Онлайн библиотека PLAM.RU




ИВАН САРАТОВ, кандидат технических наук

О ПОЛЕ, ПОЛЕ...

Как много в этом звуке

Кто из нас не помнит слова поэта:

Москва! Как много в этом звуке
Для сердца русского слилось...

Разумеется, наивно было бы утверждать, что волнует нас непосредственно звучание самого слова. Москва — это воссоздание русского государства, Минин и Пожарский, крушение Наполеона, пророческий разгром немецко-фашистских полчищ. Москва — это символ нашей Родины. Но ведь у каждого из нас есть свой заветный уголок Родины — место, где мы родились, и нередко оно напоминает нам о былом историческом деянии или известной народной сказке. Бывает же и так, что мы будто становимся в тупик, не в силах расшифровать значение хорошо известного слова. Например, та же Москва. Почему «Москва» именно? Кто впервые произнес это слово? Что, что за ним? Или, скажем, Харьков.

Существует много версий, объясняющих происхождение названия города.

Первую такую гипотезу высказал Дмитрий Григорьевич Гумилевский, более известный просвещенному читателю под именем Филарета. Профессор Московской духовной академии, автор шестикратно переиздаваемой «Истории русской церкви», Филарет с 1848 по 1859 год возглавлял Харьковскую епархию. В этот период он и издал фундаментальную работу по истории городов и сел Харьковской губернии, где связал наименование Харькова с одной из рек, подарившей городу свое имя. Как известно, строительство города-крепости Харьков велось в 1654—1658 годах.

Но еще в «Книге Большому Чертежу» (1627 год) Упоминается, что «...Лопин пала в Харькову, а Харькова пала в Уды»... И далее: «А выше Донецкого городища, с правой стороны, впала в Уды речка Харькова, от городища с версту»... Приведя ссылки из «Книги Большому Чертежу», Филарет писал: «Отселе понятно, что город Харьков получил название от реки Харьков, как город Олешня от р. Олешки, город Лебедин по озеру Лебедину...» Сегодня эта версия считается официальной, о чем говорится в экспозиции и путеводителе по Харьковскому историческому музею. Но гипотеза Филарета не единственная.

Еще три гипотезы

Харьков возник на месте старинного городища. Городище это в свое время даже измеряли. А дело было так.

Одним из первых городов, построенных южнее «Белгородской черты», был Чугуев. Основавший его гетман Остряница прожил в нем недолго. Вскоре он был убит, форпост на русской границе опустел. Московское правительство срочно выслало в Чугуев воеводу с группой служилых людей. В обязанности воеводы входило не только укрепление своего города, но и поиск мест для строительства будущих крепостей. Точно выполняя инструкции, чугуевский воевода Григорий Спешнев частенько выезжал для осмотра своей округи и во время одной из таких разведок точно измерил и описал Харьковское городище, тогда совершенно запустевшее. Но чье же?

Татаро-монголы на русской земле городов не строили, и в 1877 году профессор II. Я. Аристов высказал гипотезу, будто городище это — остатки древнего половецкого города Шаруканя, а искаженный корень «шарук» и лег в основу самого слова «Харьков».

В X—XI веках воинственные племена кипчаков — куманов, которых наши предки называли половцами, заполонили южнорусские степи. В русской истории Шарукань, находившийся где-то в верховьях Донца, помнят благодаря Владимиру Мономаху. Летописи рассказывают, что в 1111 году жители Шаруканя без боя сдали город русским дружинам, выйдя навстречу Мономаху с рыбой и вином. Но дает ли этот факт основание предполагать, что жили здесь христиане? Еще раз летопись упоминает Шарукань, описывая поход князя Ярополка в 1116 году. Дальнейшая судьба Шаруканя неизвестна. Может быть, оттого, что наименования половецких городов, по мнению

Н. Я. Аристова, были связаны с именами ханов, стоявших у власти; умирал один хан или власть переходила к другому, и название города менялось. Так и Шарукань в разные времена, вероятно, носил названия разные. Сначала летопись называла его Осеневым, по имени хана Асана или Осеня, сдавшегося в плен Мономаху. В 1082 году власть перешла к Шаруку, тоже едва не попавшему в русский плен в 1107 году. Позже город стал называться Чешуевым — наверно, по имени хана, ставшего предводителем половцев после смерти Шарука.

