Онлайн библиотека PLAM.RU

Загрузка...



  • Владимир Гиль-Родионов и создание БСРН
  • Формирования БСРН и операция «Рейнхард»
  • «Дружина» на оккупированной территории СССР. Операции «Желтый слон», «Праздник урожая» и «Февраль»
  • Вторая глава. Формирования Боевого союза русских националистов

    Владимир Гиль-Родионов и создание БСРН

    Еще до того, как Хайнц Грейфе поставил точку в своем «Плане действий по политическому разложению в Советском Союзе», в одном из офицерских лагерей на территории Генерал-губернаторства — «Офлаге-68», расположенном в Сувалках — была организована так называемая «Национальная партия русского народа», позднее переименованная в Боевой союз русских националистов (БСРН)[103].

    В группу вошли те бывшие советские командиры, которые были предварительно отобраны комиссиями СД как лица, «заслуживающие доверия» и «представляющие интерес для контрразведывательной службы» (в соответствии с оперативным приказом Р. Гейдриха от 17 июля 1941 г. «Об отношении к советским военнопленным»). Эти лица размещались отдельно от основной массы военнопленных и переводились из ведения вермахта под начало представителей СД.

    В Сувалках начальником отделения СД для военнопленных служил штурмбаннфюрер Ханс Шиндовски, до войны — бургомистр Тильзита, хорошо знакомый с X. Грейфе еще по работе в Восточной Пруссии (последний и предоставил ему возможность перевестись в Службу безопасности)[104]. Шиндовски стал куратором «Национальной партии русского народа». Во главе «партии», первоначально состоявшей из 25 бывших советских командиров, встал подполковник Владимир Владимирович Гиль (псевдоним — «Родионов»).

    Владимир Гиль родился 11 июня 1906 г. в деревне Дороганово Бобруйского уезда Могилевской губернии (сейчас Осиповичский район)[105]. В 1923 г. он окончил 9 классов школы, а в октябре 1926 г. вступил в ряды РККА. После окончания Борисоглебско-Ленинградской кавалерийской школы Гиль был назначен командиром взвода в 32-м Белоглинском кавполку. В 1931 г. вступил в ВКП(б). С 1934 г. Гиль командовал эскадроном, в апреле 1935 г. стал помощником начальника штаба 33-го Ставропольского кавполка. Перед войной получил звание подполковника, с отличием окончил Военную академию им. М.В. Фрунзе, после чего служил на должностях начальника 5-й части штаба 12-й кавдивизии, начальника штаба 8-й моторизированной бригады, начальника оперативного отдела штаба 12-го механизированного корпуса. Войну подполковник Гиль встретит начальником штаба 229-й стрелковой дивизии. Он попал в плен на Витебщине в районе Сенно-Толочин, будучи раненым в бою[106]. Вскоре Гиль стал русским комендантом лагеря для советских военнопленных в Сувалках.

    Вот как описывает Гиля близко знавший его Л.А. Самутин: «Гилю было тогда, вероятно, что-то от 36 до 40 лет, не более. Он был чуть выше среднего роста, шатен с серыми холодными глазами. Он редко смеялся, но и при смехе выражение его глаз не менялось, они оставались такими же холодными, как и обычно… Говорил он несколько странно — с каким-то акцентом, но правильно»[107]. К.Г. Кромиади характеризует руководителя БСРН следующим образом: «Гиль был видный мужчина, прекрасный строевой офицер, хорошо знающий свое дело… Но в то же время чувствовалось, что он хитрит, что эта широкая натура "рубахи парня" — показная сторона»[108].


    Пропагандист БСРН A.A. Самутин. Послевоенный снимок


    Известно, что среди самых первых соратников Гиля по БСРН были полковник Егоров, майор Калугин, капитаны Ивин и Блажевич. Довоенные биографии этих людей, казалось бы, не предполагали того, что они окажутся в стане врага: едва ли кто-то из них мог быть «обижен» на советскую власть[109]. Вместе с тем нет серьезных оснований полагать, что сам Гиль или кто-то из его приближенных «с самого начала» были советскими провокаторами, как после войны утверждали некоторые бывшие власовцы.

    Так, Михаил Васильевич Егоров родился в 1900 г. в Костромской губернии в крестьянской семье. Перед революцией он приехал в Петроград на заработки. В 1919 г. Егорова мобилизовали в РККА рядовым красноармейцем. После окончания Гражданской войны он остался в кадрах Красной армии и с конца 1920-х гг. проходил службу преимущественно на хозяйственных должностях, сделав сравнительно неплохую карьеру. Войну майор Егоров встретил начальником тылового отдела штаба 3-го механизированного корпуса 11-й армии, которая дислоцировалась в Прибалтике. Уже 26 июня управление корпусом оказалось в окружении, а 18 июля Егоров был взят в плен[110].

    Михаил Александрович Калугин родился в 1894 г. в Шавельском уезде Ковенской губернии. Окончил реальное училище, участвовал в Первой мировой войне. После революции Михаил поступил на службу в Красную армию, подавлял антибольшевистские выступления в Московской и Смоленской губерниях, воевал на Южном и Западном фронтах. В 1922 г. Калугин был уволен в запас, однако во время Советско-финляндской войны вернулся в армейский строй, и в сентябре 1940 г. был назначен командиром роты стрелкового полка. Великую Отечественную войну Калугин встретил в составе 760-го мотострелкового полка 208-й моторизованной дивизии. 1 июля 1941 г. после разгрома соединения он был взят в плен под Минском[111].

