Онлайн библиотека PLAM.RU

Загрузка...



Локотская Русь

Один из самых зловредных мифов, культивируемых как представителями «администрации», так и либералами-западниками — это неспособность русских к самоорганизации. Без присмотра контролеров мы, якобы впадаем в дикость.

Но в реальности обнаруживается иное. Как только Империя отступает, на свободной территории, практически, мгновенно формируются структуры эффективного и глубоко укорененного в национальной традиции самоуправления.

Что не удивительно. Просыпаются архетипы. На Руси издревле существовали не только городские (Вече) и общегосударственные (Земский Собор) демократические институты, но и развитое низовое самоуправление.

Напомним, что при Иване Грозном крестьянские и посадские общины получают право самостоятельного отправления судопроизводства через выборных судей и присяжных — целовальников (целовали крест во свидетельство своей непредвзятости). Избираются земские власти — старосты, излюбленные головы.

Были даже, своего рода, русские шерифы — губные старосты. Их выбирали из числа авторитетных служилых людей. В их обязанности входило ловить и предавать суду разного рода преступный элемент. Так что, русскому человеку, если он не вконец перформатирован «государственниками», есть, что вспомнить, погрузившись в свою «память крови».

Так, когда Сталинская Империя откатилась в 41-м к Москве, на территории нескольких районов Орловской и Курской областей образовалась Локотская республика (Локоть — городок в тогдашней Орловской, а ныне — в Брянской области). Характерно, что в этих регионах жило много ИПХ.

Структуры русского самоуправления образовались по инициативе Константина Воскобойника и Бронислава Каминского. Оба в прошлом зэка. Обоих обвиняли в антисоветской деятельности. Созданная ими военизированная милиция была преобразована в дальнейшем в Русскую освободительную народную армию (РОНА).

«Инициатива снизу» была поддержана командованием 2-й танковой армии Вермахта, которую возглавлял тогда знаменитый Гейнц Гудериан. РОНА повела беспощадную борьбу сначала с красными партизанами, а потом и с советскими войсками.

15 ноября 1942 года, к годовщине организации Локотского самоуправления, газета «Голос народа» опубликовала статью, живописующую свершения новой власти: «Крестьяне получили в вечное пользование землю, навсегда избавились от ненавистных колхозов и строят свое хозяйство по-новому. Восстановлены и пущены в эксплуатацию многие промышленные предприятия (Севский сушильный завод, Локотский кожевенный завод др.). (…) В городе Локоть открыт театр; почти во всех районных центрах также функционируют театры; в волостных центрах и в некоторых селах и деревнях организованы клубы, где после трудового дня граждане имеют возможность культурно провести свой досуг. По округу открыто 345 школ, 9 больниц и 37 медицинских пунктов. Как в городах, так и в некоторых селах открыты церкви.»

В Локотской республике жесткая властная вертикаль сочеталась с низовой демократией в виде сельских сходов. Они, в частности, обладали правом смещать с должности старост. Население округа составляло 600 тысяч человек. Характерно, что немецкие гарнизоны были выведены из всех его населенных пунктов.

Опять же нет цели доказать, что «Локотская альтернатива» — пример успешной или хотя бы половинчатой реализации веками чаемой Русской Правды. В условиях оккупации подобное в принципе было невозможно. Но крайне показательны мероприятия, проведенные новой радикально антибольшевистской властью. Во многом, это как раз та программа, за которую умирали повстанцы Кронштадта.

Красные партизаны развернули против не только представителей органов управления республики, но и ее мирных граждан жесточайший террор. Был убит Воскобойник. То и дело приходили сообщения о массовом уничтожении простых крестьян.

Характерно, что в тех районах, где высшая администрация была оккупантской подобных прецедентов не отмечалось. Ясно, что Москва дала вполне оправданную команду запугать население «альтернативы» и лишить ее власти народной поддержки.

Бригада Каминского к концу существования Локотской республики составляла 12 тысяч человек. Против них же действовали явно превосходящие силы красных партизан (в одной только Орловской области их насчитывалось более 20 тысяч человек).

Летом 43-го самоуправление прекратило свое существование. Советские войска жестко прервали «эксперимент». Над Локотем снова взвился красный флаг.

РОНА передислоцировалась в райцентр Лепель Витебской области. Каминский был назначен бургомистром и предпринял попытку реанимировать систему, созданную на Орловщине. Однако «красный вал» надвигался неотвратимо. Неизбежность краха Германии и всех, кто сделал ставку на ее победу была очевидна.

Из РОНА Каминского и РОА Власова целые соединения переходили на сторону великой коммунистической империи. Некоторых командиров прощали (надо думать до поры) и они, надеясь искупить кровью, вместе со своими бойцами бросались «громить фашистских прихвостней».

Выходили с подобными предложениями и на Каминского. Тот однако настроен был на тотальную войну. Так, в ходе аудиенции у Гиммлера, он откровенно заявил, что ему «все равно с кем, лишь бы коммунистов резать!».

Прямота была оценена. Каминскому присвоили чин бригаденфюрера СС, а РОНА стала бригадой СС. Все это, впрочем, не спасло формирование от морального разложения. Ясно было, что конец недалек. А от отчаянности и безысходности русские люди нередко впадают в лютость и беспредельность. Данные качества бойцы РОНА в полной мере проявили в ходе подавления Варшавского восстания.

Попытки немцев «дисциплинировать» бригаду, Каминский встречал в штыки, заявляя, что его бойцы отдали все, что имели борьбе с большевизмом, не щадят и самой жизни, а значит, имеют, мол, право поживиться за счет грабежа поляков.

Есть данные, что Каминский собирался увести РОНА в Карпаты на соединение с Украинской повстанческой армией (УПА), чтобы продолжить «резать коммунистов» без оглядки на немецких кураторов. Но те упредили непокорного бригаденфюрера.

Близ Тарнова в Южной Польше машина Каминского была остановлена людьми начальника Краковского СД Вальтера Биркампфа. Они и осуществили ликвидацию, которая была остроумно списана на польских партизан.

РОНА попытались слить с армией Власова. Впрочем, взаимопонимания между «каминцами» и бойцами РОА не наблюдалось. Вспыхивали даже весьма серьезные столкновения. Дело в том, что «народники» считали «власовцев» перекрасившимися коммунистами. А отношение к последним покойного своего комбрига разделяло и большинство офицеров и солдат РОНА.

Впрочем, уже очень скоро и те, и другие, если им повезет не погибнуть в бою и не быть расстрелянными на месте (а то и поднятыми на штыки), окажутся в сталинских лагерях.

В России из века в век повторяется один и тот же сюжет — правдоискатели объединяются с врагами России и пытаются толи переделать всю ее в Русь, толи отвоевать для себя, оторвав от Империи, жизненное пространство.

Но в ходе этой борьбы обнаруживается, что и у ее защитников (под каким бы флагом они ни воевали) есть своя правда. Она — в сохранении единства русского этнического поля. На этом поле таинственно и непостижимо, вопреки жесточайшему госпрессингу и тотальным, казалось бы, зачисткам, «прорастают» новые поколения адептов ордена Правды. Причем, это запросто могут быть дети и внуки сотрудников НКВД. И война начинается сызнова.









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.