Больше русские летописи о Шарукане не упоминают. Но в летописном описании Игорева похода 1185 года на берегу реки Уды появляется город Донец, которого во времена Мономаха не было. Это дало основание многим ученым считать, что город Донец возник на месте старого Шаруканя.

Аристов прочел летопись совсем иначе. Он установил, что русские дружины, «поидоша съ Донови ко граду Шаруканю», взяли его. (Река Уды в летописях называлась Доном или Донцом. Современный Северский Донец в те времена назывался Великим Доном.) Историк решил, что Шарукань находился не на берегу Уды, а на некотором расстоянии от реки, и отождествил это место с месторасположением Харькова. Так ли это — сказать трудно. Кроме гипотезы, никаких документальных доказательств нет. А гипотез о месторасположении Шаруканя было предостаточно.

Иначе мыслил автор знаменитой яфетической теории академик Николай Яковлевич Марр. Он считал, что корень «ХАР» (так же как «САР», «КОС» и «КАЗ») не что иное, как этноним хазар. Этноним — это наименование племени или народности. Отсюда Харьков (как Казань, Кострома и Саратов) — древний хазарский город. Много веков хазарский каганат (пока верхушке удавалось удерживать в повиновении населявшие территорию этого более чем странного государства-призрака тюркские, славянские и другие племена) грабил окрестные народы. Но при Вещем Олеге перестают платить дань северяне и радимичи — славянские племена, заселявшие верхнее левобережье Днепра. Затем — вятичи. Окончательно покончил с врагами Святослав Игоревич. После его похода хазарский каганат рассыпался, паразитическая верхушка, состоящая из чиновников и торговцев, сбежала (кому удалось), и если б не... впрочем, история хазарского каганата в известной мере более чем поучительна.

Парадоксально, но факт, более чем тысячу лет назад Святослав стал подлинным освободителем подъяремного хазарского люда от их фальшиво-лицемерного «царя» и его ростовщически-жадных сатрапов.

Простые тюрки от его набега не пострадали: они просто не принимали никакого участия в военных действиях. Люди продолжали жить как и жили, говоря, конечно же, на языке своих отцов и дедов. Так, может, «Харьков» — тюркское слово? «ХАР» обозначает снег или лед, а «КОВ» может быть объяснена как узкое речище, берег или речка. В целом название Харьков, по мнению И. В. Муромцева, автора еще одной гипотезы, обозначает «холодная речка». В подтверждение своей правоты ученый приводит названия и других ближних рек и ручьев: Студенок и Ледяной Яр.

Эти три гипотезы — не единственные. Есть и еще. Ко не пора ли автору перестать заниматься пересказом, а сказать то, что вроде б еще не говорилось?..

А что именно?

Исследования, проведенные автором, обнаружили факты, плохо укладывающиеся в здания существующих гипотез. И фактов таких немало. Вот некоторые из них.

1. Оказывается, существует немало населенных пунктов и рек, названия которых содержат корень «харк» или «харьк». Половина населенных пунктов с корнем «харк» называются Харьковцы, другие носят название Харьков, Харьковка, Харьковское, Харькивщина. Кроме них, имеются и другие населенные пункты, чьи имена очень близки к корню «харк».

2. Некоторые из этих населенных пунктов и рек нанесены на старинную карту Боплана. Карта увидела свет задолго до появления Харькова. И хотя на ней все названия с корнем «харк», переданные латинскими буквами, пишутся через букву «К», на последующих изданиях мы видим уже букву «X».

3. Все населенные пункты с корнем «харк» расположены в пределах Украины вблизи юго-восточной границы известных нам древних славянских поселений.

4. В современной Югославии на границе Хорватии и Сербии расположен город Хртковцы (не напоминает ли украинское Харьковцы?), а на границе Хорватии и Венгрии — Харкани.

