Онлайн библиотека PLAM.RU

Загрузка...



Ленин и революция 1905 года

1

После длительной подготовки группе «Искры» удалось собрать съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Он был назван II съездом — первым официально считался съезд 1898 года (в действительности, с точки зрения партийного строительства, он не имел реального значения, поскольку большинство его руководителей вскоре попали за решетку).

Так что съезд, созванный в 1903 году, можно считать первым партийным съездом. Он открылся в Брюсселе 30 июля, и там состоялось пятнадцать заседаний, последнее — 4 августа. Так как по наводке русских агентов бельгийская полиция установила неусыпную слежку за делегатами съезда, страх ареста и высылки заставил его руководителей перенести место заседаний в Лондон, где съезд продолжал свою работу с 11 до 23 августа. В нем участвовали делегаты, номинально представлявшие 25 партийных организаций[7]. Группа «Искры», естественно, играла главную роль; фактически в это время она выступала вместе с группой «Освобождение труда». На съезде присутствовали также представители различных организаций, придерживавшихся программы так называемых «экономистов», — групп Южного рабочего, Рабочего дела и других. Третью группу составил Бунд — были представители и от Заграничного и от Центрального комитетов. Кроме того, прибыло несколько делегатов от локальных русских организаций, которые распределились по трем основным группам. Всего на съезде было 43 делегата с решающим голосом (они контролировали 51 голос) и 14 делегатов с совещательным голосом.

Главные конфликты на съезде, как и предполагали Плеханов и Ленин, произошли между искровцами и последователями экономизма, с одной стороны, и между искровцами и Бундом — с другой. Группа «Искры», подготовившая съезд, владела решающим большинством голосов — 33 из 41. Это стало ясным сразу же при выборе председателя съезда. Плеханова избрали председателем, а Ленина и Красикова — его заместителями: все трое были из «Искры». Вследствие этого защитники экономизма обвинили искровцев в захвате власти на съезде.

Съезд принял изменения в партийной программе, разработанные редакцией «Искры», которые в действительности представляли (как мы уже видели) компромисс между программами Плеханова и Ленина. Далее съезд одержал победу над Бундом. Эта группа требовала абсолютной автономии в партии, соглашаясь войти в партию только на федеративных началах. Однако большинство съезда выступило против этого и соглашалось предоставить Бунду автономию лишь в рамках общей партийной организации. Для руководителей «Искры» съезд проходил весьма успешно. Но вскоре у них появились проблемы в собственных рядах. Как уже отмечалось, в самом сердце этой группы существовали принципиальные внутренние противоречия.

В искровской фракции теперь стали очевидны две различные тенденции: появилось большинство, имевшее 24 голоса, и меньшинство, располагавшее 9 голосами. Это знаменовало начало раскола: разделения на большевиков и меньшевиков. На съезде и Плеханов, и Ленин официально стояли во главе искровского большинства, но на деле душой его был Ленин. Плеханов во время съезда придерживался ленинского курса, вероятно, считая некорректным нарушать единство искровской группы. Но место первой скрипки на партийном концерте занял Ленин. Симпатизировавший ему прежде Мартов теперь встал во главе искровского меньшинства, получившего поддержку Троцкого.

Раскол группы «Искры» произошел не из-за партийной программы, а фактически из-за организационных проблем, во время обсуждения формулировки параграфа первого партийного устава относительно условий членства в партии. Ленин предложил следующую формулировку: «Членом партии считается всякий, признающий ее программу и поддерживающий партию как материальными средствами, так и личным участием в одной из партийных организаций». Мартовская формулировка гласила: «Членом РСДРП считается всякий, принимающий ее программу, поддерживающий партию материальными средствами и оказывающий ей регулярное личное содействие под руководством одной из ее организаций».

Не вникнув в существо вопроса, трудно обнаружить особую разницу между этими двумя формулировками. Но вокруг них кипели страсти, ораторы произносили длинные речи, и в результате партия разделилась на две части. Внутреннее значение этого конфликта заключалось в следующем:

Согласно ленинскому варианту считаться членом партии мог только тот, кто принадлежал к партийной организации и вследствие этого был связан железной дисциплиной и подчинен указаниям партийного центра. Таким образом, Ленин рассматривал партию как конспиративную организацию, сформированную целиком из нелегальных агентов.

Согласно варианту Мартова членом партии мог быть любой человек, который сотрудничал с ней, даже если он непосредственно и не входил в партийную организацию, а только оказывал ей содействие. В этом случае за ним сохранялось право отказаться от выполнения инструкций партийного центра и от следования законам партийной дисциплины. Такой человек, придерживаясь легальных действий, мог принадлежать к партии и при изменении обстановки без труда преобразовать ее в легальную открытую организацию.

Ленин же, как он писал в 1901 году в брошюре «Что делать?», мечтал об организации, спаянной железной дисциплиной. Для него партия была прежде всего орудием профессиональных революционеров, а профессиональными революционерами в то время были главным образом интеллигенты. В организацию вошло только небольшое количество рабочих, обученных в революционном духе. Ленин задумывал партию как организацию заговорщиков, способных в будущем установить диктатуру.

Для Мартова и других противников Ленина (составлявших меньшинство искровской группы) идея партии заключалась в свободном объединении, в нее должны были войти различные кружки интеллигентов и рабочих, солидарных с ее главными целями. Таким образом, по мысли Мартова, партия должна была иметь приблизительно такой же характер, как большие партии в государствах с конституционной формой правления. В нее могли войти и полулибералы и, как говорил Троцкий, «любой бастующий рабочий». Ленин также проявлял интерес к «бастующему рабочему», но он не желал предоставлять ему свободу воли, предпочитая держать его крепкой хваткой. Ленин уже спорил на съезде по этому поводу с экономистом Мартыновым, нападавшим на его брошюру «Что делать?». Мартынов считал, что рабочее движение должно получить социалистическое направление самостоятельно, посредством жизненного опыта самих рабочих. Ленин же полагал, что социалистическую идею надо внедрять в сознание рабочих из вне — при помощи партии.

Поскольку основная деятельность партии в тот момент сосредотачивалась вокруг газеты «Искра», редакции газеты на деле предстояло руководить всей партией, в то время как так называемый Центральный комитет функционировал скорее как агентство по связи между изолированными местными организациями. Поэтому главные руководители были избраны в редакцию, а не в Центральный комитет: членами редакции съезд избрал Плеханова, Ленина и Мартова. Они представляли искровскую группу и точно отражали соотношение между большинством и меньшинством внутри нее. Но так как меньшинство на самом деле представляло чаяния большинства съезда (это показало голосование по первому параграфу устава), оно не согласилось с новым построением редакции и потребовало ее расширения путем введения туда трех умеренных членов (помимо Мартова). Не сумев добиться пересмотра этого вопроса, Мартов объявил о сложении с себя обязанностей члена редакции и угрожал бойкотом всем центральным органам партии в случае, если съезд оставит редакцию в прежнем составе.

Итак, II съезд РСДРП закончился самым неожиданным образом. Во главе партии оказалось большинство из искровской группы, на деле представлявшее меньшинство в партии, как это ясно показал съезд. Естественно, протест Мартова был крайне неприятен для партийных руководителей.

В первый период после съезда «Искра» стала выходить под редакцией Плеханова и Ленина, поскольку Мартов ушел из редакции. Но подобное положение не устраивало многих членов партии, поэтому новая редакция вскоре начала переговоры с Мартовым. Ленин и Плеханов заявили, что они согласны кооптировать Мартова в члены редакции и принять трех его сторонников в качестве помощников. Мартов однако настаивал на том, что и он и три его сторонника должны войти в члены редакции. По всей вероятности, Плеханов почувствовал, что не может больше оставаться в моральном отчуждении от партийного большинства, к тому же его личные отношения с Лениным зашли в тупик.