    Настоящей «находкой» для БСРН стала фигура бывшего генерал-майора РККА Павла Васильевича Богданова. Он родился в 1900 г. в Орле в семье рабочего, окончил 6-классное городское училище. В годы Гражданской войны участвовал в боевых действиях против петлюровских и деникинских частей, воевал на Польском фронте. В 1926 г. Богданов окончил курсы «Выстрел», после чего был назначен командиром батальона. В 1930-е гг. он служил на различных должностях в 20-й стрелковой дивизии Ленинградского военного округа, а войну встретил командиром 48-й стрелковой дивизии. 17 июля Богданов сдался в плен и был помещен в «Офлаг-68» в Сувалках. Уже в сентябре пленный советский генерал обратился к германскому командованию с предложением сформировать из военнопленных части для борьбы с Красной армией. В начале августа Богданов был прикомандирован к школе пропагандистов в Вульхайде. Он официально отказался от советского гражданства и воинского звания, что затем было отражено в листовках БСРН[112].


    Один из создателей БСРН М.А. Калугин (слева) вместе с генерал-майором РОА В.Ф. Малышкиным и генерал-лейтенантом РОА A.A. Власовым. Берлин, 1943 г.


    Разумеется, большинство присоединившихся впоследствии к Союзу и его вооруженным формированиям военнослужащих действительно в той или иной мере пострадали от советской власти. Например, у Л.А. Самутина (родился в 1915 г. в Вологодской губернии в крестьянской семье) был репрессирован отец, а сам он в 1930 г. стал очевидцем массовой гибели раскулаченных крестьян и казаков, депортированных во время коллективизации. Добавим, что Самутин не был кадровым командиром РККА: будучи преподавателем физики, он окончил курсы командиров запаса в Магнитогорске и в 1940 г. стал младшим лейтенантом запаса. Начало войны Самутин встретил на военных сборах в составе 238-го стрелкового полка 186-й стрелковой дивизии. 10 или 11 июля он был взят в плен западнее Витебска[113]. В коллаборационистских формированиях (в СС, а затем в Вооруженных силах Комитета освобождения народов России) Самутин служил в качестве пропагандиста до самого конца Второй мировой войны.

    Позднее к БСРН присоединялись и эмигранты — в основном из числа бывших соратников русских фашистских организаций.

    Формирования БСРН и операция «Рейнхард»

    В начале 1942 г., в соответствии с предписаниями оперативного штаба «Цеппелин», из организации Гиля была отобрана группа лиц, которых вначале направили в вербовочный лагерь под Бреслау, а затем — в месячную «ознакомительную поездку» по Германии[114]. Вскоре после возвращения группы Гиля в Сувалки в лагере произошли значительные изменения. Был облегчен режим, улучшено питание, а на территории 13-го блока был построен большой барак, внутри которого размещался зрительный зал со сценой и подсобными помещениями. Гиль привез с собой полный набор музыкальных инструментов для оркестра, среди пленных нашли бывших музыкантов и артистов, был организован ансамбль и театральная самодеятельность. Первый концерт был назначен на 20 апреля…

    Зал был набит битком, не поместившиеся толпились в открытых входах и выходах. Перед концертом и спектаклем была организована «торжественная часть». После официальных речей лагерного начальства во славу фюрера и германской армии слово было предоставлено Гилю. Он выступил с большой речью, в которой тоже произнес славословие в адрес Гитлера и Третьего рейха, затем рассказал о своей поездке в Германию и, наконец, о предоставлении русским «права принять участие в борьбе с жидо-большевизмом». Далее Гиль сообщил, что им создается военно-политическая организация под названием «Боевой союз русских националистов». После этого была объявлена программа Союза.

    Последняя включала в себя следующие тезисы: «Будущая Россия должна быть националистической, народам, населяющим Украину, Белоруссию, Прибалтику и Закавказье, предоставляется право на самоопределение и выделение в самостоятельные государства под протекторатом Великой Германии… У будущей России должен быть новый порядок, основанный по принципу нового порядка в Европе… Колхозы упраздняются, а вся земля, им принадлежащая, передается в частное пользование. В области торговли поощряется частная инициатива»[115].

    Наконец, Гиль предложил всем желающим присоединиться к организации и к ее боевым отрядам.

    Членами Союза могли быть только мужчины в возрасте от 18 лет всех национальностей, исключая евреев. В Союз формально не принимались бывшие сотрудники органов НКВД, политсостав РККА, бывшие ответственные работники партийно-советского аппарата. При вступлении в организацию заполнялся текст клятвенного обещания следующего содержания: «Я, вступая в Боевой союз русских националистов, обязуюсь честно и беспрекословно выполнять все поручения и обязанности, возлагаемые на меня Союзом. В случае измены с моей стороны Союзу, я подлежу уничтожению»[116].

    1 мая 1942 г. сто бывших военнопленных лагеря в Сувалках, вступивших в Боевой союз русских националистов, были официально освобождены и переодеты в новое чешское обмундирование. Военнослужащие были снабжены удостоверениями личности, на которых по-русски и по-немецки было напечатано, что «предъявитель этого "аусвайса", является военнослужащим Боевой Дружины Боевого союза русских националистов. Внизу стояла шикарная печать в виде всем известного немецкого орла со свернутой набок головой и паучьей свастикой внизу»[117].