5. Далее. Только один из всех населенных пунктов с корнем «ХАРК» стоит на реке Харьков. Это сам город Харьков. Остальные размещаются на реках Удай, Лохвица, Альта и др. Более того, и Харьков-то приблизился к одноименной реке только тогда, когда разросся за пределы начальной крепости. А крепость была построена на обрывистом берегу реки Лопань (на месте древнего городища), которое хотя и отстояло довольно далеко от реки Харьков, однако носило почему-то название Харьковского, а не Лопанского.

6. И еще о хазарах. На Руси они известны были под именем «козар». Например, древние летописи, описывая события 859 и 1117 годов, рассказывают нам: «...козари имаху дань на полянех и на северянех... или: «...придоша беловежци, си есть козаре, в русь...» и т. д. И в XX веке сохранились их многочисленные следы в виде названий населенных пунктов: Козарка, Казариновка, Козары, Козарская и др. Все эти названия сегодня звучат и пишутся, как и в древних летописях, с четким указанием первой буквы «К».

А теперь давайте-ка поразмыслим. Отчего столь локально расположены все эти поселения? А если Харьков получил свое имя от реки, так почему возникли Харьковцы на Удае или Лохвице? Если Харьков — от хазар, тогда почему тысячу лет сохранялось «КОЗАРЫ»? И т, д. Пусть и читатель сам потрудится над выводами. Но что, если... впрочем, здесь пора уже честно сознаться, что есть и еще одна гипотеза.

Гипотеза автора

А что, если слово «Харьков» напоминает нам об одном из восточнославянских племен, живших в те далекие времена на юго-востоке Европы? За обычай носить темную одежду соседи называли их «черными». Возможно, это были потомки киммерийцев, которых, кстати, финикийцы называли темными, а может, мелакхлены — «черноризцы», то есть люди в черной одежде. Последние были знакомы грекам еще с VI века до н. э. Затем в V веке до н. э. о них пишет Геродот, помещая их между Сеймом и Доном, к северу от царских скифов, но оговаривая, что это не скифское племя.

В III веке до н. э. племена, «носящие черную одежду», известны под именем савдараты. Известны они и в I веке к. э.: писатель Дион Хрисостом, посетивший в то время Ольвию, рассказывает, что ольвийские жители носили черные плащи на манер одного из соседних туземных племен. Исследования показали, что память об их древнем местожительстве и поныне живет во многих названиях на всем пространстве Юго-Восточной Европы от верховий Днепра до Кубани.

В названиях более чем 250 рек, ручьев и балок, расположенных только в верховьях Днепра и в бассейне Дона, можно обнаружить корни «ЧЕРН», «КАР» или «ХАР». Невольно вспоминается князь Черный — легендарный основатель города Чернигова. Заставляет задуматься частое повторение определения «черный» во многих географических названиях юго-востока Европы: реки Черная Калитва, Черный Жеребец, Черная протока Кубани, Черные горы — передовая северная возвышенность Кавказских гор, Черные земли — территория, расположенная на юго-западе Прикаспийской низменности, Русское, или Черное, море, Тмутаракань, Боспор Киммерийский (у финикийцев Камар — темный, черный).

Отсюда предположения автора.

Название «ХОРВАТЫ», возможно, обозначает «черные славяне», где «ХОР» — это темный (русское «карий» или тюркские «кара» или «хара»), а «ВАТ», подобно вятичам, — производное от венетов или антов, древнейших названий славянских племен. Вспомним, что в древних источниках неоднократно упоминаются «черные болгары» и «черные хазары», жившие на юго-востоке Европы. Не исключено, что «черные славяне», «черные болгары» и «черные хазары» — названия одних и тех же племен, отождествляемых древними авторами в различные времена с теми народами, которые были известны им лучше.