К концу октября 1903 года раскол в партии стал очевидным. Одна из влиятельных социал-демократических организаций, «Заграничная лига русской революционной социал-демократии», на своем съезде в Женеве подчеркнуто одобрила точку зрения искровского меньшинства и отказалась признать новое партийное устройство и новый Центральный комитет большевиков. Плеханов не смог вынести моральной пытки и объявил Ленину, что необходимо пойти на компромисс, чтобы избежать открытого раскола в партии. Ленин сразу же ответил (1 ноября 1903 года) заявлением о своем уходе из редакции «Искры». На пятьдесят третьем номере в качестве редактора фигурировал один Плеханов. После этого он пригласил в редакцию газеты Мартова и трех «мартовцев». Затем Плеханов открыто перешел на сторону меньшевиков, позиция которых соответствовала его взглядам. Меньшевики полностью взяли контроль над «Искрой» в свои руки. Однако Ленин не собирался сдаваться. Покинув редакцию, то есть утратив контроль над центральным органом, он постарался укрепиться в других партийных комитетах, которым прежде отводил второстепенные роли. Ему не составило труда кооптировать себя в члены Центрального комитета, бывшего под влиянием большевиков. А вскоре он поднял вопрос о созыве III съезда партии.

Почти целый год внимание Ленина было сосредоточено на конфликте с меньшевиками. По его собственным словам, борьба шла до конца. В этой внутрипартийной борьбе Ленин проявил поразительную энергию — постоянно публично выступал в различных партийных кругах, поддерживал контакт с российскими партийными организациями, писал статью за статьей, направленные против своих противников. Из полемических статей по поводу партийного раскола составился целый том его сочинений.

Создается впечатление, что Ленин сделал ошибку, поскольку фракционные споры помешали революционному движению в России. Однако своей непосредственной цели он достиг: создал партийную организацию, полностью подчиненную его воле. Ценой оказалось деление партии, но Ленин дал наглядный урок своего влияния на текущие дела.

2

Подъем революционных настроений в России проявился в начале XX столетия в связи с промышленным кризисом и реакционной политикой министра внутренних дел. 29 августа 1903 года министр финансов Витте был вынужден уйти в отставку. Его тут же назначили председателем Комитета министров. Но этот пост представлял собой почетную синекуру, он не давал никакой реальной власти (кабинета министров в России до 1905 года не существовало).

Сильнейшее влияние на Николая II имел тогдашний министр внутренних дел Плеве, чья политика была направлена на подавление либерализма и земского движения. Он рассматривал сформировавшееся летом 1903 года либеральное объединение «Освобождение» как организацию, представлявшую величайшую опасность для царского режима. В январе 1904 года он начал расследование деятельности Тверского земства, очевидно из-за того, что перед началом публикации журнала «Освобождение» в Твери жил Струве. В результате, Тверская земская управа была распущена и вместо прежних, законно избранных членов назначили новых.

Что касается отношения к революционным организациям, Плеве больше опасался социалистов-революционеров, чем социал-демократов. Агенты Департамента полиции ограничились тем, что установили за социал-демократами тщательное наблюдение. Они имели исчерпывающую информацию о развитии событий на заседаниях II съезда партии, по крайней мере тех, которые проходили в Брюсселе. По отношению к социалистам-революционерам Департамент не ограничивался одним надзором, но применял также систему провокаций. Агент Департамента полиции Азеф не только вошел в боевую организацию социалистов-революционеров, но вскоре захватил в ней руководящий пост. С этого времени действия революционеров и полиции так тесно переплелись в работе этой организации, что их едва ли можно расчленить. Развивая далее систему провокаций, Азеф подготовил покушения на жизни великого князя Сергея Александровича и самого Плеве.

Тактика Департамента полиции в отношении рабочего класса получила название «зубатовщина». Плеве одобрил программу Зубатова в Москве и хотел распространить ее на всю Россию.

Однако впоследствии под давлением обстоятельств Плеве пришлось продемонстрировать отрицательное отношение к замыслам Зубатова и даже уволить его из полиции. Но с устранением Зубатова зубатовское движение не прекратилось. Под прикрытием Департамента полиции в качестве руководителя рабочего движения в Петербурге появился священник Георгий Гапон. Под его началом 24 апреля 1904 года образовалось так называемое «Собрание русских фабрично-заводских рабочих С.-Петербурга».

Рост революционных и оппозиционных настроений в стране усилился после того, как 9 февраля 1904 года разразилась русско-японская война. Она была вызвана опрометчивой империалистической политикой Николая II на Дальнем Востоке. После отставки Витте неизбежность войны стала очевидной.

Идеологом российской империалистической политики на Дальнем Востоке был Витте, но как умный и осторожный государственный деятель он ограничивался экономическим проникновением России на Восток, главным образом с помощью французского капитала. Его отставка в 1903 году была вызвана желанием Николая II получить полную независимость. В результате агрессивные действия агентов и концессионеров Николая II привели к нападению Японии на Россию.

Большая часть русского народа не понимала цели этой войны, ведущейся где-то на отдаленной границе, солдаты шли на поля сражений без всякого энтузиазма. Когда война стала складываться для России неудачно — во многом из-за неспособности и нераспорядительности правительства, — в стране стали быстро расти недовольство и революционные настроения. 28 июля 1904 года был убит Плеве — главная опора правительственной реакции. После этого события правительство утратило свою самоуверенность. Постепенно оно начало поддаваться давлению общественного мнения, особенно по мере того, как его неудачи становились все очевиднее. 2 сентября 1904 года русская армия потерпела поражение под Лаояном, а 8 сентября был назначен новый министр внутренних дел — князь Святополк-Мирский, человек, настроенный весьма либерально. Реакционный режим постепенно менялся. Осенью 1904 года либералы организовали избирательную кампанию. Заседавший в Петербурге с 19 по 21 ноября 1904 года съезд земств потребовал принятия конституции.

Все это время, когда фактически шла подготовка революции, внимание Ленина было главным образом обращено на внутрипартийные дела. Тяжелейшим следствием раскола партии в 1903 году оказалась для него потеря контроля над «Искрой». Газета продолжала выходить, но это была уже «новая «Искра»» (как Ленин и большевики стали ее называть), отказавшаяся занимать непримиримую позицию и готовая заключить политическое соглашение с либералами — то есть со средним классом, что для Ленина было абсолютно неприемлемо. Но он прекрасно понимал, что без печатного органа не сможет получить влияния в партии. Вот почему основной задачей Ленина стала организация нового органа, который будет подчинен только ему.

Прежде всего возникли неизбежные финансовые трудности. Деньги на издание «Искры», как уже отмечалось выше, вначале поступали через А. М. Калмыкову от российских групп, придерживавшихся легального образа действий. Калмыкова и позже регулярно поддерживала деньгами искровскую группу; этот фонд на жаргоне искровцев назывался «ведро». Кроме того, «Искра» получала деньги из неизвестного источника, секрет которого русские социал-демократы до сих пор так и не открыли. Этот источник назывался «Калифорнийский золотой рудник». В письме к Калмыковой, написанном после партийного съезда, Ленин уверял, что «Калифорнийский золотой рудник» наверняка прекратил свою помощь в связи с делением партии. Видимо, люди, распоряжавшиеся «Калифорнийским золотым рудником», заключили, что раскол ослабил социал-демократическую партию и теперь нет смысла помогать ей, ибо исчезла надежда добиться осуществления целей «Калифорнии», которые, очевидно, заключались «в борьбе с царизмом». Что касается «ведра», Калмыкова предложила разделить его ресурсы между Лениным и Мартовым, но Ленин отказался взять свою долю. Итак, в результате раскола Ленин временно остался без средств. К тому же он потерял пост в Центральном комитете. Большинство в партии было настроено по отношению к Ленину весьма враждебно.