    Это была первая сотня Союза (или военная группа Центра Боевого союза русских националистов). Бывших командиров РККА свели в один взвод, в котором в качестве рядовых состояли командиры со званиями от младших лейтенантов до подполковников. Среди них можно назвать подполковника В. Орлова, майоров А. Шепелева и П. Петрова, капитанов Д. Малиновского, И. Тимофеева и Нисова, старших лейтенантов С. Точилова, И. Илющенко и Л. Самутина.


    Схема Боевого союза русских националистов


    Вскоре сотню в сопровождении офицеров СД передислоцировали в Парчев (район Люблина). Здесь, в бывшем замке графа Замойского, располагалась «особая часть СС», или «гауптлагерь Яблонь», — подразделение «Цеппелина», которое вело разведывательно-диверсионную подготовку русских коллаборационистов. Дни вновь прибывших добровольцев были заполнены обычными военными занятиями: строевой подготовкой, изучением материальной части стрелкового оружия (7,92-мм карабина системы Маузера 98к и 9-мм пистолета-пулемета МР-40), тактикой. Через три недели усиленных занятий личный состав был привлечен к специальным операциям, сводившимся главным образом к уничтожению евреев и охоте на польских партизан Армии Крайовой (АК) в Томашевском, Замостьском, Рава-Русском и Парчевском уездах[118]. В этот период формирование получило претенциозно-романтическое наименование «Дружина», что, по мнению исследователя Э. Молло, должно было убедить военнослужащих этого формирования в своей «элитарности»[119].


    Нацистский оккупационный плакат


    Цель антипартизанских мероприятий сводилась к тому, чтобы курсанты разведшколы, переодевшись в гражданскую одежду и изображая из себя партизанский отряд, находили польские группы сопротивления, вступали с ними в контакт, а затем уничтожали[120].

    Важным представляется вопрос о боеспособности отрядов Армии Крайовой (АК), действовавших в районе Люблина. Хотя в начале 1942 г. поляки добились значительных успехов в деле объединения разрозненных сил, они по-прежнему испытывали немалые трудности в поддержании дисциплины и боевой готовности в своих партизанских формированиях и подпольных организациях. Польский исследователь 3. Залусский отмечает, что «в качественном отношении силы АК на востоке [имеются в виду белостокские и львовские территории (обшары). — Прим. авт.], которые состояли в основном из лесных отрядов и отрядов сельской самообороны, несомненно, превосходили бездействовавшие годами взводы в Генерал-губернаторстве»[121].

    «Дружина» была задействована и в «решении еврейского вопроса» в Люблинском округе. Согласно документам, курсанты разведшколы СД прочесывали Парчевские леса, искали евреев и партизан, и уничтожили около 1500 человек[122].

    Надо отметить, что к началу 1942 г. в различных гетто Генерал-губернаторства было сконцентрировано около 2 284 000 человек, и руководство СС пришло к выводу о необходимости проведения там широкомасштабной акции по уничтожению евреев. Эту операцию, получившую название «Рейнхард» (в честь шефа РСХА Р. Гейдриха, убитого чешскими диверсантами в мае 1942 г.), Гиммлер поручил фюреру СС и полиции округа «Люблин», бригадефюреру СС и генерал-майору полиции Одило Глобочнику.


    Германский военнослужащий в ходе антипартизанской операции на территории Генерал-губернаторства. 1942 г.


    Операция проводилась с весны 1942 г. до осени 1943 г. Для руководства акцией в Люблине был сформирован оперативный штаб «Рейнхард» (Einsatzstab Reinhardt) во главе со штурмбаннфюрером СС Г. Хефле, в состав которого было включено 92 специалиста, ранее принимавших участие в программе эвтаназии. Кроме того, к акции было привлечено около 1000 человек из учебного лагеря СС «Травники».

    По приказу Глобочника с середины осени 1941 г. в дистрикте развернулось интенсивное строительство разветвленной системы лагерей уничтожения. Одновременно шла подготовка полицейских, а также охранных подразделений СС для выполнения этого приказа, для чего в 40 км от Люблина, в местечке Травники, был открыт учебный лагерь, где проходил обучение персонал концлагерей из числа бывших советских военнопленных[123].

    К концу апреля 1942 г. в округе «Люблин» появилось три лагеря — Бельзец, Собибор и Треблинка (несколько позже, к сентябрю, был построен еще один — Майданек), куда стали свозить евреев из Европы и всего Генерал-губернаторства. Во всех трех лагерях было умерщвлено около 1,7 млн евреев. Из самого дистрикта «Люблин» в Бельзец, Собибор и Треблинку было направлено от 260 до 320 тысяч человек[124].

    Операция «Рейнхард», разумеется, включала в себя не только фазу уничтожения евреев в лагерях смерти. В качестве ее сопровождения осуществлялись «усмирительные акции», направленные на подавление еврейского и польского сопротивления. Так, упоминавшиеся выше «травники» до сентября 1942 г. участвовали совместно с подразделениями 101-го резервного полицейского батальона в трех карательных операциях — в депортациях евреев из Парчева и Медзыржеца и расстреле в Ломзи[125].

