Онлайн библиотека PLAM.RU




5

О РОЗЫСКЕ КОЛЧАКОВСКОГО ЗОЛОТА

Справка Архива ФСБ. 1995 г.

Передана в Экспертный совет 18 января 1995 г. секретариатом бывшего вице-премьера О.Д. Давыдова. – Прим. публ

4 января 1920 г. после занятия Иркутска большевиками Колчак перешел под охрану чехословацких войск и подписал отречение от поста Верховного правителя в пользу Семенова.

4 января того же года золотой запас Колчака был принят под охрану союзников на станции Нижнеудинск. При этом «представители населения настаивали на „перевеске всего золота“, но председатель приемочной комиссии Гашек (чех) на это не согласился; тогда представители населения уклонились от участия в комиссии, и 28 вагонов с золотом были проверены по описи, со вскрытием двух вагонов для пересчета ящиков и мешков».

5 января 1920 г. началась передача золотого эшелона под охрану чехословацких войск. Но попытка чехов полностью взять на себя «охрану» золотого эшелона успеха не имела, т.к. русские солдаты отказались оставить свои посты. Решение солдат поддержали Казановский, Кулябко и другие банковские сотрудники, бывшие в эшелоне. Золотой эшелон под смешанной охраной медленно продолжал путь на восток. Утром 12 января на ст. Туреть/Тыреть (200 верст от Иркутска) пломбы у одного из груженных золотом вагонов оказались поврежденными. При вскрытии вагона и пересчете ящиков была обнаружена пропажа 13 ящиков с золотом.

При этом было отмечено, что у вагона, в котором произошла кража, ночью стоял русский (?) караул.

Дальнейшая судьба пропавших ящиков с золотом оставалась неизвестной долгое время.

Дело о розыске золота было заведено в 1940 г. на основании заявления эстонца А. Лехта, который через Советское консульство ходатайствовал о разрешении въезда на территорию СССР в район ст. Тайга с целью отыскания золота, якобы закопанного в 1919 г. отступавшими колчаковцами. Лехт А. в своем заявлении ссылался на эстонца Пуррока К.М. который служил старшим писарем в 21-м запасном Сибирском полку армии Колчака и принимал непосредственное участие в его захоронении. При отступлении армии Колчака в конце октября 1919 г. Пуррок К.М. вместе с двумя солдатами и командиром полка полковником Швагиным М.И. южнее ст. Тайга, от первой просеки по тракту, на пятой лесной дороге справа, зарыли в яму глубиной 2,5 метра 26 ящиков с золотом. При просмотре архивных документов было установлено, что такой полк существовал в колчаковской армии и что он действительно отступал в тот период через станцию Тайга.

В сентябре 1931 г. Пуррок вместе с Лехтом выезжали на ст. Тайга с целью найти место зарытого золота. В предполагаемом месте Пуррок заметил около дороги вал длиной 3-4 метра и с помощью ножа извлек из земли комок истлевшего сукна. По найденному валу Пуррок определил и остальные две ямы с имуществом, а по ним установил и место нахождения золота (показания А.И. Лехта). Но в связи с утерей Пурроком паспорта и отсутствием денег они пробыли на ст. Тайга 10-15 часов и прекратили поиски в полной уверенности, что ящики с золотом на месте.

В марте 1940 г. Лехт А.И. и Пуррок подали заявление Генеральному консулу СССР в г. Таллине о разрешении въезда в СССР для новой попытки розыска захороненного золота. Эта просьба была удовлетворена.

С 13 по 23 июня 1941 г. на поиски золота на ст. Тайга выезжали оперативные работники 2-го Спецотдела НКВД СССР Кузьмин и Митрофанов совместно с Пурроком. Однако из-за давности времени (22 года) и изменения местности (старый лес спилен и вырос новый лес) Пуррок не смог указать место, где зарыто золото. Группа нашла пятую лесную дорогу справа от просеки, и параллельно дороге на расстоянии 14-16 метров были выкопаны 148 шурфов глубиной 1,75 метра, тогда как золото было зарыто на глубину 2,5 метра. Кроме того, на четвертой лесной дороге также было вырыто 100 шурфов, однако золото не обнаружено.

По возвращении из экспедиции Пуррок К.М. 5 июля 1941 г. был привлечен к уголовной ответственности по статье 169, часть II УК РСФСР, за злоупотребление доверием и обман органов власти, выразившиеся в том, что Пуррок не указал экспедиции точного места захоронения золота.

Допрошенный 10 июля 1941 г. в качестве обвиняемого Пуррок К.М. виновным себя не признал и показал, что за давностью времени и из-за сильного изменения местности он не мог определить и указать точное место захоронения клада.