В мае 1904 года Плеханов опубликовал ряд статей, в которых нападал на Центральный комитет, обвиняя его в «бонапартизме». Под воздействием партийного мнения Центральному комитету пришлось выдвинуть идею примирения между большевиками и меньшевиками. Среди членов комитета, поддержавших идею примирения, был Л. Б. Красин. Его позиция имела и практический смысл, поскольку он контролировал определенные финансовые ресурсы. Писатель Максим Горький зимой 1903–1904 года представил Красина владельцу мануфактуры Савве Морозову, настроенному против правительства. Морозов обещал давать социал-демократической партии две тысячи рублей в месяц. С весны 1904 года Красин работал на фабрике Морозова инженером.

Центральный комитет попытался ограничить влияние Ленина на партийных агентов, действовавших на территории России, снабжая население революционной литературой (что, к слову сказать, было чисто технической функцией). В декабре 1904 года в состав Центрального комитета были введены три меньшевика. Это привело к разрыву между Лениным и комитетом. Он начал организовывать свою большевистскую группу, не связанную с прежними партийными учреждениями. Поселившись вблизи Женевы, он стал объединять вокруг себя сторонников большевиков. В августе 1904 года в Женеве собралась конференция, на которой присутствовали 22 большевика. Они обратились с воззванием к партии. Вскоре после этого Ленин начал готовить публикацию большевистского издания. Первый номер газеты под названием «Вперед» появился 4 января 1905 года.

В этот момент революция уже стояла на пороге России. В январе 1905 года в Петербурге началось массовое движение рабочих. Его сердцевиной стало «Собрание русских фабрично-заводских рабочих С.-Петербурга», возглавляемое священником Георгием Гапоном.

Гапон был сыном крестьянина из Полтавской губернии. В 1893 году он закончил Полтавскую духовную семинарию и стал священником. В 1898 году он поступил в Петербургскую духовную академию и в 1903 году окончил ее. Еще в академии Гапон занимался благотворительной деятельностью, помогал нуждающимся петербургским рабочим. Естественно, он был знаком со многими столичными филантропами. Благодаря этим связям Гапон получил известность у властей и в полицейских инстанциях Петербурга. Затем он встретил Зубатова. Гапон отличался сильными эмоциями, бурным темпераментом, выразительной внешностью и обладал хорошими ораторскими способностями. Все эти качества помогли ему завоевать популярность среди рабочих. Он сумел собрать вокруг себя группу сторонников, которые стали распространять идеи создания новой рабочей организации.

Бесспорно в 1904 году организация Гапона имела большое влияние в среде петербургских рабочих. Напротив, социал-демократические организации не пользовались тогда успехом. Частично так сложилось из-за внутреннего конфликта в среде самих социал-демократов. Даже в феврале 1905 года, когда, после событий 22 января, настроение рабочих изменилось в пользу социал-демократов, большевистская и меньшевистская организации вместе смогли собрать лишь несколько сотен членов.

Министр внутренних дел и полиция в 1904 году все еще покровительствовали рабочему движению. Но уже стало ясно, что конфликт не за горами, так как рабочие организации могли подчиняться Департаменту полиции только до тех пор, пока тот не мешал их деятельности. В декабре 1904 года в Петербурге дирекция Путиловского завода уволила нескольких рабочих — членов гапоновского союза. Этот инцидент сразу же поднял проблему безработицы, поскольку количество незанятых рабочих стало возрастать по мере развития промышленного кризиса. 20 января рабочие практически всех фабрик и заводов Петербурга объявили о начале забастовки.

Решили обратиться к царю с петицией, описывающей тяжелое положение рабочих. Датой для обращения назначили воскресенье 22 января. Намечалось, что в этот день массовая процессия рабочих направится к Зимнему дворцу, чтобы вручить петицию лично царю. Конечно, полицейские власти и царь были отлично информированы. Царю предстояло решить, какую политику ему избрать. Отец Николая II, император Александр III, когда был еще наследником, в 1878 году, в такой же ситуации счел возможным принять депутацию рабочих. Николай II должен был либо последовать примеру отца либо принять меры по предотвращению процессии. Ничего этого он не сделал. Накануне назначенного дня царь уехал в Царское село. Рабочие направились к пустому дворцу. У властей не было определенного плана. Министр внутренних дел Святополк-Мирский не сочувствовал политике своего предшественника Плеве и не имел полной информации о зубатовском движении. В результате произошла страшная катастрофа. Власти позволили рабочим дойти до центра столицы, а затем перешли к действиям. Рабочие шли невооруженными, несли святые иконы и портреты царя, распевали молитвы. И вдруг, по приказу военных властей, войска открыли по ним огонь. Несколько сотен человек были убиты и ранены.

Этим безумным актом правительство одним ударом вдребезги разбило веру рабочих в царя.

3

Известия о событиях 22 января потрясли Ленина (так же как и других русских революционеров за границей). В этой трагедии они увидели начало революции в России. Но необходимо в то же время отметить, что случившееся оказалось для них абсолютным сюрпризом.

«Кровавое воскресенье» не было подготовлено российскими революционными организациями. Ленин и другие руководители наблюдали развитие событий, но не управляли ими и не принимали в них активного участия. Когда Ленин узнал о том, что произошло 22 января, он посчитал момент благоприятным, чтобы взять ход событий в свои руки. Без малейшего колебания он провозгласил лозунг вооруженного восстания. Желая разработать все детали для решения новой задачи, он кинулся изучать в Женевской библиотеке воспоминания и записки генерала Клюзере о тактике баррикадных боев и об особенностях восстания. Попутно он читал статьи Маркса и Энгельса о подготовке вооруженного восстания. Сам выбор источников информации показывает, насколько абстрактны и далеки от жизни были революционные идеи Ленина в этот момент. Случилось совершенно новое событие. Ленин проповедует вооруженное восстание против военных и полицейских сил, оснащенных, как полагается в XX столетии. И в то же самое время он ищет совета у Клюзере, чей военный опыт относился к 1848 году, когда тот принимал участие в подавлении рабочего восстания в Париже, и к Гражданской войне в Соединенных Штатах в 1861–1865 годах. И в чьих записках ищет истины Ленин? В записках Клюзере, который в 1870 году, будучи военным министром Парижской коммуны, не смог справиться с ситуацией. Этот пример показывает, что Ленин в 1905 году и Ленин в 1918 году — два разных человека. В 1905 году он полагал, что опыт Клюзере поможет ему организовать восстание. В 1918 году в качестве специалистов он привлек офицеров императорского Генерального штаба, которые с технической точки зрения спасли его дело.

Между тем в России события шли своим чередом. На второй день после «кровавого воскресенья» гапоновское «Собрание русских фабрично-заводских рабочих Петербурга» было закрыто. Святополк-Мирскому было разрешено уйти в отставку. На его место назначили Булыгина, человека абсолютно бесцветного, но подлинная власть перешла в руки нового главы петербургской полиции Трепова, который ранее служил в Москве и покровительствовал Зубатову. Трепов подготовил для представления царю рабочую депутацию, отобранную им лично. Царь заявил, что он прощает рабочим революционные замыслы и просит их твердо верить в его готовность помочь им. Был основан специальный правительственный комитет для улучшения положения рабочих. Но эти меры уже не могли спасти положения. Настроения рабочих резко изменились. Социал-демократические организации в Москве и Петербурге стали быстро расти.

Тем временем Гапон бежал за границу, предварительно поставив свою подпись под прокламацией к рабочим, где говорилось, что царя у них больше нет. Затем он обратился с открытым письмом к социалистическим партиям России, призывая их прийти к соглашению и предпринять вооруженное восстание против царизма. Он попытался установить контакт с наиболее выдающимися революционерами и в частности с Лениным. Ленин не испытывал к Гапону доверия, но попытался использовать его в интересах революции.

