о своем свидании с Полем Дюксом, Н. Н. Щепкин указал на то, что сначала им было отклонено предложение Поля Дюкса о субсидии, указано последнему на чисто национальный характер организации, финансируемой якобы исключительно Колчаком. Из показаний Н. В. Петровской и С. Е. Трубецкого, впрочем, усматривается, что Щепкин запрашивал мнение НЦ по этому вопросу, причем Трубецкой и некоторые другие высказывались за принятие денег. Разноречие это находит объяснение в том, что, по показаниям тех же лиц, Н. Н. Щепкин многое скрывал от НЦ. Весьма вероятно, что он хотел придать иную форму и этому разговору. Разноречие это, впрочем, особого значения не имеет, так как из дальнейшего (см. «Тактический центр») будет видно, что после ареста Н. Н. Щепкина московские контрреволюционеры от английских денег не отказывались. Н. Н. Щепкин подробно информировал Дюкса о внутреннем, политическом, хозяйственном и особенно о военном положении Советской России, обнадежив его на неминуемое крушение Советской власти взрывом изнутри при содействии сил «Тактического центра», что не за горами. Дальнейшие переговоры НЦ с представителем английского шпионажа оборвались ввиду ареста Н. Н. Щепкина и отъезда Поля Дюкса в Англию.

    Н. Н. Щепкин или Леонтьев, а через них и «Тактический центр», «Национальный центр», «Союз общественных деятелей» и «Союз возрождения», таким образом, были прекрасно осведомлены об истинной роли Поля Дюкса, как агента английской контрразведки в России, а также о его роли руководителя раскрытого в ноябре 1919 года в Петрограде военного заговора, поставившего себе целью свержение Советской власти в Петрограде и передачу последней Юденичу. Поль Дюкс развил в Петрограде и во всем районе Северо-Западного фронта широкую сеть шпионажа, завербовав в качестве своих сотрудников многих бывших деятелей бывшей царской охранки, контрразведки, черносотенных генералов, имел деятельных сообщников среди командного состава и некоторых воинских частей и тыловых учреждений Красной Армии. Поль Дюкс поддерживал тесную связь с «Национальным центром» и «Союзом освобождения» (см. ниже) в Петрограде и в согласии с ними и незадолго до раскрытия Петроградской чрезвычайной комиссией этой шпионско-заговорщической организации сорганизовал будущее правительство, в состав коего вошли некоторые кадеты (Быков), профессора и целый ряд деятелей старого режима. Через своих курьеров Поль Дюкс, а по его отъезде вышеупомянутая Надежда Владимировна Петровская поддерживали оживленную связь с штабом Юденича и агентами Антанты и Финляндии. Вся эта шпионская банда щедро оплачивалась английским золотом. Она была раскрыта и ликвидирована накануне того момента, когда она собиралась нанести Советской власти и Красной Армии предательский удар в спину.[34]

    СВЯЗЬ НЦ С ВОЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ

    Как видно из показаний профессора Котляревского, после своего образования «Национальный центр» в 1918 году вошел в сношение с московскими военными группами; сношения эти имели чрезвычайно конспиративный характер и велись вначале непосредственно Астровым и Шиповым, которые докладывали о них на заседаниях «Национального центра» лишь в общих чертах.

    После отъезда Астрова и ареста Шилова все сношения «Национального центра» с военной организацией (до образования «Тактического центра», о чем будет речь далее) вел лично Н. Н. Щепкин. Связь между обеими организациями была прочно установлена, причем НЦ совершенно подчинил себе военную организацию. С образованием же «Тактического центра» политическое руководство организации переходит всецело к нему и образованной им «военной комиссии». Военную организацию «Национальный центр» получил в наследство от распавшегося «Правого центра» летом 1918 года. Организация эта, руководимая некоторыми царскими генералами и бывшими князьями (генералом Соколовым, князем Волконским, расстрелянными в свое время по постановлению ВЧК), вербовалась почти исключительно из кадровых офицеров и всяких сиятельных отбросов. Она имела ячейки во многих частях только что организовавшейся в то время Красной Армии. Имела связи со штабом Алексеева на Кубани и поддерживала сношения с представителями союзников в России. Главное ядро этой организации в Москве было ликвидировано и рассеяно известной регистрацией офицеров (июль, август 1918 года).[35] В конце 1918 года организация военного заговора вновь оживает, вербует в свои ряды целый ряд новых сторонников; развертывается в довольно значительную конспиративную организацию с централизованным руководством и широкими разветвлениями в разных военных учреждениях Красной Армии. Она получает название «Штаб Добровольческой армии Московского района». Одно это название указывает ее составной частью Добровольческих армий Колчака и Деникина. Эта организация возглавлялась бывшим генералом Стоговым, кандидатура которого была одобрена НЦ. Стогов именовался главнокомандующим Добрармии Московского района. После ареста Стогова его место занимает бывший генерал Кузнецов, а после ареста последнего – бывший полковник Ступин, состоявший начальником штаба.