    «Дружина» В.В. Гиль-Родионова выполняла аналогичные задачи, что вполне объяснимо, — члены БСРН должны были пройти проверку на благонадежность. Косвенно признает это даже Самутин. Последний, не желая признавать, что сам являлся участником зачисток, довольно неуклюже перекладывает всю вину на начальника штаба «Дружины» — бывшего капитана РККА Андрея Блажевича: «Во время нашего рейда Блажевич обнаружил себя с неожиданной стороны — он разыскивал евреев, еще остававшихся по деревням, и расстреливал их, обязательно лично, и обязательно на глазах собравшихся»[126].

    Надо сказать, что в иностранной литературе, посвященной «Дружине», встречаются альтернативные мнения о начале ее боевого пути. В частности, утверждается, что «боевое крещение» формирование Гиль-Родионова получило вовсе не на территории Генерал-губернаторства, а в оккупированных районах Ленинградской и Калининской областей (ныне — Псковская область).

    Версия о том, что «Дружина» поначалу дислоцировалась под Псковом, встречается в работе С. Стеенберга[127]. Однако следует учитывать, что работа этого автора «Власов» изобилует фактическими ошибками (к примеру, он утверждает, что настоящее имя командира «Дружины» — «И.Г. Радионов», а Гиль — псевдоним). К сожалению, многие исследователи склонны принимать все утверждения Стеенберга на веру.

    В работе А. Даллина и Р. Маврогордато отмечается, что в начале 1942 г. «Дружина» («численностью до батальона») была переброшена в Невель — там разместился ее штаб, а часть дислоцировалась под Полоцком, где она занималась охраной железнодорожных магистралей[128]. Это утверждение было «позаимствовано» такими исследователями, как А. Муньос (правда, он одновременно озвучивает и версию Стеенберга насчет Пскова)[129] и Э. Молло[130]. Последний далее пишет, что в мае 1942 г.

    «Дружина» использовалась в составе антипартизанских сил, подчиненных высшему фюреру СС и полиции в Белоруссии, а затем наряду с батальоном Зиглинга была придана боевой группе командира айнзатцгруппы «В» полиции безопасности и СД оберфюрера СС Э. Наумана (подчиненной высшему фюреру СС и полиции в Центральной России группенфюреру СС Э. фон дем Бах-Зелевскому)[131]. Эти «изыскания» Молло с некоторыми вариациями озвучены в книге Р. Михаэлиса[132]. В «классической» работе Д. Литтлджона «Иностранные легионы Третьего рейха» указывается, что «Дружина» была сформирована в апреле 1942 г. под Псковом, и уже в марте стала бригадой[133].

    Столь разные факты, не подтвержденные надежными источниками, позволяют усомниться в их достоверности. Они входят в явное противоречие с известными документами и мемуарами непосредственных участников событий. Вместе с тем нельзя исключить, что какие-то русские коллаборационисты могли действовать в Невеле и Пскове в апреле — мае 1942 г., но не в составе формирования Гиль-Родионова, а в составе каких-либо других подразделений (в т. ч. диверсионных и подрывных групп СД, подготовленных для лереброски в советский тыл).

    После участия в зачистках «Дружина» возвратилась в лагерь Яблонь, однако там она находилась недолго. В августе подразделение перевели на южную окраину города Парчева[134]. Там «дружинники» находились до конца лета 1942 г. На базе сотни Гиль-Родионова был развернут батальон, сформированный «за счет нескольких пополнений, отобранных в различных лагерях военнопленных, — пишет Самутин. — Появилось много новых командиров в крупных чинах — подполковников и полковников. Их число значительно превышало штатные потребности, и была сформирована отдельная офицерская рота, командиром ее был назначен… офицер из прибывших, полковник Петров, суровый человек, старый кадровый военный, служивший еще в старой армии, воевавший в Гражданскую войну и всю жизнь проведший в армии»[135].

    «Дружина» на оккупированной территории СССР. Операции «Желтый слон», «Праздник урожая» и «Февраль»

    В конце августа 1942 г. русский батальон СД был переброшен на оккупированную территорию РСФСР — в город Смоленск. Насколько можно судить, на тот момент в «Дружине» находилось около 500 человек («четыре полнокровные роты» — по Самутину). По мнению историка С.И. Дробязко, в отряде Гиль-Родионова было три роты (сотни) и хозяйственные подразделения. 1-я офицерская рота являлась резервной и занималась подготовкой кадров для новых отрядов. На вооружении у личного состава «Дружины» было (кроме немецких карабинов и пистолетов) 150 автоматов, 50 ручных и станковых пулеметов и 20 минометов[136].

    Между тем начальник штаба майор А.Э. Блажевич[137] и еще несколько офицеров первой сотни были откомандированы в особый лагерь СС «Гайдов» при Шталаге-319 (под Люблином), где приступили к формированию «Дружины II» (формирование Гиль-Родионова, соответственно, стало именоваться «Дружина I»)[138]. Здесь к Блажевичу присоединился бывший генерал-майор РККА П.В. Богданов. В «Дружину II» Богданов (из пропагандистских соображений) формально вступил рядовым, но уже в январе был произведен в поручики и назначен заместителем начальника штаба[139].

    Отбор личного состава во вторую «Дружину» производился в течение всего сентября (всего было отобрано 300 человек), а в октябре началось непосредственное формирование нового подразделения. Все эти мероприятия завершились 11 декабря 1942 г.[140].