Существование хорватских племен на юго-востоке Европы во II—IV веках нашей эры (то есть задолго до заселения ими территории современной Хорватии) подтверждается и теми фактами, что у сармат употреблялись личные имена ХОРВАТ и АНТ, очевидно, характеризовавшие каких-то лиц- по этническому признаку. Птолемей в низовьях Дона и Донца поместил народ саргатии, имя которого не что иное, как искаженное имя ХОРВАТ.

Название легендарной Артании — земли артов, крупного объединения славянских племен, существовавшего еще до Киевской Руси на юго-Востоке Европы, также связано с именем «черных славян», только с его какой-то видоизмененной формой: хорваты — харты или арты, харки или арки. Возможно, что такое построение аналогично существующим сегодня формам: жители полесья — полещуки, северские славяне — севрюки. И хотя последние названия возникли значительно позже, это не исключает возможности возникновения подобных названий и в более ранние времена. В доказательство возможности такого предположения можно привести сохранившиеся с древних времен названия югославянских селений Хртица и Хрваце или названия неизвестных нам иирков и герков.

В XII веке прекрасный поэт Низами, воспользовавшись древними источниками, писал, что русы в Закавказье приходили «из страны алан и герков».

Кто это герки? Может, потомки иирков, о которых упоминал еще Геродот, описывая скифский мир во времена завоеваний Дария? А может, харки — герки — иирки — одно из племен юго-восточных славян, живших на всем пространстве от Волги до Кубани и Днепра?

Сегодня известно, что аланы жили на Северном Кавказе и в верховьях Северского Донца и Дона. Многочисленные памятники алан разысканы вблизи Харькова в районе Верхнего Салтова, откуда весь археологический комплекс подобных памятников получил название Салтовской культуры.

Русы жили в среднем Поднепровье. По свидетельству древнерусских летописей, Русью называлась область, где жили поляне, «еще ныне зовомая Русь».

А где жили герки? Пожалуй, герки (или харки) жили где-то в непосредственной близости от русов и алан. Топонимика подтверждает это: город Харьков, река Харьков и балка Харьков в Харьковской области, селения Харькивка, Харивка, Харькивщина и река Хоркалуж на Сумщине, Харькове в Черниговской области, река Харьковка под Оршею, три села Харьковцы в Полтавской области, остров Хортица, две балки Средняя и Нижняя Хортица и курган Караватка в Запорожской области, Харьков под древним Переяславлем (позже — это селение Каратуль), Харьковцы на реке Альте, река Хорватка в районе Васильковка Киевской области, поселение Хорив на горе Хоривице, Харьковцы в Черкасской области, Харьковцы в Хмельницкой и другие.

Эти названия — следы наших предков. И то, что почти все они расположены в землях полян, радимичей и северян, можно легко объяснить. Племена, жившие на юго-востоке Европы, первыми ощущали удары орд, двигавшихся из глубин Центральной Азии. Сражаться приходилось почти непрерывно: не успевали отразить одну орду, как азиатский вулкан извергал все новые и новые волны пришельцев. И так на протяжении сотен лет. Под давлением пришлых орд коренные жители этого края были вынуждены оставлять свои родные земли. Одни племена переселялись на запад, в бассейн Дуная; другие — на северо-запад и север, в бассейны Днепра и Оки. Память об этих переселениях уже много веков спустя докатилась к древнему летописцу, который писал: «...по мнозех же времянех сели суть словени по дунаеви где есть ныне угорьска земля и болгарьска. Ото тех словен разидошася по земле и прозвашася имены своими где оседше на котором месте... а се ти же словени хровате белии и сереб и хорутане...» Да, славянские племена заселили Подунавье во второй половине I тысячелетия н. э. Откуда ж они пришли к Дунаю, древний летописец не помнит и потому не пишет. Но отголоски древнейших событий сохранил сам народ. К нам дошли древние песни русского народа, рассказывающие о сказочном мире древних богатырей. И хотя мир богатырей сказочный, в нем, как в зеркале, отразились исторические события древнейших времен, поразившие народную память и воображение.

Примечательна в этом смысле былинная песня о богатыре Дунае сыне Ивановиче, имя которого носит река Дунай. В этой песне можно выделить три характерных интересующих нас момента. Это то, что Дунай непохож на других богатырей и в Киев пришел из других краев, где

Служил Дунай во семи ордах,
Во семи ордах, семи Королям...

