Онлайн библиотека PLAM.RU  




Глава 12. Из песни слова не выкинешь

История разведки, вероятно, оказалась бы не полной, если не упомянуть о предателях, которые, как это ни грустно признавать, являются ее неотъемлемой частью.

Одним из первых известных предателей является Григорий Карпович Котошихин, служивший во время царствования Алексея Михайловича подьячим Приказа Тайных дел.

Предателем он оказался оригинальным — после измены, проживая в Швеции, Котошихин написал труд «Россия в царствование Алексея Михайловича», опубликованном в России в конце XIX века, который пользовался успехом у всех позднейших исследователей истории нашей страны.

По поводу настоящих причин измены можно предположить следующее. Во-первых, обида на царя-батюшку. При написании грамоты вместо «великий государь» написал «великий», пропустив слово «государь».

В XVII веке подобных ошибок не прощали — «подьячему Гришке Котошихину, который тое отписку писал, велели за то учинить наказание — бить батоги».

Во-вторых, Котошихин проявлял недовольство по поводу собственного жалованья. К тому же летом 1661 года он узнал, что его отец, монастырский казначей, был обвинен в растрате.

Подоплека растраты оказалась навсегда темной, поскольку, когда у Котошихина за долги отца конфисковали дом с имуществом, вскоре оказалось, что в монастырской казне не хватало 15 копеек.

К тому же конфискованное имущество Котошихину, конечно, не вернули. Однако и ошибка в правописании, и долг отца не послужили поводом для увольнения Котошихина из древнерусской спецслужбы.

Так, если в 1661 году за год он получил «тринадцать Рублев», в 1663 году — тридцать. Однако Котошихин являлся злопамятным человеком и не мог простить выпавшие на его долю «наказания», считая себя способным и даровитым человеком.

Как бы то ни было, «в прошлом во 172 году (1664 году) Гришка своровал, изменил, отъехал в Польшу». Еще ранее Котошихин успешно работал на шведов.

Так, в конце 1663 года продал определенного рода информацию шведскому послу в Москве Адольфу Эберсу, получив сорок рублей (впоследствии оказалось, что Котошихину было выделено сто рублей, а разницу Эберс положил в собственный карман).

После бегства Котошихин предлагает свои услуги польскому королю Яну Казимиру, выражая готовность давать королю полезные советы, от которых даже «к способу в войне будет годность».

Кроме того, изменник предлагал королю собственные изобретения в военно-технической сфере — изготовить рогатки, то есть рогатины, которые «лутче и легче московских».

Однако Яну Казимиру перебежчик не понравился, и последний уехал в немецкий город Любек (один из главных городов Ганзы — знаменитого торгового союза средневековья), откуда предатель перебирается в Нарву, к шведам. Однако он сильно рисковал — по следам Котошихина уже шли стрельцы с приказом доставить его в Москву.

Но изменнику везло: шведы заинтересовались его персоной и 24 ноября 1665 года Карл XI подписал специальный указ о «некоем русском Грегори Котосикни», в котором говорилось, что за предоставленные шведской короне полезные сообщения наградить двумястами монетами серебром.

Одновременно Котошихину сообщили, что он принят на королевскую службу, и под именем Иоганна Александра Селецкого прибыл в Стекольн — старое русское название Стокгольма.

В результате изменник был зачислен на государственную службу с неплохим окладом. Казалось, дальнейшая жизнь Иоганну Селецкому обеспечена. Однако произошло одно неприятное событие, истоки которого, вероятно, так и останутся невыясненными.

В конце августа 1667 года он пришел домой пьяным и «в состоянии алкогольного опьянения» ударил ножом хозяина дома, у которого снимал квартиру и его родственницу; «от полученных ножевых ранений» через две недели хозяин скончался.

11 и 12 сентября 1667 года состоялся суд, который вынес приговор: «Поелику русский подьячий Иван Александрович Селецкий, называющий себя также Григорием Карповичем Котошихиным, сознался в том, что он 25 августа в пьяном виде заколол своего хозяина Даниила Анастазиуса, вследствие чего последний спустя две недели умер, суд не может пощадить его и на основании Божеских и шведских законов присуждает его к смерти».

Смертный приговор незамедлительно был приведен в исполнение — все-таки изменник получил по заслугам. В заключение остается добавить, что в силу позднейших розысков, произведенными в 1837 году русским ученым Соловьевым, предатель не был предан земле и «его кости до сих пор хранятся в Упсале, как некий монумент, нанизанные на медные и стальные проволоки».

После смерти царя Петра I русский престол заняли случайные пришлые людишки — без роду и племени, не имевшие никакого отношения ни к древней Руси, ни к исконным боярским родам, которые сотни лет потом и кровью создавали Российскую Державу.

В годы правления императрицы Анны Иоанновны был восстановлен центральный орган политического сыска — Тайная розыскных дел Канцелярия во главе с А.И. Ушаковым, которая была упразднена после смерти императрицы Екатерины I, где при расследовании слова и дела государева применялись жестокие пытки.

Политику Петра в этой сфере успешно продолжила Екатерина Великая. Она регулярно приглашала ино¬странных специалистов. Именно Екатерина II в июле 1763 года издала Указ об учреждении Канцелярии опекунства иностранных переселенцев, который полностью соответствовал курсу внутренней политики — привлекать иностранцев для процветания Российской империи.

Екатерина II взамен тайной канцелярии Петра I, уничтоженной Петром III учредила тайную экспедицию, во главе которой поставила Шешковского Степана Ивановича — известного сыскных дел мастера. В 1738 году Шешковский был определен на службу, 11 лет от роду, в сибирский приказ, где в 1740 году находился «при делах в тайной канцелярии»; затем копиист Шешковский, по указу Сената, был взят в московскую контору тайных розыскных дел.

Граф Алексей Иванович Шувалов, сделавшись правителем канцелярии тайных розыскных дел, перевел Шешковского к себе, и в 1754 году рекомендовал его Сенату на должность протоколиста.

В 1757 году граф доносил лично государыне Елизавете Петровне про «добропорядочные при важных делах и примерные труды» Шешковского, вследствие чего он был назначен секретарем в тайную канцелярию.

Когда Екатерина II учредила тайную экспедицию, состоявшую при 1-м департаменте Сената, Шешковский поступил туда на службу обер-секретарем и начал улучшать свое финансовое положение покупкой деревенек.

Понемногу ревностное служение Шешковского приближает его к Екатерине II, и она поручает ему все крупные сыски, потому что, как выразилась она, посылая его по делу Пугачева в Москву, он «особливый дар имеет с простыми людьми, и всегда весьма удачно разбирал и до точности доводил трудные разбирательства».

Наибольший расцвет деятельности Шешковского — восьмидесятые года. Он производил следствие по делу известных лиц и создал целую систему допроса с пристрастием, про которую рассказывали ужасы. Пытка была уничтожена, но кнут существовал, и сама Екатерина II указывала на его благодетельную силу.

Говорили, что даже великосветские дамы за сплетни пробовали кнут из рук Шешковского. В то же время Шешковский усердно посещал церковь, даже допрос производил в комнате, уставленной иконами, и во время стонов и раздирающих душу криков читал акафист сладчайшему Иисусу и Божией Матери.

Понятно, какую ненависть питали к нему все, начиная от простого крестьянина и кончая царедворцами, перед которыми Шешковский часто унижался, но иногда прибегал и к угрозам, прикрываясь близостью к государыне.





Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.