2 апреля 1905 года Гапону удалось подготовить в Женеве совещание представителей 18 социалистических партий России. Но с самого начала стало ясно, что политическим лидером он быть не может. На ведущее место его вытолкнули события. Он не обладал достаточно сильной волей, не умел убеждать интеллигентов, общаясь с ними за границей. Гапон был демократом по происхождению, но он не был и не мог стать социалистом по убеждению. Найти свой путь среди запутанных взаимоотношений русских революционных кругов с их различными программами ему было не по силам, в итоге он действовал по подсказке других. Скоро он разочаровался в революционерах и с характерной для него двойственностью опять связался с полицией, установив с ней тайные отношения. Когда социалисты обнаружили предательство Гапона, один из них в апреле 1906 года убил его.

Хотя Ленин говорил, что для организации восстания в России необходимо согласие внутри партии, тем не менее он продолжал борьбу против меньшевиков. Германские социал-демократы, учитывая разгорающийся в России революционный пожар, попытались примирить большевиков с меньшевиками. Лидер германских социал-демократов Бебель лично обратился к ним с предложением о посредничестве и устройстве беспристрастного трибунала. И большевики и меньшевики дали согласие, но примирения не произошло. Ленин был готов к миру, но только при условии, что меньшевики признают главенство большевиков. Он остро нуждался в партийном съезде, настроенном в пользу большевиков.

С осени 1903 года и до весны 1905-го дипломатия Ленина была направлена на то, чтобы положить конец примирительным настроениям в партии. Различные комитеты и организации колебались между большевиками и меньшевиками, присоединялись то к одной, то к другой из групп. Отдельные организации сначала приветствовали съезд, потом возражали против него. В конечном счете, их колебания зависели от оценки баланса складывающихся сил. В последний момент стало ясно, что стрелки весов склоняются на сторону большевиков, в особенности после того, как 22 февраля 1905 года в Москве на квартире писателя Леонида Андреева полиция арестовала Центральный комитет, настроенный в пользу меньшевиков. Наконец, в Лондоне собрался съезд, состоящий исключителыю из большевиков. Меньшевики в те же дни собрали свою конференцию в Женеве.

Несмотря на отсутствие меньшевистских делегатов, собравшиеся в Лондоне большевики объявили себя III съездом РСДРП. В действительности, это был первый съезд большевистской партии. Он проходил с 25 апреля по 10 мая 1905 года. Безусловно, главным на съезде был Ленин, и вся работа шла под его непосредственным руководством. Основная одобренная съездом резолюция провозглашала необходимость вооруженного восстания и считала долгом пролетариата участвовать в нем. В качестве первоочередной задачи после свержения правительства ставилась задача созыва конституционного собрания на основе всеобщего, равного и прямого права при тайном голосовании. Специальная резолюция отделяла рабочий класс от либералов. Съезд настоятельно рекомендовал своим членам разъяснять рабочим антиреволюционный и антипролетарский характер демократического движения среднего класса.

Поскольку существовала возможность, что будущее Временное правительство может не быть социалистическим, съезд постановил следующее: «… с ледует пропагандировать в самых широких слоях пролетариата идею необходимости постоянного давления на временное правительство со стороны вооруженного и предводимого социалдемократией пролетариата в целях охраны, упрочения и расширения завоеваний революции».

Хотя главная роль в революции в соответствии с основными положениями марксизма была отведена пролетариату, тем не менее большевистская партия сделала теперь шаг к соглашению с крестьянством. В постановлении съезда можно было прочесть:

«Принимая во внимание, что разрастающееся теперь крестьянское движение, являясь стихийным и политически бессознательным, неминуемо обращается тем не менее против существующего политического строя <…> III съезд Российской социал-демократической рабочей партии поручает всем партийным организациям: пропагандировать в широких слоях народа, что социал-демократия ставит своей задачей самую энергичную поддержку всех революционных мероприятий крестьянства, способных улучшить его положение, вплоть до конфискации помещичьих, казенных, церковных, монастырских и удельных земель…».

Это постановление съезда имело громадное политическое значение для будущего, так как здесь была заложена тактика партии, осуществленная в 1917 году. Хотя в резолюциях съезда крестьянство отделили от пролетариата и отвели ему вторую роль, в действительности была подготовлена почва для идеи о власти рабочих и крестьян. Лозунг революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства Ленин провозгласил месяцем раньше в газете «Вперед».

Аграрная программа, провозглашенная на III съезде, приближалась к аграрной программе партии социалистов-революционеров, но целиком они не совпадали: резолюция III съезда говорила не о национализации земли, а о конфискации для передачи крестьянам тех земель, которые не находились в их владении. И хотя Ленин признал необходимость поддержки крестьянского движения в целом, над головой крестьянства уже повисла угроза гражданской войны. А в 1918 году, разделив крестьянство, создав комитеты крестьянской бедноты, Ленин толкнул народ в объятия гражданской войны. Но к этой теме он обращался еще в 1903 году. В резолюции III съезда написано, что «социал-демократия, как партия пролетариата, должна во всех случаях и при всех обстоятельствах неуклонно стремиться к самостоятельной организации сельского пролетариата и разъяснять ему непримиримую противоположность его интересов интересам крестьянской буржуазии»[8].

В части внутренней организации партии III съезд принял знаменитую формулировку первого пункта устава в ленинской редакции, отклоненной на II съезде.

Ленин мог отмечать свой триумф внутри партии, но до триумфа в ходе революции было еще далеко.

Между тем революционный процесс в России продолжал развиваться в стихийной форме. В 1905 году еще не существовало строгого деления на движения отдельных классов и партий, которого старался достичь Ленин. Военные неудачи — поражение русской армии в марте 1905 года под Мукденом и разгром флота в мае под Цусимой — послужили отличным фоном для агитации против царского правительства. Начались выступления в войсках и во флоте, из них наиболее важным оказалось восстание на броненосце «Потемкин» на Черном море, продлившееся с 30 июня по 8 июля 1905 года. То тут, то там происходили крестьянские беспорядки и стачки рабочих.

В это же время стали формироваться объединения из лиц так называемых свободных профессий — юристов, врачей, профессоров и т. п. Эти объединения-союзы в конечном итоге объединились в один общий «Союз союзов». На собраниях земств звучали все более и более настойчивые требования реформ. 19 июня 1905 года Николай II был вынужден принять депутацию земств и городских организаций и выслушать открытое заявление о необходимости созыва собрания делегатов от народа.

Все это время Ленин пытался управлять событиями из Женевы, но, естественно, его напряженные усилия не оказывали прямого влияния на ход дел. Прежде всего, события происходили слишком быстро, и Ленин не мог поспевать за ними, находясь за рубежом. Он мог только писать статьи, которые сильно запаздывали и приносили вред, так как он основывал их на фрагментарных и часто неточных телеграфных сообщениях из России, почерпнутых из германских газет. Непримиримый тон, принятый им по отношению к буржуазной демократии, мало соответствовал общему настроению в то время.

Ленин старался представить прием 19 июня 1905 года депутации земств Николаем II как предательство буржуазией интересов народа. В действительности же то был исторический момент, когда воля царя сломилась под напором общественного мнения. 19 августа царь подписал манифест о созыве народного собрания — Государственной думы — с совещательными правами. Это была так называемая Булыгинская дума, названная так по фамилии министра внутренних дел, который составил ее проект.

Манифест 19 августа 1905 года, который еще год назад могли встретить с восторгом, теперь никого не удовлетворил. Нарастало общее недовольство. Несмотря на то, что 5 сентября 1905 года в Портсмуте Витте удалось заключить мир с Японией, царское самодержавие находилось в очевидной опасности. Армия очутилась далеко в Сибири и кроме того была ненадежной. Весь сентябрь по стране проходили митинги. Они собирались в зданиях университетов, в которые полиция не имела доступа в соответствии с указом от 9 сентября 1905 года, гарантировавшим университетскую автономию. В конце концов в середине октября в Москве началась всеобщая забастовка, которая перешла в железнодорожную стачку, охватившую всю страну. 25 октября остановились все железные дороги (исключая Финляндскую). 26 октября в Петербурге начались выборы комитета по руководству рабочим движением на заводах и фабриках, он был назван Советом рабочих депутатов. Председателем совета был избран помощник присяжного поверенного Носарь, получивший известность как Хрусталев. Его заместителем, сразу же выдвинувшимся на первый план, стал Троцкий, который, как мы помним, на II съезде партии находился в числе меньшевиков. После окончания съезда он отошел от меньшевиков, но и не примкнул к большевикам, а занял промежуточную позицию, очевидно, желая иметь независимое положение. При получении за границей известий о событиях 22 января, в то время, как Ленин в Женевской библиотеке изучал старые работы о сражениях на баррикадах, Троцкий нелегально уехал в Россию.