    «Дружина II» активно привлекалась в дистрикте «Люблин» к уничтожению евреев. По приказу Блажевича было изготовлено знамя части — огромное черное бархатное полотнище с вышитыми золотом черепом и костями[141].

    Атаман «Общеказачьего объединения в Германской империи» генерал-лейтенант Е.И. Балабин в одном из своих писем рассказал о впечатлениях, которые оставил визит в «Дружину II» его представителя: «Мой представитель в Генерал-губернаторстве подъесаул Моисеев… побывал в Люблине и там провел день под бело-сине-красным флагом в русском батальоне СС. Лейтенант-немец, который является инструктором в отряде, начал с того, что Россию представляют не эмигранты, а вчерашние большевики, теперь националисты. Эмигранты же имеют множество партий и еще больше разных взглядов, и их в армию "официально" не принимают, а неофициально милости просят. Отрядам СС в Белоруссии и Великороссии будет предоставлена вся власть… Моисеев познакомился с офицерами батальона и порядками там. Подбор солдат сделан идеально — дисциплина, подтянутость и вообще «душа порадовалась». Офицерский состав носит армейские золотые погоны: прапорщик — без звездочек, поручик — две звездочки, обе вдоль погона, капитан — три звездочки, как раньше было у поручика, но к немецкому мундиру СС золото не особенно подходит. Командир батальона майор Блажевич из Петербурга… В составе батальона бывший генерал — теперь только поручик. Вообще офицерский состав напоминает бывших прапорщиков, но все большие патриоты и умеют подойти к людям. В батальоне применяют мордобойство. Все полны веры в то, что Россия будет и будет дружба между двумя великими державами»[142].

    Однако вернемся к формированию В.В. Гиля, переброшенному в Смоленск. Здесь «дружинников» разместили в бывшей городской тюрьме, использовавшейся немцами под казарменное помещение. Несколько раз Гиль выводил свое «войско» помаршировать по городским улицам, а затем батальон перекинули в генеральный округ «Белоруссия» — в Старый Быхов, южнее Могилева[143].

    Появление «Дружины» в Смоленске — городе, который во время войны стал своеобразной «столицей» русского коллаборационизма, не было случайным. Здесь находился штаб командующего группы армий «Центр», размещались органы немецкой военной разведки и контрразведки, а также дислоцировался штаб оперативной группы В полиции безопасности и СД. Кроме того, в Смоленске и в близлежащих к нему районах располагались лагеря для пленных солдат и офицеров РККА, откуда вербовались кадры для диверсионной деятельности; в районах области были организованы разведывательно-диверсионные школы и курсы[144].

    Еще в марте 1942 г. в Смоленске при штабе оперативной группы В была сформирована особая команда «Цеппелина». В ее функции входило:

    — установление связи со всеми военными структурами группы армий «Центр»;

    — привлечение всех специальных команд СД к сотрудничеству с «Цеппелином», особенно в рамках поставленных задач;

    — добывание различной разведывательной информации, документов, одежды и обмундирования[145].

    Особая команда при оперативной группе В, как пишет историк С.Г. Чуев, «готовила и перебрасывала агентуру в ближние тылы советских войск, вела опрос военнопленных и отбор из их числа лиц, полезных для "Цеппелина", создавала приемные лагеря для первичного содержания, отбора и проверки военнопленных, организовывала переправочные пункты для агентуры, подготовленной командой к заброске в тыл советских войск, и для агентуры, прибывшей из разведшкол "Цеппелина". Для подготовки агентуры использовались лица, окончившие школы в местечке Яблонь близ Люблина»[146].

    Центральный переправочный пункт команды и приемный лагерь, отмечает тот же исследователь, располагались в совхозе Высокое в 12 км южнее Смоленска. Из лагеря агентов вывозили на Смоленский аэродром и самолетами забрасывали в Московскую область и другие регионы РСФСР. Еще один приемный лагерь команды функционировал с апреля по август 1942 г. в городе Сычевке[147].


    Военнослужащие вермахта на охране железнодорожного состава. Смоленская область. 1942 г.


    К приведенным выше фактам следует добавить и то, что 10 сентября 1942 г. на территории Смоленской области началась крупномасштабная операция «Желтый слон» (Der gelbe Elefant) против народных мстителей северо-западного партизанского края (Руднянский, Демидовский и Духовщинский районы) — в первую очередь, против объединения «Бати» (командир Н.З. Коляда). В состав немецкой группировки входили 3 истребительных батальона, батальон 51-го моторизованного полка, 554, 555 и 556-й пехотные полки, кавалерийская бригада СС, около двух полков 330-й пехотной дивизии, 33-й строительный батальон и 229-й артиллерийский полк (немецкая группировка сил и средств составляла более 15 тысяч человек)[148].

    Сосредоточив крупные силы, при поддержке танков немцы повели решительное наступление, стремясь расчленить партизанские соединения и уничтожить их по частям. На всех рубежах, где партизаны держали оборону, разыгрались тяжелые бои, которые продолжались более двух недель. Бригады и отряды объединения «Бати» и другие боевые формирования упорно обороняли каждый населенный пункт, но под давлением многократно превосходящего их по численности противника вынуждены были оставлять населенные пункты и отходить в леса. К 29 сентября 1942 г. северо-западный партизанский край был ликвидирован[149].

