Онлайн библиотека PLAM.RU




1.4.3. Другие разновидности тетрад


Не странно, что именно в социально-политических процессах, за результаты которых ответственны элементарно образованные массы, фигурирует больше всего тетрад. Но создалось бы ложное впечатление, если бы остались в стороне другие сектора культуры и мы ограничились только сказанным в разделе 1.4.1.

Кватерниорные матрицы употребительны в психологии. Четверка основных психологических типов, или темпераментов: сангвинический, холерический, флегматический, меланхолический, – известна со времен Галена. Интерпретация ХХ в. (И.П.Павлов и его школа) полагает ответственными за такое членение особенности центральной нервной системы, точнее характер нервных реакций: сильных или слабых, быстрых или медленных. Комбинация двух пар противоположных признаков и приводит к структуре М = 2 х 2 (см., напр., [74, c. 96]). Не иначе поступает К.Юнг [392], выстраивая собственную классификацию. Различая экстравертов и интровертов, с одной стороны, мыслительный и эмоциональный типы, с другой, он приходит к той же таксономической схеме М = 2 х 2. Его деление на мыслительный, чувствующий, ощущающий, интуитивный типы, в свою очередь, коррелирует с делением человеческих способностей на разум, чувство, волю и интуицию.

Идентичный прием используется в натурфилософии Аристотеля для обоснования системы первоэлементов. За основу берутся две оппозиции стихий: теплое – холодное, сухое – влажное, – и затем выстраивается соответствующая "алгебра": теплое и сухое суть огонь; теплое и влажное – воздух; холодное и влажное – вода; холодное и сухое – земля, см.: [307:I,с. 55]. Четверка фигур силлогизмов, противоположных по качеству: утвердительные и отрицательные, – и по количеству: общие и частные, – конструируется сходным образом; роль вершин в логическом квадрате Михаила Пселла, соответственно, играют общеутвердительное, общеотрицательное, частноутвердительное и частноотрицательное суждения. К тому же способу неоднократно прибегал Кант (см., например, формы отрицания, повторенные Шопенгауэром, раздел 1.4.1).

Структуры М = 3 + 1 часто могут быть переосмыслены в духе М = 2 х 2, и наоборот. Так, Платон, придерживаясь только что упомянутого представления о четырех первовеществах: земле, воде, воздухе и огне (3 + 1), – в "Тимее" подразделяет их в парадигме двух пар: огонь и землю он считает семантически и онтологически "первичными", "крайними", а воздух и воду – "средними", "производными" (2 х 2). Функциональная взаимозаменимость двух схем в большинстве случаев позволяет игнорировать различие между ними, сосредоточиваясь на более важном итоговом факте М = 4.

В политических примерах из раздела 1.4.2, аналогично, посредством незначительного смещения дискурсивного ракурса разновидность 3 + 1 может быть заменена на 2 х 2. Так, в совокупности четырех элементов системы индустриального Севера нередко различают двух военно-политических гигантов, с одной стороны (США и наследника СССР), и двух экономических, с другой (ЕС и Япония). Сходным образом трансформируема и большая европейская четверка – ФРГ, Франция, Италия и Британия, – поскольку популярные теории относят Британию и Францию к "первому эшелону модернизации", а Германию и Италию - ко второму. Экономическое и политическое "опоздание" сказалось на историческом наследии Германии и Италии (слабость их колониальных систем, необходимость "догоняющего развития", в ХХ в. – тоталитарные режимы). Не иначе обстоит и с четверкой основных цивилизационных элементов континентальной Азии, которую можно представить в виде двух пар: древнейших политеистических цивилизаций Индии и Китая и значительно более молодых, прошедших через монотеистическую инициацию исламского мира и России. В совокупности же ведущих типов массовых идеологических течений усматривается различие между исторически более ранней оппозицией либералы – консерваторы, с одной стороны, и продуктами более поздних технологических революций социалистами и большевиками, с другой (и социалисты, и большевики, к тому же, основывались на марксизме).