Под давлением всеобщей забастовки царь капитулировал. 17 (30) октября 1905 года по инициативе графа Витте был опубликован манифест, преобразующий совещательную Булыгинскую думу в народное законодательное собрание. Правительство обещало обеспечить соблюдение прав граждан — неприкосновенность личности, свободу собраний и организаций. По примеру стран с конституционным правлением был основан коалиционный Кабинет министров. Сам Витте стал называться премьер-министром.

4

Манифест 30 октября 1905 года ознаменовал величайшую уступку, на которую мог пойти царь в тот момент. Бесспорно манифест можно было рассматривать как конституцию, и от дальнейшей тактики лидеров народного движения зависели те формы, которые конституция должна принять на практике. Пик общественного недовольства выше всего поднялся перед опубликованием манифеста. Но сразу после его появления страсти улеглись: основное требование революции осуществилось — самодержавия больше не было.

На следующий день после появления манифеста политическая стачка в Москве закончилась. 1 ноября Совет рабочих депутатов в Петербурге принял решение прекратить забастовку.

3 ноября правительство объявило амнистию политическим заключенным. Публикация манифеста удовлетворила значительные категории населения — не только людей, настроенных либерально, но и большое количество мелких предпринимателей, служащих общественных заведений, рабочих. В то же время поднялась волна оппозиции — сторонников самодержавия во главе с быстро формирующимися «черносотенными» организациями экстремистско-консервативного толка, такими как Союз русского народа. Начались контрдемонстрации и еврейские погромы. Ошибкой было бы думать, что черносотенное движение основывалось исключительно на системе провокаций тайной полиции. Оно включало в себя элементы, вышедшие из низов, принадлежавшие к невежественным массам народа, ненавидевшим либеральный средний класс и интеллигенцию.

Определенное сходство в мышлении и чувствах черносотенных и большевистских масс безусловно имеется. Разница в том, что во главе большевиков стояли организаторы и лидеры значительного масштаба, в то время как черносотенцами руководили или вполне ничтожные в политическом смысле лица или просто корыстные люди, неспособные придать движению организованный характер. Тем не менее, революционерам теперь следовало принять во внимание тот факт, что дальнейшее «углубление революции» принуждает их выступать не только против правительства, но и против так называемых «народных организаций» черносотенцев. Им приходилось учитывать, что значительная часть революционных и либеральных групп не расположена бороться дальше.

В сложившихся обстоятельствах важное значение приобрела позиция Троцкого, поскольку в этот момент именно на него лег груз руководства революционной борьбой. И Троцкий проявил себя как блестящий оратор, способный поднять массы и вести их за собой. Но ни тогда, ни позднее Троцкий точно не знал, куда же их вести. В 1917 году Троцкий последовал за Лениным. В 1905 году его духовным наставником был Парвус (настоящее имя Гельфанд), русский еврей-эмигрант, который в начале XX века принадлежал к левому крылу Германской социал-демократической партии. Парвус был воодушевлен русской революцией 1905 года и нелегально вернулся в Россию вместе с Троцким. Парвус выдвинул идею «перманентной революции», которую Троцкий подхватил и развил.

Теория Троцкого состояла в следующем: в мире существуют два типа революций — революция среднего класса и социалистическая. Они не совпадают друг с другом, но связаны между собой. Вступив в революционный период по пути буржуазных политических перемен, Россия не сможет выйти из революционного процесса, пока он не перейдет в мировую социалистическую революцию.

Идея перманентной революции сыграла большую роль в дальнейшей тактике революционной партии. 11 ноября 1905 года Петербургский совет рабочих депутатов принял резолюцию о принудительном введении восьмичасового рабочего дня на фабриках и заводах. 14 ноября Совет решил начать новую общую стачку в Петербурге, а 15 ноября он призвал все рабочие организации России присоединиться к забастовке. Однако уже 18 ноября Совет распорядился завершить общую стачку. Другим проявлением слабости Петербургского совета стал отказ от принудительного введения восьмичасового рабочего дня без согласия предпринимателей. Итак, первая попытка углубления революции потерпела крах.

Вот каким выглядело положение, когда в Петербург прибыл Ленин. По получении в Женеве известий о манифесте 30 октября он немедленно выехал в Стокгольм, чтобы достать документы, необходимые ему для въезда в Россию. Он приехал в Петербург 20 или 21 ноября и сразу же окунулся в партийную и революционную деятельность. В этот момент большевики — на средства Саввы Морозова и еще одного промышленника Николая Шмита — уже наладили в Петербурге выпуск легальной газеты большего формата под названием «Новая жизнь». Таким образом, Ленин получил трибуну, которую активно использовал для обращений к народу. Это была его легальная деятельность. Но в то же время он настаивал на сохранении нелегального партийного аппарата, которому следовало готовить новую общую забастовку и восстание. Это решение он принял после неудачи второй всеобщей стачки в ноябре.

Ясно, что Ленин принял во внимание новые обстоятельства, он рассчитывал, что после его прибытия в Петербург партийная деятельность усилится. Он увидел возможность испытать на деле созданный им партийный аппарат и не упустил такую возможность. Ленин придал партийным организациям — и не только большевикам — новые силы. Значительная часть меньшевиков была готова последовать за ним. Но он бесспорно переоценил силу партии в тот момент.

Во всех социал-демократических организациях России (включая и большевиков и меньшевиков) к концу 1905 года насчитывалось не больше двадцати тысяч человек. Большевики преобладали на севере, северо-востоке и в центре России; меньшевики — на юге, юго-западе и на Кавказе. В Петербурге в обеих организациях было не более трех тысяч рабочих. В Москве — примерно такое же количество. Только незначительная часть партийного бюджета составлялась за счет взносов членов партии (в особенности это касалось рабочих). Исключение представляла большевистская организация Иваново-Вознесенска, индустриального города Центральной России, где взносы рабочих составили более половины бюджета местной организации. Следовательно, главную роль в поддержке существования партии играли взносы хорошо обеспеченных представителей среднего класса, таких как Савва Морозов.

Итак, что касается материальной поддержки, партия не могла особенно рассчитывать на рабочих. Тем не менее, Ленин решил бросить партию в борьбу.

Под впечатлением неудачи ноябрьской стачки правительство перешло в наступление. Инициатива на сей раз принадлежала не столько самому Витте, сколько министру внутренних дел Дурново. 9 декабря был арестован председатель Петербургского совета рабочих депутатов Носарь. Неделей позже, 16 декабря, был взят под стражу весь состав Совета, включая Троцкого. После этого Ленин начал действовать в соответствии со своим планом. Уже 17 декабря он собрал конференцию из обеих фракций нового состава Совета рабочих депутатов. На этом собрании была принята резолюция о новой всеобщей забастовке.

Центром событий стала теперь Москва. Всеобщая забастовка была объявлена 20 декабря, когда в Москве проходил огромный митинг. На следующий день началось вооруженное восстание, возглавляемое партийными отрядами боевиков, на улицах были построены баррикады. В начале восстания, возможно, имела место и полицейская провокация. Часть оружия, которым были вооружены московские рабочие, видимо, поступила от агентов полиции. Хотя правительство знало о планах восстания, в Москве оказалось очень мало войск. Министр внутренних дел Дурново, всегда энергичный и предусмотрительный, в данном случае, несмотря на настояния Витте, не предпринимал никаких шагов. Уличные бои продолжались в Москве целую неделю, после чего все же из Петербурга прибыло подкрепление. Восстание было сразу же подавлено. Один из жилых рабочих районов Москвы пострадал от артиллерийского обстрела.