Несмотря на это, Дунай именно русский богатырь, что подчеркивается в песне его отчеством «сын Иванович», которое всегда указывает русское происхождение фольклорных героев. (Сравните: Илья Муромец сын Иванович, Иван Царевич и др.)

Окончил жизнь богатырь в водах реки, имя которой и сохраняет память о нем, о богатыре Дунае:

...Потому быстра река Дунай слывет;
Своим устьем впала в сине море.

Возможно, что корни легенды о братьях Радиме и Вятко тоже связаны с переселением жителей Артании и вятичи заселили верховья Днепра и Оку не с запада, а подымаясь вверх по Донцу и Дону? И неспроста легендарный Илья Муромец сын Иванович, крестьянский сын из села Карачарова близ города Мурома, идет через «Вятические леса», мимо черниговского города Карачева на юг, к «колыбели русской народности» в стольный Киев-град. Обратите внимание, Илья Муромец идет не на запад к земле ляшской, откуда будто бы пришел его предок Вятко, а на юг. И здесь, на юге, обнаруживаются у Ильи Муромца загадочные родовые связи со Збутом Борисом Королевичем из семьи или рода Короля Задонского. Это слова из песни об Илье Муромце. А вот сведения совсем другого характера, но по сути своей очень близкие к тем, что мы нашли в былинной песне об Илье Муромце:

1. В реку Харьков впадает река Муром, в верховье которой стоит селение Муром. 2. Старейший русский город Муром расположен в мордовской земле, где славянские поселения появились еще до Киевской Руси. 3. Харьковскую область пересекал когда-то Муравский шлях, древнейший путь на европейской части нашей страны. 4. Украинский язык сохранил слово МУР, что означает каменная крепостная стена. 5. Город, обнесенный каменной крепостной стеной, существовал вблизи Харькова (Верхний Салтов) еще задолго до Киевской Руси. Уж не в этих ли краях и располагалось «Задонское Королевство»?

Славяне в Прикавказье?

Уходя из родных мест, часть «черных славян» селилась среди родственных славянских племен, образуя новые поселения, которые в отличие от местного населения стали называться «черными». И неудивительно, что за пределами земли полян и северян, то есть в самой Артании, таких названий нет, так как там все поселения были «артанскими». Такую же картину можно наблюдать сегодня и в Югославии. Вдоль всей хорватской границы разбросаны «хорватские» названия городов и сел: Хорватини у Триеста; река Керка и город Харкани в Венгрии; Хртковцы в Сербии; Хртица в Косове; Хрвачаны, Хрватско Село, Хрватски Влагай на границе с Боснией; Хрваце на границе с Герцеговиной. В центре Хорватии таких названий мы не встречаем.

Связь современных хорват со своими юго-восточными предками можно проследить по следующей цепочке, каждое звено которой в той или иной степени доказуемо: хорваты — сербы, сербы — северяне.

Центром северской земли был Чернигов, основанный князем Черным. Но именно черниговские князья (а не киевские) рассматривали Тмутаракань как свою «отчину». Что-то нам неизвестное давало им основание родниться с землями на берегах Кубани, Азовского и Черного морей.

Ариаднина нить таких построений привела нас к берегам Азовского моря — древней Меотиды, где размещался третий славянский центр — Артания. Нет, не случайно «оселедец» украинских казаков носил князь Святослав, а еще ранее так стригли головы праболгарские владыки, обитавшие на берегах Дона и Кубани, их и называли «князья с остриженными головами».

Не случайно и одно из названий южных болгар было «Венентр».

О существовании юго-восточного славянского центра упоминается в самых различных источниках: страна Артания, русская церковь по уставу Льва Философа, христиане Шаруканя и Хазарии, бродники в южных степях, нити, связывающие Чернигов с Тмутараканью, и многое другое.