Самостоятельная и обширная тема – механизмы культурно-исторического взаимодействия схем М = 3 + 1 и М = 2 х 2. Не имея намерений входить в нее глубоко, ограничимся несколькими замечаниями.

Во-первых, и дихотомия, и трихотомия (а также их комбинации) – как в наглядно-геометрическом, так и в абстрактно-логическом, арифметическом обличьях – чрезвычайно старые операции (из эпохи до "осевого времени" Ясперса), которым в древности придавалось ключевое значение. Дроби 1/2, 1/3, 2/3 и 1/4 – исторически первые из известных дробей, и в Вавилоне, Древнем Египте у них были собственные имена (как и у натуральных чисел) [142]. Операция умножения любых чисел друг на друга осуществлялась в Египте методом удвоения, деления – обратным путем. Дихотомия – один из излюбленных методов в античной математике и философии (вспомним хотя бы апории Зенона). Принцип исключенного третьего использовался математиками и философами задолго до Лейбница – в доказательстве от противного (в частности элеатами или в теореме об иррациональности v2 ).

Во-вторых, возможно, стоит отозваться на юнговские высказывания о "естественности" архаических четверичных представлений и, напротив, "искусственной редуцированности" более поздних тринитарных (подобные высказывания повторяются Юнгом во многих местах, например в [394, с. 69, 79]). Должен признаться, я не совсем понимаю, что точно имеется в виду под гальванизированным Просвещением противопоставлением естественности и искусственности. "Естественно" ли для нас, скажем, мыслить, повсюду применять нашу логику? В "естественном" представлении о четырех странах света, т.е. в совокупности двух определенным образом проведенных дихотомий полного круга, явно наблюдается присутствие логики, техники мышления. Именно из "правильной" квантиодромии круга вытекают понятия прямого угла, последующая теорема Пифагора, играющая одну из самых конструктивных ролей в точных науках, образы прямоугольников, параллелепипедов. Через условие равенства площадей прямоугольников произведению сторон кватерниорность инсталлируется и в модель трехмерного физического пространства (упоминавшаяся в разделе 1.3 обратная пропорциональность физических сил квадратам расстояний). Четверичность и тройственность нередко оказываются сопряженными, и судить, что здесь "естественно", а что "искусственно", предоставим тем, кто усматривает в этом смысл. Кстати, сами древние творцы "естественных" четырехсоставных представлений склонялись скорее к "искусственности" их происхождения и особо ценили искусственность и искусность, напрямую возводя происхождение соответствующих знаний к мифическим или реальным авторитетам. Сам сотворенный богами мир есть, несомненно, "искусственный" продукт.

В-третьих, и кватерниорность, и тройственность – продукты таких логических операций, которые воспринимаются как единый, законченный акт: кватерниорность – две "равноценные", "одноуровневые" дихотомии, тройственность – интериоризация двойственности: n = 2 и, следовательно, М = 3. С помощью названных логических приемов исследовались целостные системы: будь то полный круг горизонта, мироздание в целом (небо – земля – преисподняя) или логически завершенный отрезок пути.(1) Сами два этих метода истолковывались в качестве "целостных", способных исчерпывающе объяснять явления и процессы.

Различны способы, которыми человек приходил как к тринитарным, так и к кватерниорным представлениям. Скажем, тройственная модель могла появляться в результате аналитического расщепления одного из звеньев предшествующей диады. На базе наидревнейшей оппозиции "тело – душа" посредством более тонкого различения манифестируется схема "тело – душа – дух". Из классической для Европы ХIХ в. тринитарной типологизации основных политических течений: либеральных, консервативных, социалистических, – в начале ХХ столетия рождается тетрарная, поскольку из социалистического движения выделяется самая радикальная часть, противопоставившая себя остальным – большевики, ленинизм. В тот же период физика приходит к модели четырехмерного пространства, что с внешней стороны выглядит как "сращивание" традиционно трехмерного пространства и одномерного времени, а изнутри – как интериоризация логической тринитарности: n = 3 и, значит, М = 4, см. раздел 1.4.1. В "Трех мушкетерах" Дюма каноническая тройка героев превращается в четверку за счет концептуально-эстетического "расширения". Четырехсоставность продуцируется и иначе – с помощью композиции дихотомии и трихотомии. Так, из пары "свет – тьма" путем деления натрое светлого времени суток рождается представление "утро – день – вечер – ночь"; из двух послевоенных геополитических полюсов "Запад – Восток" – последующая схема для индустриального Севера "США (НАФТА) – ЕС – Япония – СНГ"; а двойка главных героев первой части дилогии Ильфа, Петрова (И.М.Воробьянинов – О.Бендер) во второй части трансформируется в четверку (Балаганов – Паниковский – Козлевич – Бендер), см. рис. 1-11. Был упомянут и механизм 2 х 2.