В это время Ленина в Москве не было. 24 декабря он принимал участие в большевистской конференции в Таммерфорсе. Там обсуждался план дальнейшей вооруженной борьбы с правительством и совместных действий большевиков и меньшевиков. Конференция закончилась 30 декабря, когда восстание в Москве уже потерпело неудачу.

5

Вооруженное восстание в Москве оказало роковое влияние на ход революции 1905 года. Его разгром не трудно было предвидеть: революционеры не обладали техническими ресурсами, которые дали бы им надежду на успех в борьбе против армии. После провала восстания реакционные силы в правительстве и при дворе усилились. Правительство осознало, что при необходимости в борьбе против революции допустимо использовать насилие. Влиянию общественного мнения также был нанесен серьезный ущерб. Обреченное на неудачу московское восстание ударило по самой системе народного представительства.

Чтобы окончательно обезопасить себя, правительство еще до созыва Думы предприняло меры финансового характера. Под покровительством Франции были выпущены новые международные облигации. 16 апреля 1906 года был размещен заем на громадную сумму в два миллиарда франков. Так был завязан узел, предопределивший участие России в мировой войне. А в сфере внутренней политики французский заем дал правительству свободу в обращении с Думой.

Разгром Московского восстания, разумеется, отразился на судьбах социал-демократического движения. Социал-демократы были вынуждены заново искать «твердую почву» под ногами. Наиболее видные лидеры перешли на полулегальное положение. Некоторые из них (включая Ленина) уехали в Финляндию, которая, хотя и входила в Российскую империю, имела особое устройство, и ее полиция не была зависима от Департамента полиции в Петербурге. Прекратился выход легальных социал-демократических листков. Социал-демократическая агитация проводилась впредь в нелегальных воззваниях, листовках и полулегальных брошюрах. Неудача восстания тяжело подействовала и на рабочих, доверившихся партии. Уцелевшие отряды боевиков превратились в анархистские группы, занимавшиеся грабежом.

По всей стране прокатилась волна так называемых «партизанских выступлений» и «экспроприации»: ограблений почтовых отделений, банков, а иногда и частных лиц. В большинстве случаев «экспроприированные» деньги шли не столько на пополнение партийной казны, сколько в карманы экспроприаторов.

Общая неудача заставила большевиков и меньшевиков разговаривать друг с другом более приветливо. И в столице и в провинции большевистские и меньшевистские организации стали объединяться. Был сформирован Временный объединенный комитет, перед которым встала неотложная задача по подготовке объединительного партийного съезда.

Но первой проблемой, требовавшей решения на практике, оказались выборы в Государственную думу. В разгар Московского восстания был опубликован указ от 24 декабря 1905 года, предписывающий Сенату изменение и расширение избирательного закона от 19 августа 1905 года, согласно которому учреждалась Государственная дума (так называемая Булыгинская дума). Теперь избирательный закон должен был быть дополнен в соответствии с манифестом 30 октября. Круг избирателей существенно расширили. Избирательным правом могли пользоваться все жители городов, уплачивающие налог за жилище, а также все рабочие предприятий, где насчитывалось не менее 50 рабочих. Избирательное право стало практически общим, но для крестьян и рабочих оно реализовывалось не прямо, а через выборщиков.

В феврале установили дату созыва Государственной думы — 10 мая 1906 года. В начале марта были опубликованы положения об организации Государственной думы и Государственного совета; позже эти положения были подтверждены основополагающим законом от 6 мая (изданным заранее, еще до созыва Думы). Несомненно, новые положения имели целью не дальнейшее развитие Думы, а ограничение ее влияния. Роль Государственной думы признавалась вредной. Конечно, провал революции (свидетельством чему была неудача Московского восстания) позволил правительству начать наступление на права народных представителей еще до созыва Думы.

17 марта были опубликованы Временные правила, регламентирующие проведение собраний, деятельность обществ и союзов. Они открывали начало избирательной кампании. Две группировки начали интенсивно готовится к кампании — умеренные консерваторы, сформировавшие «Союз 17 октября» (названный так по дате манифеста 30 октября (17 октября по юлианскому календарю), обычно их называли октябристами), и умеренные либералы, создавшие конституционно-демократическую партию (обычно их называли кадетами). Скоро стало ясно, что ни крайние реакционеры, ни крайние радикалы не примут какого-либо активного участия в выборах.

Реакционеры из Союза русского народа бойкотировали Думу, поскольку не признавали ограничения самодержавной власти. Радикалы также объявили Думе бойкот: с их точки зрения, уступка со стороны самодержавия была явно недостаточной. И эсеры и социал-демократы одобряли такую позицию. Единственное различие между ними заключалось в степени бойкота, за который они ратовали. Большевики практически повсеместно поддерживали идею абсолютного бойкота выборов. Меньшевики считали более выгодным принять участие в избрании выборщиков, но отказаться от выбора депутатов.

Конечно, Ленин стал одним из наиболее энергичных сторонников полного бойкота. Он считал, что революционное движение скорее находится на стадии подъема нежели упадка. Ленин надеялся на новую вспышку восстания, которая сметет Думу и приведет к реализации программы большевиков. Через пятнадцать лет (в 1920 году) Ленин сам признал, что тактика бойкота I Думы была ошибочной, «хотя», добавлял он, это была «не такая уж большая ошибка». Эта ошибка, пожалуй, была менее фатальной, чем та, которая привела к Декабрьскому восстанию, — но то, что произошло в декабре, Ленин никогда не признавал за ошибку.

Тем не менее, оплошность была допущена, и в результате правительство стало считать Думу неправоспособной (поскольку, по его представлениям, на выборах должны были быть представлены и умеренные либералы и радикалы-экстремисты). Дума, прежде выглядевшая завоеванием общего революционного движения, включавшего и либералов и радикалов, теперь потеряла цену и для самих революционеров и была брошена ими на произвол судьбы. Другим следствием бойкота было то, что среди депутатов Думы оказалось лишь небольшое количество крайних радикалов. Главная политическая борьба на выборах развернулась между октябристами и кадетами, выборщики в большинстве случаев оказались кадетами. Из сельской местности было избрано много беспартийных крестьян, мало интересовавшихся политическими вопросами; их занимал только один предмет — земля.

Голосование по выборам в Думу еще не завершилось (хотя результаты его уже были очевидны), когда социал-демократы сумели наконец собраться в Стокгольме на свой «объединительный» съезд. Меньшевики имели преимущество с перевесом от 12 до 15 голосов по каждому вопросу. В Центральный Комитет было избрано 7 меньшевиков и 3 большевика.

Главным вопросом съезда стало, конечно, отношение к Государственной думе. Резолюция по этому вопросу гласила, что необходимо «извлекать пользу из всех конфликтов, возникающих между правительством и Думой и внутри самой Думы, в интересах расширения и углубления революционного движения». Были сформулированы стоящие перед партией задачи:

1. Объяснять массам несостоятельность буржуазных партий средних классов, претендующих на выражение воли народа в Думе.

2. Подводить широкие массы пролетариата, крестьянства и простого населения городов к убеждению об абсолютной несостоятельности Думы как представительного института и необходимости собрать Конституционное собрание, представляющее весь народ, на основе всеобщего, равного, прямого и тайного избирательного права.