И — кто знает — возможно, автор «Слова о полку Игореве» в своих строках: «...Див кличет по верху дерева, велит прислушаться землям незнаемым: Волге и Поморью и Посулью и Сурожу и Корсуню и тебе Тмутараканский хан...» — обращается не к враждебным землям, а к землям, утерянным славянами под давлением кочевников: от берегов Волги до Черноморья, от Сулы до побережья Крыма и Тамани. «Дикое поле» — столетия звал наш народ эти земли. Уж не к нему ли обращался пушкинский Руслан, говоря: «О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями?» Склоним же перед ними голову — это не только прах завистников земли древнерусской, это могилы отцов, без которых не было бы нас с вами, читатель...



В. СКУРЛАТОВ, кандидат исторических наук

СЛЕД СВЕТОНОСНЫХ

Люди не стремятся оригинальничать, когда дают вещам имена. Они или приспосабливают для названия новоувиденного старый корень, или заимствуют в свой язык то слово, которым новоувиденное обозначается в языке другого народа.

Как показал в 1950—1952 годах основоположник глоттохронологии М. Свадеш, любой народ неизбежно обновляет за каждое тысячелетие около 19,5 процента корневых слов своего языка. Корневых слов не так уж много, и они на протяжении тысячелетий рассеялись по всем континентам. К примеру, можно насчитать десяток-другой корневых слов, почти одинаково звучащих в русском языке и в языках австралийских аборигенов или бушменов Южной Африки. В древности праславянскими корневыми словами пользовались, видимо, многие народы. Вавилоняне дорогу называли «дарагу», шумерское слово «уруду» (медь) сближается чешским ученым Б. Грозным со славянским корнем «руда» и т. д.

Планета наша не столь уж велика, а народы не всегда сидят на одном месте. Так, в начале нашей эры готы переселились с балтийских берегов в причерноморские степи и отсюда доходили чуть ли не до Индии. Легенды осетин повествуют о походах в Скандинавию, о набегах нартов на Ближний Восток и в Африку. Древние славяне (в частности, русы и хорваты) с незапамятных пор играли активную роль в судьбах Европы, Центральной и Передней Азии.

Историки допускают, что в конце II — начале I тысячелетия до н. э. киммерийско-славянские отряды через Фракию и Босфор вторгались в Малую Азию, а из Русского Поля просачивались через Дарьяльское ущелье в Закавказье. В конце концов во главе Урарту, унаследовавшего славу индоевропейского хуррито-митаннийского государства II тысячелетия до н. э., становится царь Руса I (конец VIII века до н. э.). Вблизи теплых источников к югу от Главного Кавказского хребта основывается опорный пункт Теплице, впоследствии Тифлис (ныне Тбилиси). Славяне воздвигают в Мингрелии цитадель, получившую название Горди (от «город», «град»), а в малоазиатской Фригии строят крепость Гордион. Отмечается также, что имя фрако-фригийского бога Сабадиоса (Освободитель) выводимо из исконно славянского корневого слова «свобода». Даже в Библии, в ветхозаветной книге пророка Иезекииля, осталась память о могучем северном народе Рос (Рош), одно только имя которого внушало ужас семитам.

Кстати, название Артании, одного из трех до-киевских славянских царств (наряду с Куявией и Славней), напоминает названия славных урартов (уруатри) и более ранних хурритов-митанни. Некоторые ключевые слова урартского языка совпадают или близки с соответствующими словами русского и сербскохорватского языков. Например, местоимение «я» на урартском звучит почти так же, как по-русски. Имена же царей митанни, производные от сугубо индоевропейского, арийского корня «рта» (порядок развертывания времени в бытие; закон, управляющий судьбой вселенной), тоже, наверное, имеют какое-то отношение к Артании. Например, известен митаннийский царь Артатама I, который правил приблизительно в 1460— 1440 годах до н. э. и выдал свою дочь замуж за египетского фараона Тутмоса IV — дедушку того знаменитого фараона-еретика Эхнатона, что был мужем Нефертити. Тысячелетие спустя царские имена, начинающиеся на «арта», были распространены на Среднем Востоке — ахеменидские Артаксерксы в Персии, армянские Арташесы, Артавазды и т. д.