Для каждой из названных структур характерна полисемантичность, и различные толкования не противоречат друг другу, отличаются комплементарностью. Далеко не всегда мы располагаем физической возможностью привести несколько герменевтических проекций, и практически всегда отсутствует возможность перечислить их все. После сказанного ранее мы, кажется, вправе апеллировать к приобретенному опыту читателя, со своей стороны ограничиваясь лишь отсылочными упоминаниями.

Четырехшаговая цикличность манифестируется атомной физикой. a – частицы, состоящие из двух протонов и двух нейтронов (М = 2 + 2), обладают наибольшей энергией связи и устойчивостью. В ряду атомных ядер по мере увеличения количества нуклонов (нуклон – собирательное название для протона и нейтрона) свойство устойчивости повторяется периодически с шагом в четыре звена. Поэтому ядра подразделяют на четыре группы: 4p, 4p+1, 4p+2, 4p+3, – где p – количество нуклонов, из которых состоит ядро [60].

В середине ХХ в. биология констатирует: хранителем и транслятором наследственной информации является ДНК, структурными "кирпичами" которой служат четыре азотистых основания, нуклеотида: аденин (А), гуанин (Г), цитозин (Ц) и тимин (Т) [74, c. 76]. С тех пор говорят о "четырехбуквенном генетическом алфавите" А – Г – Т – Ц. Расшифровка генетического кода привела к выводу о существовании определенных элементарных единиц – кодонов, триплетов, ибо из четырех букв алфавита составляются трехбуквенные слова, последовательность которых и определяет содержание "текста".

Нас по-прежнему не занимает проблема, выдумал ли человек, в настоящем случае физики и биологи, названную четырехзвенность или она присуща самой природе. В любом случае речь идет о знании о природе. Работа ученых отличается обстоятельностью, добросовестностью, и значит, здесь фигурирует обоснованное, точное знание. Последнее невозможно без предварительной постановки вопросов, и, как всегда, в каждом корректном вопросе имплицитно содержится ответ (известно, что наука отвечает не на любые вопросы, а только на "правильные"). Диалог человека с природой – во многом беседа со своим отражением в зеркале, так сказать, интервью, взятое у самого себя. Наши воля, мысли и чувства (в том числе "продленные" с помощью приборов) неотделимы ни от общества, культуры, ни от внешней среды, вместе с которыми мы существуем.

Аналогичный структурный прием используется и при описании человеческих чувств. До сих пор в языке сохранились названия для четырех вкусовых ощущений: соленое, кислое, сладкое, горькое, – прочие же зиждутся на комбинации (кисло-сладкое), изменении степени (солоноватое) или на сравнении с показаниями других органов чувств: нежный или острый, вяжущий, терпкий или свежий- Едва ли есть смысл задаваться вопросом, "на самом ли деле" существуют ровно четыре главных разновидности вкуса. Такова наша рефлексия, таков наш анализ. Кстати, первая конструктивная пара послужила отправной точкой для столь важного сначала для алхимии, а затем и для химии различения солей и кислот.

Если двустишие, или дистих (в арабской поэзии – бейт), историки литературы считают не только самым простым, но и самым ранним феноменом поэтической речи, то затем у разных народов нашла широкое применение четырехстрочная строфа или четырехстрочие как законченное стихотворение. Организация текста осуществлялась с помощью метра, ритма и нередко рифмы. Теоретики литературы до сих пор описывают такую строфу в виде "алгебраических" формул типа abba, aabb, abab, где одинаковые символы означают созвучие. В данном случае речь явно о структурах М = 2 х 2. При этом любопытно: в период становления самобытной японской культуры наблюдается вырождение традиционной тетрады до триады – на смену древнекитайскому четырехстишному канону пришли трехстишные хокку.