    Схема контрреволюционной белогвардейской организации «Штаб Добровольческой армии Московского района»


    Организация была хорошо подготовлена, имела оружие, даже артиллерию. Организация представляла из себя кадр будущего корпуса. Штабом были выделены начальники, командиры дивизий, полков, бригад, рот, батарей и пр.

    По выработанному плану штаба Москва была разделена на секторы, во главе которых стояли начальники. Была выделена особая часть связи, имевшая в своем распоряжении автомобили, мотоциклеты из разных автобаз и гаражей, преимущественно военных. Она имела даже броневики, принадлежавшие броневой школе при ГВИУ,[36] большинство преподавательского персонала которой были членами организации. Штабом был выработан детальный план вооруженного восстания, которое должно было произойти в последних числах сентября в 1919 году. Штаб предполагал при успехе восстания в Москве овладеть московскими мощными радиостанциями, сообщить всем частям Красной Армии на фронты о падении Советской власти, внести тем самым замешательство в ряды Красной Армии и открыть фронт армиям Деникина. Организация имела значительное количество участников и рассчитывала в случае выступления на участие некоторых школ командного состава Красной Армии – Высшей стрелковой школы, Высшей школы военной маскировки и окружной артиллерийской школы, состав курсантов которых состоял преимущественно из бывших офицеров. До образования «Тактического центра» в лице Н. Н. Щепкина субсидировал военную организацию на средства, получаемые преимущественно из Сибири через агента Колчака.[37]

    СВЯЗЬ С ЗАРУБЕЖНЫМИ БЕЛОГВАРДЕЙЦАМИ

    Постоянная связь НЦ с зарубежными белогвардейцами Колчака и Юденича (штабы Деникина, организация «Национального центра») вполне установлена. Вскоре после отъезда Н. И. Астрова на юг он «информирует» Н. Н. Щепкина о происходящих там событиях. Информации эти первоначально чисто политического свойства впоследствии получают совершенно иной характер. Сношения с зарубежом устанавливаются довольно прочно, в особенности во время вступления НЦ в связь с московской военной организацией. Курьеры ее являются вместе с тем гонцами НЦ. Наряду с политической информацией через курьеров передавались в штабы Деникина и Юденича сведения о количественном и качественном составе Красной Армии, дислокации войск, сведения о передвижениях Красной Армии, о ее вооруженном довольствии, командном составе и пр. Курьеров этих принимает глава НЦ Н. Н. Щепкин. Он в курсе всех передаваемых белогвардейскими штабами военных сведений. О получаемой информации из-за рубежа Н. Н. Щепкин докладывает «Национальному центру». Он докладывает также НЦ о состоянии Красной Армии, положении на фронтах, продвижении белых и пр.

    Военная организация была раскрыта Особым отделом ВЧК в сентябре – октябре 1919 года, которым было установлено и арестовано несколько сот действительных участников этой организации, понесших заслуженное наказание за попытку свержения рабоче-крестьянской власти, ответственных за широко развитую сеть военного шпионажа, имевшего целью активное пособничество белогвардейским армиям в их борьбе с Советской Республикой.

    Достаточно указать на получение НЦ летом 1919 года миллиона рублей от Колчака на расходы по содержанию военной организации через курьера под псевдонимом «Василий Васильевич», фамилию которого установить не удалось. Посланный Колчаком второй миллион не доставлен по тому же назначению исключительно ввиду ареста курьера из Сибири органами ЧК. Далее связь НЦ с Юденичем через Петербургскую организацию НЦ вполне установлена по данным сентябрьского расследования о Н. Н. Щепкине.