И русы, и другие славянские племена обладают таким же историческим достоинством, как индоиранцы, германцы, тюрки и прочие народы, и имеют за своими плечами, конечно, не десять-пятнадцать веков исторического бытия, а несколько тысячелетий минимум. Они неминуемо должны были оставить свои следы во многих районах Евразии и сопредельных регионов. Насколько же обоснованна в этой связи гипотеза о хорватах как древних насельниках Харьковщины, давших Харькову его имя? Попробуем проследить пути хорватского племени сквозь времена и пространства.

Известно, что между 625 и 629 годами византийский император Ираклий, стремясь ослабить натиск авар, пригласил часть сербов с Эльбы и часть хорватов из Галиции поселиться на Балканах. Известно также, что к северным Карпатам в Галицию хорваты пришли в начале славянской экспансии на запад, то есть лет за сто-двести до переселения в Иллирию.

В малоизвестной «Влесовой книге», являющейся, как предполагают, памятником языческой Руси, об этом событии говорится следующее:

«се бо оре отец иде пренд ны а кие венде за рушь и щек венде племы све а хорив хорвы све а и земь бо граденц на то а якве се мы внушате бгве одейде хорив и щек одо ине а сехом до карпансьте горя и тамо бяхом ини граде творяеам ину имяхом соплеме-ны иняи богентсве имяхом велк».

В переводе это звучит приблизительно так: «и вот Орь отец идет перед нами, а Кий ведет за Русь, и Щек ведет племена свои, а Хорив хорвов своих... (далее непонятно)... поскольку мы внучата богов; отошли Хорев и Щек от остальных и сели до Карпатских гор и там иные города создали, иных имели соплеменников, иное имели великое богатство».

Иными словами, согласно «Влесовой книге» Кий, Щек и Хорив не три родных брата, а вожди братских племен: русов, чехов, хорватов. Если русы перед началом расселения обитали в районе Киева где-то неподалеку от реки Рось, то вполне возможно, что их соседи, хорваты, частично осели где-то неподалеку от реки Харьковы.

Что касается первичного смысла слова «хорват», то едва ли оно означает лишь «карие (черные) ваты (венеты, анты)». Напомним, что Хорив привел к Карпатам племя, известное позднее византийскому историку, императору Константину Багрянородному (X век) под именем «белых хорватов». Существуют и другие гипотезы о происхождении имени «хорват». Птолемей в своей «Географии» (II век) помещал народ «сербой» (сербов) в степях между северо-восточными предгорьями Кавказа и Волгой. Польский славист К. Мошиньский производит имя «серб» от индоевропейского корня «серв» (страж, пастух). Быть может, позднее ираноязычные сарматы перевели это слово на свой лад как «хавр» (страж) и стали, добавив суффикс «ат», называть хорватами тех сербов, что жили с ними бок о бок. В двух греческих надписях из Танаиса (Нижний Дон), относящихся к концу II века, ясно прочитываются имена «хороатос», «хороуатос». В обычаях, обрядах, формах жилищ, хозяйственной практике сербов и хорватов до сих пор сохранились реликты их пастушеского прошлого.

Славянские племена не просто соседствовали со степными ираноязычными скифами, сарматами и аланами, но иногда растворялись в них или почти сливались с ними. Так, по мнению Г. В. Вернадского, известное в античности воинственное племя роксоланов (во «Влесовой книге» — русколань) произошло в результате типичного куначеского союза-слияния, в котором участвовали, с одной стороны, некоторые кланы русов и ряд кланов алан — с другой. Иранские корни входили в славянскую речь, а славянские нередко фонетически « иранизировались». Превращение «серба» в «хорвата» вполне могло иметь место, и, как указал недавно польский ученый 3. Голяб, если древнеславянское слово начинается на «х», его с большой вероятностью можно считать словом ираноязычного происхождения.