В новелле "Как писать китайские стихи" ("Сто одна история о дзэн", 88 [252, c. 89]) читаем: "Знаменитого японского поэта спросили, как написать китайское стихотворение. Он объяснил так:

– Обычно китайское стихотворение состоит из четырех строк. В первой находится начальная фраза, во второй – ее продолжение, третья переходит от старого предмета к новому, а четвертая соединяет вместе три первые строки. Вот как это видно на примере известной китайской песни:


"Есть дочери в Киото у торговца шелком:

Лет двадцать старшей, младшей – восемнадцать.

Мечом способен зарубить солдат.

А девы эти – взглядом убивают."

Отметив, что в таким образом устроенном четверостишии содержатся признаки структур как М = 2 + 2, так и М = 3 + 1, возьмем теперь хокку. В другой новелле той же книги [252, с. 33-34]:


"Из сиянья пришел я –

Возвращаюсь в сиянье.

Что ж это?

До положенных каноном четырех строк в стихотворении недоставало еще одной, и ученик сказал: "Учитель, у нас не хватает строки". Победным львиным рыком ответил ему Хосин (мастер дзэн. – А.С.): "Ха – а!" – и ушел (из жизни – А.С.)". На подобной "незавершенности" принципиально настаивали, ссылаясь на "неуловимое очарование незавершенности" [там же, с. 23]. Аналогичное очарование ощущаем и мы, одновременно констатируя, что впечатление "незавершенности", "загадочности" трехстрочия не возникло бы у адресата, если бы отсутствовал фон "завершенной" модели четырех строк. По конкретно иному, но смежному поводу Р.Якобсон говорил об экспрессии "обманутого ожидания", "несбывшегося предсказания" [402, c. 85].

В данном контексте, вероятно, уместно дополнить приведенный в разделе 1.4.2.2 пассаж о плодотворной "ошибке" (С.Дали, Л.Аронзон), открывающей порой совершенно неожиданные горизонты. Так, биологи полагают, что многоклеточные организмы в свое время возникли в результате сбоя, дефекта процесса "нормального" деления клеток. Ничем иным, как серией просчетов ведущих политиков России, Европы и США в первой четверти ХХ в. объяснялась победа большевиков в огромной стране, однако затем, вместе с укреплением СССР, сложился новый мировой порядок (Запад – Восток – "третий мир"), позволивший прервать цепочку мировых войн, что вряд ли стало бы возможным без глобальной институциализации мощного "маргинального" звена, объединившего и канализировавшего в приемлемом русле почти все активные "обиженные" государства. Механизм мутаций, "ошибок" особенно актуален в переходные эпохи, создающие обстановку интеллектуальной и психологической открытости ("открытости" самого будущего, ср. и нынешнюю ситуацию в мировой политике, когда старый порядок уже разрушен, а новый еще не до конца возник), однако в примере с хокку нас больше интересовала сопряженная "ментальная" открытость и именно в связи с отличным от заданного каноном количества строк: трех, а не четырех. Мы сами, впрочем, занимаемся как раз закрытыми, "законченными" (целостными) системами, и рассуждение об открытости используется лишь для контраста, для того, чтобы подчеркнуть, как сами древние, в настоящем случае японцы, моментально и остро реагировали на отклонение от четырехсоставного паттерна.

Одна из бытовавших в классической эстетике композиционных схем предполагала наличие в литературном произведении завязки, развития (хода действия), кульминации и развязки, таким способом представляя его законченный цикл. Впрочем, иногда последний предварялся установочной частью, экспозицией, в которой действие, собственно, еще не начиналось и которой достается роль своеобразного "нулевого звена" (к анализу "нулевых" звеньев мы обратимся в разделе 1.5). О наметившемся в ХХ в. четвертом литературном роде (помимо эпоса, лирики, драмы) шла речь в разделе 1.4.1.