    Исходя из вышеизложенного, пребывание «Дружины» в Смоленске было связано с участием русского батальона СД в антипартизанских операциях. Из подразделений части также могли отбирать кандидатов для заброски в советский тыл.

    В октябре 1942 г. батальон Гиля был переброшен в Могилевскую область Белоруссии, под Старый Быхов[150]. Переброска «Дружины» в генеральный округ «Белоруссия» прошла быстро. Часть Гиль-Родионова (имевшая в своем составе от 600 до 700 человек) была отправлена на охрану железной дороги на участке Быхов — Тощица и привлечена к антипартизанской акции в Кличевском, Белыничском и Березинском районах. На время операции, по словам бывшего командира бригады «Железняк» И.Ф. Титкова, в состав «Дружины» включили 150 немецких военнослужащих и белорусских полицейских[151].

    Надо сказать, что районы Могилевской области, в которых дислоцировалась и вела боевые действия «Дружина», были крайне неспокойными. Активную борьбу против немцев здесь вело Кличевское партизанское соединение полковника В.И. Ничипоровича (бывшего командира 208-й моторизованной дивизии, разбитой в приграничных боях летом 1941 г.). В первой декаде августа 1942 г. отряды Ничипоровича на железной и шоссейной дорогах Быхов — Рогачев уничтожили 12 мостов, разгромили гарнизон станции Тощица, пустили под откос эшелон противника. 2 сентября 1942 г. приказом начальника ЦШПД был создан Кличевский оперативный центр. Началась реорганизация системы управления партизанскими силами. Отряды, действовавшие в данном регионе, были объединены в 1, 2, 4, 5-ю Кличевские, 3-ю Березинскую и 6-ю Могилевские бригады, которые доставляли немало хлопот оккупантам. Поэтому органы СС и полиции решили провести крупную экспедицию, подключив к ней и русский батальон СД[152].

    Немецкая операция, согласно воспоминаниям бывшего начальника Белорусского штаба партизанского движения (БШПД) П.З. Калинина, проходила в интенсивном темпе. Партизанские бригады были окружены в Усакинских лесах. Несколько дней шли упорные и кровопролитные бои. Однако, несмотря на все усилия, предпринятые немецким командованием, партизанам удалось прорвать кольцо окружения и выйти в безопасные районы. Войска СС и специальные команды СД были отозваны из Кличевского района, а «Дружину» оставили на некоторое время в Усакинских лесах[153].

    В мемуарах Самутина в частности упоминается, что подразделение старшего лейтенанта Точилова получило задачу «охранять железнодорожное полотно Могилев — Рогачев на участке южнее 15-го разъезда, в глухом лесу между Быховым и Рогачевым». Выполняя охранные функции, «дружинники» вели бои с партизанами, которые пытались подорвать рельсы. Сам Самутин и его напарник Кулиш обезвредили партизанскую мину, которую, вместе с найденными тут же детонаторами, отправили в штаб Гиля[154].

    Дать однозначную оценку тому, насколько результативными были действия «Дружины» в боях с партизанами в октябре 1942 г., затруднительно. В любом случае, батальон Гиля набирался боевого опыта, а командир «Дружины» постоянно контактировал с командованием СС и СД того района, где дислоцировалась часть. При батальоне находился штаб («состоял из полутора-двух десятков немцев: офицеров, унтер-офицеров и солдат»), обеспечивавший связь. И Гиль действовал в соответствии с приказами, поступавшими от районных начальников СС и полиции, которые, обладая оперативной информацией, знали, где и как использовать «Дружину»[155].

    Занимаясь охраной вверенного района, подразделения русского батальона СД систематически вступали в непосредственное боевое соприкосновение с противником. Однажды офицерская рота (командование которой неправильно оценило обстановку) сошлась в «очень серьезной схватке… с целым партизанским соединением». Рота атаковала партизан, но поскольку численный перевес был на стороне народных мстителей, «дружинников» оттеснили в ходе боя на деревенское кладбище и окружили. Только ценой больших потерь рота вырвалась из кольца[156].

    27 октября 1942 г. обергруппенфюрер СС Эрих фон дем Бах, назначенный Гиммлером уполномоченным по борьбе с бандитизмом, и командующий охранными войсками группы армий «Центр» генерал Макс фон Шенкендорф подписали соглашение о проведении совместных операций против партизан Белоруссии и о наиболее эффективном использовании в этих целях всех формирований, находящихся в генеральном округе. В связи с этими мероприятиями оккупационными органами был издан целый ряд жестких приказов по усилению борьбы с партизанами. В «Инструкции по борьбе с партизанами на Востоке», изданной Главным командованием сухопутных войск Германии 11 ноября 1942 г., при проведении операций против народных мстителей и тех, кто им помогал, требовалось применение «чрезвычайных мер»[157].

    Чуть позже — 18 ноября 1942 г. — начальник оперативного штаба зипо и СД штандартенфюрер СС доктор Г. Ахамер-Пифрадер разослал приказ для разведывательных и особых команд СД, в котором отмечал, что «коллективные расстрелы, сожжение деревень без полной ликвидации или выселения их жителей приводят лишь к отрицательным… последствиям»[158].


    Германские военнослужащие в оккупированном Минске


    Партизанское движение на захваченной территории Белоруссии приняло широкий размах, пользовалось определенной поддержкой местного населения и представляло серьезную проблему для германских органов, ответственных за поддержание порядка и безопасности в тылу группы армий «Центр» и в районах, подведомственных Министерству занятых восточных областей[159].