Особым совещанием при НКВД СССР 2 мая 1942 г. он был осужден за мошенничество на 5 лет. Находясь в заключении в Приволжском лагере МВД, 10 сентября 1942 г. Пуррок умер.

По справке МВД ЭССР от 12 апреля 1958 г. Лехт А.И. умер в 1950 г.

В июле 1954 г. сотрудники 5-го отдела УГКБ по Кемеровской области Кулдыркаев и Бяков также выезжали на ст. Тайга с заданием организовать розыск зарытого золота.

Кулдыркаев и Бяков нашли то место, где в 1941 г. Кузьмин и Митрофанов вместе с Пурроком производили раскопки, и пробили 360 скважин глубиной 2,5 метра вдоль лесной дороги № 5, но золота не обнаружили. После чего были привлечены для нахождения места, где зарыто золото, геофизики Федоров М.М. и Грязнова М.К. с аппаратом для обнаружения железа в земле (магнитные весы Шмидта), т.к. из показаний Пуррока известно, что в районе зарытия золота, по распоряжению полковника Швагина, в три ямы были закопаны револьверы системы «наган», шинели, подметки, стальные подковы для лошадей, а в четвертую яму – золото. Когда ящики с золотом были засыпаны землей, сверху в яму положили убитую лошадь, чтобы отпугнуть тех, «кто вздумает раскопать яму».

Указанная группа поиски зарытого золота прекратила, считая, что Пуррок давал неправдоподобные показания о захоронении золота в районе ст. Тайга.

30 октября – 25 ноября 1958 г. в целях сбора дополнительных данных и определения участков работы по отысканию клада на ст. Тайга были командированыст. оперуполномоченный ОБХСС ГУМ подполковник милиции А.Д. Данилин, оперуполномоченный ОБХСС ГУМ капитан милиции П.М. Майоров и ст. оперуполномоченный 3-го Спецотдела МВД СССР майор в/с Г.И. Кожеуров.

Данной оперативной группой была проведена работа по проверке показаний Пуррока и Лехта. Был установлен и опрошен большой круг лиц, проживающих в г. Тайга и его окрестностях, которые хорошо помнили период отступления колчаковских войск через ст. Тайга. На основании показаний свидетелей и исследования местности было сделано заключение о достоверности ориентиров, о которых указывали Пуррок и Лехт.

По мнению оперативной группы, местность, где в 1941 г. группой МВД СССР с участием Пуррока проводились поиски, является наиболее приближенной к месту, где могло быть зарыто золото.

В беседе с работником пожарной охраны Овчинниковым, который в 1941 г. привлекался к розыску клада, выяснилось, что поиски велись только путем шурфования почвы. Шурфы закладывались на глубину 1 метр на расстоянии 1-1,5 метра один от другого. Из материалов дела известно, что клад закопан на глубине до 2,5 метра. Следовательно, оперативная группа в то время, если даже и стояла на правильном пути в определении местонахождения клада, обнаружить его не могла, поскольку поиск производился не на той глубине.

Учитывая собранные дополнительные данные, оперативная группа сделала заключение о том, что «экспедиция в составе сотрудников 2-го Спецотдела НКВД СССР… выезжавшая на ст. Тайга, и сотрудники 5-го отдела УКГБ по Кемеровской области Кулдыркаев и Бяков, выезжавшие на ст. Тайга в 1954 г. производили розыск золота от ст. Тайга в сторону Новосибирска, а золото, по агентурным донесениям… было зарыто от ст. Тайга в сторону Красноярска», т.е. экспедиции 1941 и 1954 гг. «искали клад в противоположной стороне от предполагаемого места захоронения золота, в силу чего оно, естественно, не могло быть ими обнаружено» (Справка по архивно-следственному делу № 0103375 от 31 марта 1958 г.), и, принимая во внимание, что розыском клада активно не занимались, отметили целесообразность возобновления поисковых работ летом 1959 г. с применением соответствующей аппаратуры.

На основании Заключения от 18 июня 1959 г. на имя Начальника 3-го Спецотдела МВД СССР полковника Н.Я. Баулина дальнейшие мероприятия по розыску золота в районе ст. Тайга были прекращены.

4 апреля 1992 г. в газете «Московский комсомолец» была опубликована статья Валерия Жукова «Золото Колчака искать на станции Тайга» с подзаголовком «Сенсационные признания руководителей сталинского Гохрана», в которой опять была поднята тема «колчаковского» золота и отмечалось, что «при современных методах разведки недр отыскать крупное скопление золота – это раз плюнуть! Может, рискнуть?».









Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.