В свою очередь, морфологические разделы грамматики резервируют четверку конструктивных частей слова: приставка (префикс), корень, суффикс, окончание. На деле, скажем, приставок в слове может вовсе не быть или присутствовать сразу несколько (например, в русском глаголе вос-при-нимать, немецком an-er-kennen), однако в классификации она все же присутствует, причем в единичном количестве. Ф. де Соссюр говорит об алгебре морфем, напоминает, что "лишь значение позволяет отграничивать единицы" [306, c. 22]. Николай Кузанский усматривал четверицу в иерархическом строении языка: буквы – слоги – слова – речь [230:II, с. 452].

Для иллюстрации действия элементарно-математических законов мы и ранее неоднократно прибегали к лингвистическим, главным образом грамматическим, примерам. В статье "Поэзия грамматики и грамматика поэзии" Р.Якобсон для тех же целей считает уместным привести обширную цитату из "Марксизма и языкознания" Сталина (М., 1950). "Отличительная черта грамматики состоит в том, что она дает правила об изменении слов, имея в виду не конкретные слова, а вообще слова без какой-либо конкретности; она дает правила для составления предложений, имея в виду не какие-либо конкретные предложения, скажем, конкретное подлежащее, конкретное сказуемое и т.п., а вообще всякие предложения, безотносительно к конкретной форме того или иного предложения. Следовательно, абстрагируясь от частного и конкретного, как в словах, так и в предложениях, грамматика берет то общее, что лежит в основе изменений слов и сочетаний слов в предложениях, и строит из него грамматические правила, грамматические законы" В этом отношении грамматика напоминает геометрию, которая дает свои законы, абстрагируясь от конкретных предметов, рассматривая предметы, как тела, лишенные конкретности, и определяя отношение между ними не как конкретные отношения каких-либо конкретных предметов, а как отношение тел вообще, лишенных всякой конкретности" [401, с. 473]. Солидаризируясь с представлением об абстрагированном и обобщающем характере грамматических законов и даже с геометрической аналогией, чуть ранее Р.Якобсон прибегает к немаловажной оговорке: речь должна идти скорее о топологической, чем метрической геометрии, т.е. в таких случаях фигурируют наиболее общие структурные, структурно-логические закономерности, одной из разновидностей которых служат, в частности, числовые.

Аналогичное формо- или структурообразование осуществляется и в семантике. Если Ориген Александрийский (III в.) различал три смысловых уровня текста: телесный (буквальный, историко-грамматический), душевный (моральный) и духовный (аллегорический), то, согласно комментарию С.С.Аверинцева, Данте вслед за схоластами зрелого средневековья раздваивает третий оригеновский смысл, разведя аллегорию и анагогию (возведение души ввысь) и, таким образом, превращая триаду в четверицу [6]. В.Л.Рабинович обращает внимание на данный факт и приводит в качестве доказательства строфу из "Пира" Данте [264, c. 86 ]:


Буквальный смысл учит о произошедшем;

О том, во что веруешь, учит аллегория;

Мораль наставляет, как следует поступать;

Твои стремления открывает анагогия.

В "Божественной комедии" Данте, напомним, фигурирует и чистилище, четвертая часть мироздания (см. раздел 1.4.1) – за несколько веков до принятия церковного догмата.

Кватерниорность нередко реализовалась и в старых социальных организациях. Согласно конституции Солона, афинское общество было разделено на четыре экономических класса. В Японии периода Эдо (ХVII – первая половина ХIХ вв.) получило юридическое закрепление наличие следующих законных сословий: самураев, крестьян, ремесленников и торговцев. В Древней Индии множество каст делилось – по степени святости, чистоты – на четыре же большие категории, варны: брахманов (занимавшихся отправлением культа, наставничеством), кшатриев (правителей, воинов), вайшьев (торговцев, ростовщиков) и шудров (всех, кто занят физическим трудом: ремесленников, земледельцев, скотоводов, работников "сферы услуг" – брадобреев, прачек и проч.). Лишь представители первых двух, "благородных" варн наделялись правом землевладения (по данному признаку общая структура М = 2 + 2). Кроме перечисленных четырех, выделялась еще одна социальная группа – аварна ("вне варны"), составлявшая вместе с низшими шудрами категорию неприкасаемых и игравшая – в силу своей внеположности варновой системе – роль "нулевого" члена.(2)

