Онлайн библиотека PLAM.RU




  • Как Старостин заставил корейцев округлить глаза
  • Бесков от генерала до генералиссимуса
  • Сапожник как секретное оружие «Спартака»
  • Александр Хаджи

    АЛЕКСАНДР ХАДЖИ – экс – администратор и менеджер московского «Спартака» с 25–летним стажем. Работал в народной команде бок о бок и со Старостиным, и с Бесковым, и с Романцевым. Прославился как человек, который может достать «что угодно и где угодно».

    Как Старостин заставил корейцев округлить глаза

    Много лет мне довелось проработать рядом с Николаем Петровичем Старостиным, человеком, постоянно создававшим вокруг себя особое настроение.

    В середине 1980–х Николай Петрович где – то прочитал, что каждая ступенька, пройденная вверх или вниз, добавляет секунду жизни. Тогда это была довольно популярная теория. Поэтому он никогда не пользовался лифтом, всегда ходил пешком. Однажды в Ереване мы выходили из гостиницы, собираясь на игру. Стоим мы со спустившимся по лестнице Николаем Петровичем внизу, ждем, когда вся команда будет в сборе. Приезжает лифт с игроками и братом спартаковского патриарха – Андреем Петровичем Старостиным и на первом этаже застревает – двери не открываются.

    Стук оттуда сначала тихий, потом все громче, крики: «Помогите!» Николай Петрович подходит, спрашивает, что случилось. Ему изнутри отвечают:

    – Застряли, уже минут десять сидим.

    На что он мгновенно им выдает:

    – Ничего, посидите. Я двенадцать лет сидел!


    До самых последних лет Старостин следил за своим здоровьем и даже уже в преклонных летах занимался физкультурой. Комичный случай на этой почве случился, когда мы были в Корее в 1991 году. Корейцы часто подходили, спрашивали про команду, про игроков. Первым делом их интересовало, кто у нас президент. Вот, отвечаю всем, Николай Петрович Старостин. А сколько ему лет? Девяносто уже, отвечаю. И они к нему относились с величайшим почтением, можно даже сказать – с благоговением.

    Приехали мы как – то на стадион на игру. Идет разминка команды, телекамеры стоят, фотографы с аппаратурой. И вдруг вижу, все «косые» разом как по команде разворачиваются в одну сторону.

    У Николая Петровича была манера гулять вокруг поля перед игрой. Он сначала мерил длину, ширину, а потом просто прогуливался. И тут я вижу, что Николай Петрович, девяностолетний президент знаменитого клуба, высоко поднимая ноги, рвет двести метров по бровке. И не просто бежит, а еще и в поворот на скорости входит, угол режет. Корейцы просто в шоке были от этой сцены, у них всех глаза от изумления круглые стали. Такого от девяностолетнего президента клуба они никак ожидать не могли.

    Бесков от генерала до генералиссимуса

    С Бесковым у Старостина всегда были непростые отношения. В клубе в то время было сложно с автотранспортом. Имелись лишь две «Волги»: серая – у Бескова, черная – у Старостина. Однажды ехали мы с Николаем Петровичем в спартаковский манеж в Сокольниках на его машине. В районе Сокольнического парка Николай Петрович вдруг кричит водителю:

    – Ильин, стой!

    Тот – по тормозам:

    – Что случилось?!

    – Ты что, не видишь? Мы чуть генерала Бескова не обогнали!

    На Девятое мая Константин Иванович всегда приезжал на базу, надевал свой полковничий китель с орденами. Его в столовой поздравляли, дарили торт. В общем, устраивали праздник. И вот во время этой процедуры спускается в столовую игравший тогда в «Спартаке» Миша Месхи. Открывает, едва проснувшись, дверь и видит Бескова в кителе и орденах. Минутная пауза, и он со своим классически грузинским акцентом пораженно произносит:

    – Генералиссимус!

    Сапожник как секретное оружие «Спартака»

    В команде всегда важно вовремя снять напряжение. Самый главный специалист в «Спартаке» по этому вопросу – сапожник Слава Зинченко, наше секретное оружие. У игроков уже вошло в традицию спорить со Славой на деньги: сможет он отчебучить какой – нибудь номер или нет. Когда Аленичев уезжал в «Рому», они устроили такой трюк. Проводы справляли в итальянском ресторане у кинотеатра «Ударник» на канале. В середине вечера Аленичев говорит всем: «Пойдем». Все, кто был в ресторане, вываливаются на набережную и видят: из ресторана важно выходит Слава, обмахивается, будто ему жарко. Затем спокойно раздевается на берегу, прыгает в воду и плывет до фонтана на середине канала и обратно. А это выходной день, центр Москвы, кругом народ гуляет! Слава вылезает на берег, к нему подбегает хозяин ресторана с халатом и ведет в душ. Это был гвоздь вечера!


    Другой неподражаемый случай был в Бордо, когда мы проиграли в 1999 году в Лиге чемпионов. Настроение у всех было хуже некуда, надо было его как – то поднимать. Мы с доктором Васильковым пошли утром на площадь перед отелем и обнаружили там такую штуку: накладка из пластика в виде рельефной женской груди и торса до пупка, а все, что ниже пупка, скрыто передником. Очень реалистично выглядит, как будто на живую голую женщину надели обычный передник. Мы эту штуку тут же купили.

    Летим в самолете домой, команда после поражения вся грустная сидит. Зовем Славу Зинченко в отделение стюардесс, надеваем на него эту накладку. Девчонки – стюардессы его накрасили: губы, ресницы, брови, закатали брюки, дали ему поднос с шампанским, и он в таком виде выходит к команде. Выглядел неподражаемо.

    Первым в салоне сидел бразилец Робсон. Он как увидел, кто ему выпить предлагает, ошалел, ничего не поймет. Просто упал с кресла на колени и руками тянется к груди, не поймет, в чем дело. Все, кто за ним сидит, в хохоте заходятся. Даже командир экипажа выскочил посмотреть, что происходит у него на борту. Футболисты смеялись так, что самолет трясся.









    Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

    Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.