    Не желая мириться с таким положением, СС и полиция, наладившие полное взаимодействие с тыловыми службами вермахта, очень рьяно взялись за дело. В конце декабря 1942 г. — в начале января 1943 г. в северо-восточной части Витебской области, в треугольнике Полоцк — Невель — Витебск, была проведена операция «Клетка обезьяны» (Affenkafig). В ней приняли участие как регулярные войска, так и подразделения СС и СД[160].

    Активные действия были развернуты и в других регионах генерального округа. В декабре 1942 г. боевая группа «Готтберг» (Kampfgruppe von Gottberg) провела операцию «Елка» (Tanne) в Воложинском районе Минской области. В том же месяце группа «Готтберг» при поддержке учебных частей вермахта, 10 специальных команд СД вела бои с партизанами Гродненской области в рамках операции «Гамбург» (Hamburg). В Брестской области в декабре 1942 г. СС и полиция участвовали в акции «Альтона» (Altona). В первой половине января 1943 г. в Минской области были проведены операции «Франц» (Franz) и «Якоб» (Jakob)[161].


    Вручение оружия в партизанском отряде. Белоруссия. 1942 г.


    Масштабы антипартизанских мероприятий потребовали от германских оккупационных структур привлечения всех имеющихся сил и средств, в том числе различных коллаборационистских формирований. Не осталась в стороне и «Дружина». Во второй половине января 1943 г. батальон Гиль-Родионова, переброшенный в Слуцк, подключили к операции «Праздник урожая» (Erntefest).

    Операция проводилась в Пуховичском и Слуцком районах Минской области с 18 по 27 января. Район оперативных действий был следующий: на севере по линии дороги Червень — Минск до населенного пункта Кулики. На западе по линии Кулики— Равнополье — Шацк — Белая Лужа — Слуцк. На юге дорога Слуцк — Старые Дороги. На востоке — железнодорожная магистраль Старые Дороги — Осиповичи — Марьина Горка — дорога Марьина Горка — Червень. Для проведения операции были выделены силы в количестве 11 полицейских батальонов, особый батальон СС Дирлевангера, несколько подразделений СД (например, зондеркоманда гауптштурмфюрера СС Вильке)[162].

    Силы, привлеченные к акции, находились в боевой группе «Готтберг». В ее составе было три оперативных группы. «Дружину» прикрепили к айнзатцгруппе «Грип» (командир штурмбаннфюрер СС и майор полиции Ханс Грип), куда также входили 13-й резервный полицейский батальон и часть Дирлевангера. Перед началом операции был зачитан приказ. В нем говорилось: «Бандитов нужно атаковать и уничтожать. За врага следует принимать бандита, еврея, цыгана и каждого заподозренного в бандитизме. Учету сельскохозяйственных продуктов нужно придавать большое значение»[163]. Захват сельхозпродуктов, а также трудовой силы для отправки на работу в Германию следовало провести в городе Минске, в населенных пунктах Ивенец, Нагорное, Круглое, Осиповичи, Слуцк, Раков, Осово, Омговичи и Копыль[164].


    Белорусские партизаны читают сброшенные с самолета советские листовки. 1943 г.


    Акция «Праздник урожая» носила жестокий характер. В ходе боевых действий проводилась «специальная обработка» населенных пунктов. В результате было убито 1165 человек, 1308 мужчин и женщин угнано в рейх, захвачено 2803 головы крупного рогатого скота, 562 свиньи, 1500 овец, 393 лошади, 438 тонн зерна[165].

    Однако основная цель операции — очистить от партизан районы около Минска — достигнута не была (по одним немецким данным, было убито 1003 «бандита», по другим — 805[166]). Поэтому командование СС и полиции приняло решение продолжать боевые действия. Началась операция «Праздник урожая II», проходившая с 30 января по 15 февраля 1943 г. в Дзержинском, Копыльском, Слуцком и Узденском районах Минской области. В акции участвовало три боевых группы: «Бинц», «Грип» и «Ворм». «Дружина» находилась в составе группы «Бинц» (Kampfgruppe Binz). В эту же группу входили: особый батальон СС Дирлевангера и I батальон 23-го полицейского полка СС. К каждой группе были прикомандированы команды СД, подчинявшиеся начальнику айнзатцгруппы штурмбаннфюреру СС Рейнхольду Бредеру[167].

    Как и в предыдущий раз, операция «Праздник урожая II» свелась к проведению карательных мероприятий: к сожжению деревень и уничтожению населения, связанного с партизанами, захвату рабочей силы и сельскохозяйственных продуктов. В итоге было расстреляно 2325 человек, около 300 человек было принудительно вывезено на работу в рейх. О том, сколько немцы изъяли сельхозпродуктов, полной информации в отчетах не сохранилось. Есть сведения только по двум районам. Так, в Дзержинском районе СС и полиция реквизировали 773 тонны зерна, 742 тонны картофеля, 150 голов крупного рогатого скота, 124 овцы. В Узденском районе было захвачено 1417 тонн зерна, 6 тонн льноволокна, 377 голов крупного рогатого скота, 645 овец[168].


    Казненные гитлеровцами советские патриоты. 1942 г.