На реставрации сходной социальной кватерниорности настаивал видный итальянский философ, певец "консервативной революции", член эзотерических обществ Германии Юлиус Эвола [382], предпринявший попытку критики фашизма справа. Утверждение "Сверхчеловеческой Духовности и Славы" означает власть первой касты; "героизма, верности, чести- – второй; деньги – основа власти торговцев, т.е. касты третьей; а труд (когда работа превращается в самоцель) – четвертой. Последователь Р.Генона, его "Кризиса современного мира", Эвола энергично вводил архаическую традицию в современную социально-политическую и культурную мысль.

Вероятно, не забыт и список четырех основных древнейших цивилизаций: Египта, Междуречья, Индии (долина Инда) и Китая (долина Хуанхэ). По крайней мере, об этом можно прочесть, например, в "Смысле и назначении истории" К.Ясперса [404, c. 55]. В той же монографии предложена следующая периодизация мировой истории: "Человек четыре раза как бы отправляется от новой основы" – 1) от доистории, "прометеевой эпохи" (возникновение речи, орудий труда, умение пользоваться огнем), 2) от рождения великих культур древности, 3) от осевого времени, когда полностью формируется подлинный человек в его духовной открытости миру, 4) от научно-технической эпохи, чье преобразующее действие мы испытываем на себе [там же, с. 53].

О.Шпенглер, со своей стороны, строит типологию культур, зиждущуюся на явно кватерниорном каркасе [380, c. 189-200]. Хотя критики подозревают Шпенглера в несколько вольном обращении с историческим материалом, его логика характерна. В таблице "одновременных" духовных эпох фигурируют индийская, античная, арабская и западная культуры. В таблице "одновременных" политических эпох – культуры древнеегипетская, античная, китайская и западная. Основных хронологических этапов также четыре: Шпенглер оперирует терминами "весна, лето, осень, зима". Как обычно, не выясняем, прав Шпенглер или неправ, но поскольку его концепция сформулирована и привлекла общественное внимание – она существует как культурный факт, и нас интересует структура этого факта.

Рассматриваемые логико-числовые закономерности, в частности четверичность, во многом подобны вышеупомянутым грамматическим закономерностям. Те и другие организуют концептуальную модель изнутри, обеспечивают согласованность и непротиворечивость составных частей, в связи с чем можно говорить о ее внутренней грамматике. Р.Якобсон подчеркивал "необходимую, принудительную роль, принадлежащую в речи грамматическим значениям и служащую их характерной отличительной чертой" [401, c. 464], то же можно сказать о логико-числовых значениях. При этом, однако, не требует доказательств, что грамматически, т.е. внутренне-логически, правильным может быть и содержательно ложный или совершенно фантастический текст. Поэтому в данных рамках мы не ставим вопрос об эпистемологической адекватности моделей. Положение радикально меняется, когда изучается реальность заведомо антропогенного происхождения, за которую ответствен образованный актор – примерам чего служили, в частности, политические системы Новейшего времени. Элементарная логика становится в этом случае руководством к действию, и формирующаяся реальность волей-неволей выстраивается в соответствии с нею, о чем уже говорилось в разделе 1.4.2. Но это особенный случай, а вообще говоря, ничто не препятствует применению логики и к "сомнительным" или к явно выдуманным предметам. Воспользуемся следующей иллюстрацией.

Теософы, рассуждая о легендарных атлантах, утверждают не только то, что нам предшествовала совершенно отличная порода людей (трех – четырехметрового роста, обладавшая "третьим глазом" и паранормальными способностями), но и то, что она делилась на следующие основные расы: желтую, черную, красную и коричневую [219]. Такая точка зрения, заметим, транслируется в многотиражных масс-медиа, оказывая воздействие на общественное сознание.