    В материалах по настоящему делу имеется определенное признание С. М. Леонтьева о получении летом 1919 года «Н. центром» от штаба Юденича шифрованных писем для Н. Н. Щепкина через Н. В. Петровскую, агента английской контрразведки; с сообщениями о предполагаемом захвате Юденичем Петербурга и о приготовлениях в Петербурге к этому захвату.

    Наконец, установлена непосредственная связь НЦ с главой деникинской контрразведки полковником Хартулари, специально приезжавшим в марте 1919 года в Москву для установления с московскими контрреволюционными организациями прочных сношений. Именно с этого момента сношения НЦ с Деникиным (Югом), по показаниям обвиняемых, приобретают более регулярный характер, и все отправляемые НЦ и московской военной организацией на юг сведения политического и шпионского характера попадают прямо к Хартулари. Шпионажем руководят в Москве Н. Н. Щепкин и его агенты из военной организации, на юге – Хартулари; это подтверждается, между прочим, шифрованной депешей Хартулари, рекомендующей относиться с недоверием к прибывшему в Москву летом 1919 года ротмистру Донину, о коем вообще речь впереди.

    СВЯЗЬ «НАЦИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА» С ЦЕНТРАЛЬНЫМ КОМИТЕТОМ КАДЕТСКОЙ ПАРТИИ

    «Национальный центр» был создан Центральным Комитетом кадетской партии, и большинство его членов были членами партии кадетов. Если Центральный Комитет к.-д. партии, продолжавший существовать и после отъезда многих видных его членов из Москвы, вообще как будто бы стоял несколько в стороне от деятельной подготовки «Нац. центра» и его военной организации к вооруженному восстанию в Москве, то «Нац. центр», составленный персонально в большинстве из кадетов, усвоив идеологию и тактику этой партии, проявлял лихорадочную деятельность и энергично готовился к грядущим событиям. Центр тяжести кадетской политики и работы переместился в новое, казавшееся более жизнеспособным политическое образование. Связь «Нац. центра» с кадетской партией поддерживалась вплоть до ликвидации Особым отделом ВЧК этих организаций (подробнее см. главу о ЦК кадетской партии).

    После ареста Н. Н. Щепкина и ближайших его помощников, а также ликвидации военной организации (июль – ноябрь 1919 года) «Нац. центр», однако, не распускается и продолжает регулярно собираться и обсуждать все важнейшие политические вопросы, вплоть до момента ареста всех его членов (февраль 1920 года). В этих заседаниях, происходивших преимущественно на квартире профессора Н. К. Кольцова и в его кабинете в Научном институте,[38] принимали участие О. П. Герасимов, С. Е. Трубецкой, С. А. Котляревский, Муравьев, Фельдштейн и Кольцов.

    ХАРАКТЕРИСТИКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОТДЕЛЬНЫХ ЧЛЕНОВ НЦ

    Центральными фигурами и главными действующими лицами НЦ, несомненно, являются после отъезда из Москвы Н. И. Астрова, М. М. Федорова, Степанова и Струве – Д. Н. Шипов и Н. Н. Щепкин. Крупный авторитет Д. Н. Шилова, стоявшего гораздо правее кадетов среди деятелей оставшихся в Москве разных буржуазных партий, много содействовал объединению в «Национальном центре» разнородных по своим политическим убеждениям элементов. Когда Шипов сходит со сцены и его заменяет Н. Н. Щепкин, «Национальный центр» сразу меняет физиономию. Он делается актуальной, боевой организацией, в которой Щепкин почти диктаторски принимает на себя обязанности по организации сети шпионажа, по укреплению военной организации, сношению с зарубежными белогвардейцами, посвящая, конечно, своих политических товарищей в эти дела и привлекая их к активной работе.

    Наиболее деятельными после Н. Н. Щепкина лицами являются О. П. Герасимов и С. Е. Трубецкой, в особенности последний. Оба делегируются НЦ в «Тактический центр», а Трубецкой после ареста Огородникова является представителем НЦ в образованной весною 1919 года «Тактическим центром» военной комиссии. Герасимов пользовался в НЦ огромным влиянием, а С. Е. Трубецкой, типичный отпрыск помещиков-крепостников, фанатический ненавистник Советской власти, как нельзя более подходил к военной работе; он же по поручению Щепкина выдавал пособия семьям расстрелянных. Оба составляли в НЦ правое крыло (показания Котляревского).