Так как и большевики и меньшевики надеялись на то, что революция должна проложить свой путь «через голову Думы», аграрная программа оказалась для всех делом первостепенной важности. Ленин предложил резолюцию в том же роде, что была одобрена на III (большевистском) съезде партии весной 1905 года, содержащую требование конфискации всех земель — церковных, монастырских, принадлежащих императорской фамилии, а также государственных и помещичьих — в пользу крестьян. Дальнейшей целью партии большевики объявляли национализацию земли. Меньшевистское большинство на съезде однако одобрило другую резолюцию по аграрному вопросу с требованием «муниципализации» земли, что означало передачу конфискованных помещичьих и других земель под контроль представителей местного самоуправления. Эта меньшевистская резолюция была очевидным компромиссом между программой национализации земли, выдвигавшейся большевиками и эсерами, и программой раздела помещичьих земель среди крестьян на основе индивидуальной частной собственности, которую защищали кадеты.

10 мая 1906 года состоялось официальное открытие Государственной думы, бойкотировавшейся рабочими под руководством своих социал-демократических лидеров. Накануне этого события произошла смена кабинета. Вместо графа Витте премьером был назначен Горемыкин. Распределение между политическими партиями в Думе оказалось следующим:

кадеты 190
беспартийные 100
трудовики 94
поляки и другие нацменьшинства 44
социал-демократы (меньшевики) 17

Вследствие тактики бойкота, на которой настаивал Ленин, из всех социал-демократов только меньшевики имели небольшую группу депутатов в Думе, но даже они попали туда более или менее случайно. Ленин и другие социал-демократические руководители повели яростную пропаганду против Думы на митингах и в социал демократических листках, которые снова стали выходить, разрешенные законом.

Правительство откровенно игнорировало Думу, оно не представило даже какую-либо законодательную программу. Думе предложили только рассмотреть несколько проектов законов, касающихся мелких вопросов. Первым законопроектом, предложенным правительством, был проект об ассигновании средств на прачечную и оранжерею в Юрьевском университете. В противовес правительству ведущие партии в Думе огласили декларации и программы, основанные на широких теоретических принципах. Но проработка их проектов в практических деталях оказалась весьма слабой, что было вполне естественно, так как практического политического опыта у этих партий не было. Правительство сделало несколько попыток найти взаимопонимание с оппозицией: во время премьерства Витте и после его отставки велись активные переговоры о вхождении кадетов в кабинет. Царь явно был готов на коалиционный кабинет с кадетским большинством при условии участия в нем других либеральных групп. Но кадеты отклонили все предложения официальных лиц, предпочтя сохранить свою программу: они ожидали полного политического краха правительства.

Однако правительство уже осознало (помогла тактика бойкота со стороны Ленина и других крайних радикалов), что Дума в своей борьбе не может опираться на радикальные элементы, а без этого революционное выступление невозможно даже в случае нарушения прав Думы. На деле Дума имела моральный авторитет, но не представляла прямой революционной угрозы. Все же Дума в одном аспекте могла рассчитывать на силовую поддержку — если не рабочих, то крестьян. Это касалось земельного вопроса. Кадеты выдвинули план принудительного отчуждения помещичьих — земель (с денежной компенсацией) и разделения их между крестьянами. Несомненно, такая мера должна была сделать Думу чрезвычайно популярной среди крестьян. Этот проект оказался гораздо ближе к потребностям жизни, чем абстрактные теории муниципализации и национализации земли, выдвинутые социал-демократами и эсерами. Правительство спокойно переносило жесточайшую критику членами Думы его действий в различных отраслях управления, но когда Дума приступила к обсуждению предложений по земельному законодательству, правительство прервало сессию. Роспуск Думы выглядел политической бестактностью по отношению к тем, кто ее поддерживал, но не противоречил основным российским законам, на которых основывалась сама Дума. Несмотря на это, большинство членов Думы, собравшись в Выборге (Финляндия), выпустили обращение к народу с призывом не платить налоги и не посылать в армию рекрутов, пока не будет созвана новая Дума.

6

Выборгское обращение сослужило Ленину хорошую службу, поскольку добавило еще один аргумент в пользу его непримиримой тактики. «Теперь не какие-нибудь «узкие и фанатичные» «большевики», а самые мирные легалисты-либералы, — писал Ленин в своей брошюре «Роспуск Думы и задачи пролетариата», — признали… этот иллюзорный характер российской конституции»[9]. В заключении той же брошюры он высказался так: «Роспуск Думы есть полный поворот к самодержавию».

Такой вывод делал политическую ситуацию весьма простой: наблюдалось повсеместное возвращение к тем условиям, которые существовали до 30 октября 1905 года. И Ленин не мог сдержать своего торжества: «Роспуск Думы — конец либеральной гегемонии, сдерживавшей и принижавшей революцию».

Появилась новая возможность провозгласить лозунг вооруженного восстания и потребовать созыва Учредительного собрания. Ленин так и поступил. Его призыв имел определенный успех. В конце июля началось восстание матросов и солдат в Свеаборге, распространившееся на Кронштадт. Ленин старался перенести восстание в Петербург, но это ему не удалось. В столице вместо восстания началась забастовка рабочих, но даже она оказалась слабой. Все предыдущие месяцы Ленин внушал петербургским рабочим, что Дума вредит их интересам. Поэтому неудивительно, что они не возмутились в связи с ее роспуском. Восстания в Свеаборге и Кронштадте были быстро подавлены. Несмотря на неудачу, Ленин сообщил в первом номере московской легальной газеты «Пролетарий», что это только первая волна забастовок и вооруженных выступлений и что нарастает новая волна. В действительности новой волны не последовало. Правительство только усилило репрессии. Вожаков бунтов расстреливали. Депутатов первой Государственной думы, подписавших Выборгское воззвание, подвергли судебному преследованию.

Но действия правительства не ограничивались репрессиями: начались приготовления к реформам. Новый премьер Столыпин, занявший место Горемыкина после роспуска Думы, имел собственный план земельной реформы. Вместо расширения крестьянских земель за счет помещичьих владений, его проект предусматривал повышение продуктивности крестьянских земель за счет экономических реформ, в особенности за счет введения индивидуального частного владения вместо общинной собственности на землю. 22 ноября 1906 года был опубликован указ, устанавливавший право крестьян требовать выделения индивидуальных участков в их частную собственность из общинных земель. Аграрная реформа Столыпина имела для России огромное значение. В мутных волнах политических раздоров оппоненты Столыпина не сумели оценить его истинное значение. Во многом благодаря его твердой руке осенью 1906 года быстро наступило умиротворение. Теперь оставалось мало надежды на успех революции, и продолжение тактики бойкота могло лишь дезорганизовать ряды революционеров.

Одним из первых это понял Ленин. В октябре 1906 года Ленину стало ясно: революция находится на спаде, а не на подъеме. Поняв это, Ленин немедленно сделал соответствующий вывод и совершил крутой поворот в своей политике. Еще в конце сентября 1906 года, после неудачи Свеаборгского и Кронштадского восстаний, Ленин писал, что «мы стоим» «перед бурей» и «накануне великой борьбы», твердо веря, что восстание неминуемо; он исключал Думу из своих политических расчетов.

Но уже в октябре Ленин написал статью по поводу бойкота выборов в Думу, в которой объявил, что левое крыло социал-демократов должно пересмотреть вопрос о бойкоте. Его заключение состояло в том, что «теперь как раз настало время, когда революционные с.-д. должны перестать быть бойкотистами». Придя к этому выводу, он начал настойчиво выдвигать его на партийных совещаниях.

Пересмотр политики бойкота Думы ясно доказывал, что в Ленине, наряду с его экстремистскими убеждениями, уживался трезвый реализм. Однако, то обстоятельство, что он решил принять участие в выборах, еще не означало, что Ленин стал придавать Думе самостоятельное политическое значение. Он решил использовать Думу как платформу для пропаганды, как своего рода политический рупор. Он задумал принять участие в выборах не для того, чтобы поддержать Думу, а для того, чтобы расколоть ее изнутри. Речь шла не о борьбе единой Думы с кабинетом, а о борьбе внутри Думы против либеральных кадетов, что представлялось Ленину главной задачей момента.