В Древнем Египте при бальзамировании умершего его внутренние органы складывали в четыре кувшина. Каждый кувшин был посвящен одному из четырех гениев египетского подземного мира, связан с одной из кардинальных точек и имел форму божества, которому посвящен [109, c. 165].(3) В храме Абу Симбел стояли изображения четырех главных богов, один из которых – бог загробного царства (три первых освещались солнцем в дни весеннего и осеннего солнцестояний, последний же всегда оставался во тьме).

После "экзотических" примеров тетрарных моделей, касающихся общественной жизни, было бы несправедливо обойти молчанием общепринятое представление. Реймон Фёрс: "Все действия людей имеют экономический аспект, социальный аспект, культурный аспект и, конечно же, аспект политический" (цит. по: [62, c. 9]; курсив мой – А.С.). Деление общественной реальности на четыре названных сферы, наличие самостоятельных наук о каждой из них – факт общеизвестный.

Традиционная с конца ХVIII и весь ХIХ в. тройка высших человеческих ценностей "истина – добро – красота" в ХХ веке дополняется до четверки. По крайней мере, по мнению Питирима Сорокина, высказанному в "Социальной и культурной динамике", существуют следующие разновидности: 1) ценности, происходящие в результате когнитивной деятельности (Истина), 2) ценности эстетического удовлетворения (Красота), 3) ценности социальной адаптации и морали (Добро) и, наконец, 4) ценности, конституирующие все остальные в единое социальное целое (Польза). "Любую социально значимую человеческую активность можно объяснить посредством этих четырех поистине универсальных категорий" [305, c. 21].

Аристотель называл четыре основные причины действительности: материя, пассивная возможность становления; активная форма, которую приобретает материя; действующая и целевая причины, которые связаны с формой. Буддизм формулирует учение о "четырех благородных истинах": существуют страдание, его причины, состояние освобождения, путь к нему. Будда переживает Четыре Чрезвычайных Прозрения, которые предопределили его решение оставить семью, роскошную жизнь во дворце и стимулировали поиск просветления: старый человек с выпавшими зубами, седыми волосами, согбенным телом (дряхлость); человек, лежащий у дороги, мучимый неизлечимым недугом (болезнь); труп (смерть); монах с бритой головой, одетый в оранжевую накидку (духовный поиск).

На существенности четверичного модуля в естественнонаучных, общественно-исторических, шире: культурных, – моделях настаивает в своих работах А.Е.Чучин-Русов. При этом он упоминает буддизм, приводит мнение пифагорейцев и неопифагорейцев, что четверица – "изначальное, всему предшествующее число, корень всех вещей, источник Природы и наиболее совершенное из чисел", ссылается на А.Ф.Лосева, К.Юнга, М.Хайдеггера [375, c. 108]. В своей ведущей роли четверица постепенно вытесняет троицу [там же].

Уже в Новое время европейцы разделили Мировой океан на четыре составных компонента, сообразно четырем странам света: океаны Атлантический ("западный"), Тихий ("восточный"), Индийский ("южный"), Северный Ледовитый ("северный"). Излишне напоминать, что подобное географическое деление единого водного зеркала представляет собой чистую условность, наглядное выражение именно культурной матрицы.

Мы не ставили себе целью перечислить в настоящем разделе все разновидности научных, социально-политических, культурных тетрад, да это и невозможно. Однако о механизме их работы, а также о логике, которая за ними стоит, читатель, надеюсь, сложил определенное мнение. После чисел 3 и 4 пора обратиться к другим формообразующим представлениям.


Примечания

1 Так, Зенон из Элеи рассматривал в апории "Стрела" каждую очередную половину ее пути как "пройденную", "законченную".

2 В Японии ей соответствовали парии – "эта" (букв.: "переполненные грязью"), которые занимались убоем скота, выделкой кожи, изготовлением обуви и доспехов.

3 Кувшин с человеческой головой (юг) содержал желудок и большие кишки, с головой собаки (север) – тонкие кишки, шакала (восток) – легкие и сердце, сокола (запад) – печень и желчный пузырь.










Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.