    Профессор Николай Константинович Кольцов вступил в «Нац. центр» в качестве его члена через Н. Н. Щепкина. Он предоставлял для заседаний «Нац. центра», а также для «Тактического центра» свою квартиру и свой кабинет в Научном институте, где он заведовал Институтом экспериментальной биологии. На его квартире происходили доклады НЦ и ТЦ и являлись приезжающие с Юга и из Сибири агенты деникинской контрразведки и штаба Колчака. Кольцов являлся хранителем денежных сумм «Нац. центра» на текущие расходы по организации и для пособий семьям пострадавших членов организации. Часть этих денег, в сумме около 36 000 рублей, обнаружена у него при аресте.

    Профессор Сергей Андреевич Котляревский непосредственно руководил всей деятельностью «Нац. центра» по разработке различных положений и проектов, для каковой цели привлек ряд профессоров (Бориса Дмитриевича Плетнева, экономиста Букшпана, Леона Борисовича Кафенгауза), посвященных им в дело существования «Нац. центра» и в общие задачи последнего. Лично Котляревский все время был занят разработкой вопросов национальных и международных отношений.

    Валериан Николаевич Муравьев, бывший начальник политического кабинета в бывшем Министерстве иностранных дел при Терещенко, вступил в «Нац. центр» летом 1918 года. Осень и зиму 1918 года он проводит на юге, где энергично поддерживает связи со штабом генерала Алексеева и деятелями «Нац. центра» и других правых политических групп на Юге России. В марте месяце 1919 года Муравьев возвращается в Москву и принимает участие в работах «Нац. центра». Считаясь знатоком международных отношений, имеет значительное влияние при обсуждении вопросов иностранной политики. Муравьев, как и профессор Михаил Соломонович Фельдштейн, вступивший в НЦ в начале 1919 года через профессора Котляревского, за все время существования «Нац. центра» находится в курсе всех дел последнего, присутствует на всех заседаниях НЦ, принимает участие в обсуждении докладов агентов Колчака и Деникина, докладов Н. Н. Щепкина о военном положении и о военной организации, переговорах с английским шпионом Полем Дюксом и участвует в разработке политической платформы «Нац. центра».


    А. Г. Хрущев*,[39] бывший товарищ министра при 1-м Временном правительстве,[40] член Центрального Комитета партии к.-д. и бывший фабрикант Четвериков, не состоя формально членами «Нац. центра», принимают участие в его заседаниях в 1918 году и первой половине 1919 года, главным образом, при обсуждении вопросов об экономическом положении России и при выработке программы об экономических мероприятиях при падении Советской власти.

    Что касается профессоров Букшпана, Плетнева и Кафенгауза, то, как уже было упомянуто, они являлись чисто техническими работниками и членами НЦ не состояли. Они, однако, были осведомлены, что их работы предназначаются для «Нац. центра», знали также о целях и задачах последнего.

    В заключение следует упомянуть о жене А. Г. Хрущева-Л. Н. Хрущевой. Не являясь членом организации НЦ, но пользуясь своим положением члена политического Красного Креста, она, получая из НЦ от Н. Н. Щепкина деньги и вещи, передавала их заключенным в Бутырской тюрьме членам организации НЦ, являясь в этом деле посредницей между ними и НЦ.

    ПЕТРОГРАДСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ «НАЦИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА»

    Петроградская организация «Нац. центра» являлась местным отделом всероссийского «Нац. центра», находившегося в Москве, и подчинялась руководству последнего. Главными руководителями его в 1919 году были видные кадеты Штейнингер и Герасимов. Так же, как и в Москве, петроградская организация НЦ работает в полном контакте с «Союзом возрождения», имеет свою военную, боевую организацию, через целую сеть курьеров поддерживает интенсивные сношения со штабом Юденича, русскими белогвардейскими организациями в Финляндии, Эстонии, Латвии и пр. и агентами Антанты, доставляет им сведения о состоянии Красной Армии, военных планах красного командования и энергично готовится к сдаче Петербурга Юденичу, поднятию восстания к моменту наступления последнего. Петроградская организация «Нац. центра» была своевременно раскрыта и ликвидирована органами ВЧК незадолго до похода Юденича на Петербург (август – сентябрь 1919 года).





    Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

    Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.