Такой тактики он и придерживался во время выборов. На основе опыта выборов в I Думу, при существующем избирательном законе и господствующих в стране настроениях, социал-демократы не могли рассчитывать самостоятельно провести в Думу значительное количество своих депутатов. Поэтому на первый план вышел вопрос об избирательных соглашениях. Меньшевики предлагали сформировать блок с кадетами против октябристов и реакционеров. Ленин не мог войти в одну группу с кадетами, его злейшими врагами. Поэтому он выдвинул идею «левого блока», направленного против кадетов и включавшего всех социалистов и фракцию трудовиков.

Соглашения о «левом блоке» были заключены на выборах в больших городах. Но ни в Петербурге, ни в Москве он не имел успеха — кадеты победили. По своему строению II Государственная дума отличалась от первой тем, что правые и левые силы в ней сильно выросли, в то время как центр сжался. Всего в Думу избрали 515 депутатов; соотношение сил получилось следующим:

Крайние консерваторы и октябристы 54
Кадеты и их сторонники 99
Трудовики и их сторонники 120
Эсеры 37
Социал-демократы 65
Поляки и другие нацменьшинства 76
Беспартийные и казаки 64

Во II Думу вошло значительно большее количество социал-демократов, чем в I-ую. Среди них были опытные ораторы, такие как меньшевик Ираклий Церетели и большевик Григорий Алексинский. Пропорционально меньшевики под руководством Церетели имели преимущество в социал-демократической фракции Думы. Они возражали против жесткой тактики Ленина. Он был разочарован деятельностью фракции, считая, что она придает Думе самостоятельную политическую ценность и этим помогает фракциям, выражающим интересы средних классов, в частности, кадетам. Он, например, расценивал как грубую политическую ошибку голосование за депутата-кадета при избрании председателя Думы.

Между тем, отношения правительства и Думы быстро ухудшались. Дума отказалась поддержать программу Столыпина, но в то же время различные фракции Думы, при отсутствии твердой центральной группы, не могли выработать собственную программу. Радикалы и центристы только критиковали деятельность правительства. Это был тупик. Даже отставка правительства не исправила положения, поскольку в Думе не было твердого большинства. Столыпин начал подумывать о роспуске Думы. Он лишь нуждался в удобном предлоге. Такой предлог ему представили революционные высказывания социал-демократов.

13 мая 1907 года в Лондоне собрался V съезд РСДРП. Его заседания проходили в лондонской социалистической церкви[10]. Было около 300 делегатов; считалось, что каждый из них представлял 500 членов партии. Согласно такому подсчету, в партии в то время должно было состоять около 150 тысяч членов. По всей вероятности, эти данные оказались сильно преувеличены. Нужно добавить, что имелись в виду члены не только РСДРП, но и всех других социал-демократических групп Российской империи (исключая Финляндию). Численность большевиков и меньшевиков была примерно равной, а среди автономных национальных групп поляки шли с большевиками, Бунд — с меньшевиками. Решающей для соотношения сил оказалась латышская группа, которая в основном поддерживала большевиков и давала им перевес. Поэтому принятые съездом резолюции преимущественно носили большевистский характер, большевистским был и вновь избранный Центральный комитет.

Большевики жестко критиковали социал-демократическую фракцию в Думе. Хотя съезд отклонил предложение осудить деятельность думской группы, он выразил уверенность в том, что в дальнейшем группа будет действовать в соответствии с намеченной съездом линией и под руководством Центрального комитета. Так как в новом Центральном комитете преобладали большевики, такая резолюция подчиняла думскую группу ленинскому контролю. По вопросу о Государственной думе съезд одобрил большевистскую резолюцию, внеся в нее небольшие изменения. В резолюции говорилось о необходимости борьбы не только против самодержавия, но и против предательской политики буржуазного либерализма, лозунг которого — «беречь Думу». Основные положения этой резолюции гласили:

Непосредственно политическими задачами социал-демократии являются: а) пояснение народу полной непригодности Думы как средства осуществить требования пролетариата и революционного среднего класса[11], в особенности крестьянства; б) пояснение народу невозможности осуществить политическую свободу парламентским путем, пока реальная власть остается в руках царского правительства, и пояснение неизбежности открытой борьбы народных масс с вооруженной силой абсолютизма, борьбы, имеющей целью обеспечение полной победы — перехода власти в руки народных представителей и созыва Учредительного собрания на основе всеобщего, равного, прямого и тайного голосования.

Итак, впредь социал-демократическая группа в Думе под руководством Центрального комитета должна была готовить массы к открытой борьбе с «вооруженной силой абсолютизма». Получив от своих тайных агентов сведения о принятых на съезде решениях, Столыпин предпринял решительные действия. 14 июня на закрытом заседании Думы он потребовал немедленного исключения социал-демократической фракции и согласия на арест наиболее видных ее членов. На ультиматум Столыпина Дума сразу не ответила, вопрос перенесли в комиссию по рассмотрению обвинений. Столыпин посчитал это достаточным поводом для роспуска Думы. 3 (16) июня 1907 года появился манифест о прекращении работы Думы.

7

Лондонский съезд РСДРП призвал к открытой борьбе с силами абсолютизма и одобрил резолюцию, запрещающую членам партии принимать участие в «партизанских выступлениях» и «экспроприациях». Постановили, что все существующие при партийных организациях «боевые дружины» должны быть распущены. Это означало ликвидацию экспроприационного движения, которое последовало вслед за поражением Московского восстания.

Постановление партийного съезда ясно показало желание партии положить конец эксцессам убывающего революционного движения. Троцкий писал: «После разбитой революции вооруженные экспроприации и террористические нападения становятся орудием дезорганизации самой партии». Но эта резолюция не была принята единодушно. По воспоминаниям Троцкого, во время голосования «на крики с мест: «А Ленин? А Ленин?» — он загадочно усмехался». А «усмехался» он потому, что имел собственный взгляд на экспроприации, от которого не собирался отказываться.

После поражения революции социал-демократическая партия находилась в финансовом кризисе, поскольку поступления в партийную кассу из внешних источников прекратились (или почти прекратились). На Лондонском съезде стало ясно, что не хватает средств даже на обратную дорогу для делегатов. Как писал Троцкий, один английский либерал дал съезду заем в 3 тысячи фунтов и этим выручил представителей «150 тысяч рабочих». Отметим, что позже советское правительство вернуло эти деньги кредитору.

Ленин имел свое мнение, как преодолеть финансовые трудности. Экспроприации представлялись ему вполне приемлемым способом, чтобы пополнить казну. Вернувшись из Лондона обратно в Финляндию, он (с помощью Красина и Сталина) стал разрабатывать план экспроприации на Кавказе огромной суммы. Один беззаветно преданный Ленину кавказский коммунист, «бандит чести» Тер-Петросян (известный под псевдонимом Камо) приехал к нему в Финляндию, чтобы получить оружие и снаряжение. 25 июня 1907 года Камо (вместе с несколькими товарищами) бросил на улице Тифлиса бомбы, полученные от Ленина, и напал на карету, перевозившую деньги из Тифлисского отделения Государственного банка. Несколько солдат были убиты. Эта акция принесла Ленину 341 тысячу рублей (или около 170 500 долларов). Так на определенное время казна большевистской партии оказалась пополнена.


Примечания:



1

В действительности послание К. Маркса датировано 24 марта (Прим. переводчика).



7

В действительности — 26 организаций. (Прим. перев.)



8

В английском тексте книги Вернадского вместо: «интересам крестьянской буржуазии» стоит «интересам крестьянского среднего класса». (Прим. перев.)



9

У Ленина вместо «иллюзорный характер» — «особливый характер». (Прим. перев.)



10

Речь идет о лондонской церкви Братства, в которой пение религиозных псалмов чередовалось с выступлениями ораторов-социалистов. Во время пребывания редакции «Искры» в Лондоне Ленин посещал эту церковь, чтобы изучать психологию и настроения английских рабочих. (Прим. перев.)



11

В резолюции съезда: «революционной мелкой буржуазии». (Прим. перев.)









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.