Но является ли азово-каспийский регион прародиной хорватов, откуда часть их пришла на Харьковщину? К сожалению, многие до сих пор рассматривают древних славян исконными земледельцами и не допускают даже мысли, что какие-то славянские племена полтора-два тысячелетия назад продолжали жить первобытно-индоевропейской пастушеско-земледельческой жизнью в разных уголках степного пояса, простирающегося от нынешней Венгрии в глубь Центральной Азии. Между тем не только сербы и хорваты были пастухами, но, видимо, и русы. Отметим, что «Влесова книга» описывает древних русов как степной народ, водящий свой скот «от востока до Кариенстеа горе», и к V веку река Волга в ее степной части была известна западным географам как река Рос, «русская река».

Степь же широка, но легко и быстро проходима, как море на ладьях, а степняки очень непоседливы. Скажем, пришли европеоидные, но, вероятно, уже тюркоязычные «черные клобуки» из Приаралья на реку Рось, стали в силу каких-то, вероятно, давних своих связей с русами служить киевским князьям, но после татарского разгрома частично откочевали снова за Волгу, породив нынешних каракалпаков (черношапочников) на территории бывшего Хорезма, к югу от Аральского моря. Так, возможно, и хорваты. Судя по ряду археологических, антропологических и лингвистических соображений, пришли они в Приазовье, вероятно, из благодатного острова в море пустынь — из того же Хорезма. И древнее название Хорезма — «Хвар-зем» — означает на языке древнеиранской Авесты «земля Солнца».

Таким образом, название хорват производно, возможно, не от корня «хавр» (страж), а от другого ираноязычного корня «хвар» (солнце). По мнению П. Те-деско, слово «хорват» выводится из иранского «хварвант» (санскритское «сварвант») — «солнцеподобный», «солнценосный». Соответственно название русов, как предполагают некоторые ученые, связано с древнеиндоевропейским, арийским корневым словом, означающим «свет», «светоносный», «святой» («расхша» в Авесте, «рухс» в аланском языке). Напомним, что в исконно славянской религии обожествлялся именно свет, солнечный знак, круг — зигзаг времени.

А при очередном зигзаге истории старый смысл племенного имени не всегда увязывался с изменившимися обстоятельствами, переосмыслялся в духе той или иной народной этимологии». Например, по цвету волос или по одежде: русы — значит русые, хорваты — черноволосые, черношапочные и т. п. Вскрывая в имени пласт за пластом, как бы сходишь по ступеням истории к первоистокам.

В «Ассирийском царском списке» сообщается о «живших в шатрах» легендарных царях Хархару и Харцу, странствовавших в III тысячелетии до н. э. где-то, видимо, в евразийских степях. А в древнеперсидских надписях провинция Арахозия с центром в городе Кандагар (ныне в Афганистане) называлась Харахвати. Нет ли и здесь связи с хорватами?

Что ж, и готы в одну и ту же эпоху обитали и в Скандинавии, и на Балтике, и в Крыму, и на Кавказе, не говоря о готских королевствах Западной Европы, и, разумеется, поддерживали сношения друг с другом, Аланы в первой половине I тысячелетия рассеялись от Синьцзяна до Британских островов и Северной Африки. Если объективно (и без русофобской предвзятости) обобщить свидетельства древних источников и данные современной науки, то напрашивается вывод, что пятнадцать веков назад русы обосновались, видимо, и на Волге, и в Приазовье, и в Крыму, и на Днепре, и на Немане, и на Балтике, и даже, возможно, в Скандинавии, на берегах Северного моря, и в Центральной Азии. Хорватские кланы тоже наверняка не раз растекались по планете.

Древние славяне жили в таких же социально-экономических условиях, как и соседствовавшие с ними ираноязычные, германоязычные и тюркоязычные племена. Некоторые кланы и племена и славян, и иранцев, и германцев, и тюрок прибивались к побережьям, становясь викингами морей, другие предпочитали всаднический степной простор, третьи искали свою судьбу в хлебопашестве. Но вольнолюбивые непоседы рождались везде и разносили по белу свету не только свои корневые слова и имена, но и славу своего рода.










Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.