Онлайн библиотека PLAM.RU




Императоры верхом

Говоря о внешнем облике российских императоров, следует также упомянуть и о такой особенности, как умение держаться на лошади. В монументальной скульптуре Медный всадник, Этьен Фальконе запечатлел Петра I верхом. Это было данью европейской традиции. Конный памятник первого лица – неотъемлемый атрибут европейской художественной традиции. Вспомним памятник Николаю I на Исаакиевской площади Петербурга работы Э. Монферрана и барона Клодта. Николай I действительно был прекрасным наездником и великолепно управлялся с лошадьми.

Что касается Александра II, то современники весьма критично оценивали его навыки как наездника. При этом следует иметь в виду, что первые лошадки-пони у царских детей появлялись в 3–4 года, а систематически учить верховой езде их начинали с 7 лет. Тем не менее мемуарист утверждает, что «Государь Александр II ездил неважно, постоянно шпоря лошадь, когда она стояла на месте, и не замечая того»150. Возможно, скульпторы учитывали это, поскольку на конном памятнике Александру II, сооруженном в Софии, император спокойно сидит на спокойной лошади. В России также преобладали его «пешие» памятники.

Что касается Александра III, то он тоже был плохим кавалеристом. Это было во многом связано с весом императора, которому требовались лошади-тяжеловесы. Доброжелательно относящийся к Александру III граф С.Д. Шереметев писал о царе: «Ездок он был плохой и вообще не охотник до верховой езды. Кавалерийской жилки у него не было, и это ставилось ему многими в упрек»151. Тем не менее самым известным памятником царю остался конный памятник работы Паоло Трубецкого, стоящий сейчас перед Мраморным дворцом в Петербурге. В результате конкурса вариант Трубецкого отобрала сама вдовствующая императрица Мария Федоровна. Памятник этот воспринимался публикой очень по-разному. Либеральная интеллигенция считала его пародией на российское самодержавие. Монархисты видели в нем символ незыблемости российской монархии. Споры об этом памятнике не утихают по сей день.

Самой лихой кавалеристкой среди российских императриц считалась императрица Мария Федоровна, жена Александра III. Граф С.Д. Шереметев упоминал, что «цесаревна наслаждалась верхом, скакала через рвы и канавы, брала препятствия, с трудом за нею угонялись»152. Дочь императрицы упоминает, что «Мама… обожала лошадей, но Папа их терпеть не мог»153.

На акварелях придворного художника М. Зичи запечатлено несколько сюжетов участия цесаревны Марии Федоровны в псовых охотах. При этом иконография остальных императриц XIX в. почти совершенно исключает сюжеты, изображающие их сидящими верхом. Есть единственная картина О. Берне, посвященная Царскосельской карусели 1842 г. На этой картине императрица Александра Федоровна изображена в средневековых одеждах, спокойно сидящая верхом в дамском седле.

Николай II был хорошим кавалеристом. Он уверенно держался в седле, но при этом верховой езды не любил154. Поэтому, когда у царя появилась возможность, то он поменял лошадь на автомобиль. К концу своего правления Николай II, даже принимая парады, объезжал строй полков на автомобиле. Тем не менее во время особо торжественных случаев Николая II старались «усадить» на лошадь. Это делало императора более величественным поскольку рост в 168 см не добавлял царю представительности. Кроме этого, у него была непропорциональная фигура – короткие ноги при длинном туловище. Лошадь и седло скрывали эти недостатки царя. Удивительно, но и вечно больная императрица Александра Федоровна иногда садилась на лошадь. В мае 1906 г. Николай II записал в дневнике: «Алике ездила верхом».









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.