    Параллельно с зачисткой районов, «зараженных бандитизмом», по указанию начальника полиции безопасности и СД Белоруссии оберштурмбаннфюрера СС Эдуарда Штрауха (приказ от 5 февраля 1943 г.) проводилась «акция по переселению» евреев из Слуцкого гетто (вероятно, имелось в виду их убийство). В течение 8–9 февраля 1943 г. специальная команда СД (110 человек) под руководством оберштурмфюрера СС Мюллера безжалостно уничтожила 3 тысячи евреев[169].

    Личный состав одного из подразделений «Дружины», в котором служил Самутин, был свидетелем, как происходила ликвидация Слуцкого гетто. Это событие представлено в его мемуарах так: «В Слуцке было большое гетто. Однажды утром мы узнали, что гетто горит, а его обитателей немцы вывозят за город и там расстреливают. Нас всех охватило общее чувство омерзения к этому чудовищному делу и, вместе с тем, страх, не бросят ли и нас немцы на помощь себе туда же. Однако этот страх был неоснователен. Как оказалось потом, и мысли такой у немцев относительно нас не возникало. У них были "специалисты" по таким делам, дилетантов им не было нужно. Мы же только с расстояния трех километров видели, как догорали дома гетто, как выезжали за город большие черные крытые брезентом машины и скрывались вдали. Из города доносились до нас звуки редких одиночных выстрелов» (вопрос об участии в истреблении евреев Слуцка подразделений «Дружины» пока остается открытым. — Прим. авт.).

    Многочисленные «акции по очищению», массовые экзекуции мирного населения и евреев, осуществленные в ходе операции «Праздник урожая II», позволили немецким оккупационным властям на некоторое время перевести дух и сконцентрировать внимание на юге Белоруссии, где также наблюдалась активность народных мстителей. Так, немалое беспокойство у органов СС вызывала ситуация, сложившаяся на территории Брестской, Гомельской и южной части Минской областей (в частности, в Лунинецком, Ляховичском, Житковичском, Слуцком, Солигорском, Копыльском и Несвижском районах). Здесь под ударами партизан оказалась очень важная для вермахта дорога Гомель — Лунинец— Брест. По информации СД, в районе Грицыновичи — Луги— Гаврилчицы — Величковицы — Ленин — Милевичи численность партизан составляла от 3 до 4 тысяч человек[170].

    В короткие сроки в Минске разработали широкомасштабную антипартизанскую операцию, получившую наименование «Февраль» (или «Лютый», нем. — Hornung). Операция проводилась с 16 по 26 февраля 1943 г. Общее руководство ею осуществлял бригадефюрер СС и генерал-майор полиции фон Готтберг. Под его началом находилось оперативное соединение, включавшее в себя 5 групп:

    — боевая группа «Восток»: 2-й полицейский полк СС[171], батарея 1-й мотопехотной бригады СС, артиллерийский дивизион 18-го полицейского полка СС, батальон Гиль-Родионова («Дружина» СС);

    — боевая группа «Север»: I батальон 23-го полицейского полка СС, особый батальон СС «Дирлевангер», 57-й батальон вспомогательной полиции[172], сигнальная полицейская рота № 112, полицейская танковая рота № 12;

    — боевая группа «Запад»: I и II батальоны 13-го полицейского полка СС, 18-й батальон вспомогательной полиции, батарея 56-го артиллерийского дивизиона вспомогательной полиции, инженерно-саперный полицейский батальон;

    — боевая группа «Юг»: II и III батальоны 10-го полицейского полка СС, I батальон 11-го полицейского полка СС, 103-й батальон вспомогательной полиции, минометная рота «Кольштед»;

    — боевая группа «Юго-восток»: 101-й словацкий пехотный полк[173].

    Цель операции заключалась в том, чтобы боевые группы, блокировавшие со всех сторон районы, где располагались лагеря и базы партизан, продвигались к центру. Расположенные в окруженном районе деревни следовало уничтожать, а гражданское население, за исключением евреев, эвакуировать в сборные лагеря. Чтобы исключить случаи «дружественного огня», во все части, привлеченные к операции, была введена опознавательная система «свой — чужой»: участники акции надевали белые ленты на левые рукава шинелей, а если они были обмундированы в маскировочные халаты, — то красные ленты[174].

    Боевой группой «Восток», куда включили «Дружину», руководил командир 2-го полицейского полка СС штандартенфюрер СС Гюнтер Ангальт. Группа преследовала партизан, «зачищала» деревни и села, помогавшие народным мстителям, уничтожала евреев, изымала сельхозпродукты, захватывала работоспособное население[175].

    Результаты операции «Февраль» в западной и отечественной историографии выглядят так. Белорусские исследователи еще в советское время, ссылаясь на документы партизан, утверждали, что каратели расстреляли и замучили около 13 тысяч человек, 1900 домов сожгли дотла, захватили около 17 тысяч голов рогатого скота[176].

    Муньос, опираясь на немецкие материалы, приводит следующие цифры. Убито в бою 2219 «бандитов», 7378 человек расстреляно по подозрению в связях с партизанами. Захвачено оружия: 14 пистолетов и 172 винтовки. Конфисковано у населения 9578 голов крупного рогатого скота, 844 свиньи, 5700 овец, 559 тонн картофеля и 223 тонны зерна. СС и полицией «устранено» 3300 евреев[177].

    По данным немецкого историка Р. Михаэлиса, в ходе операции было ликвидировано 1272 партизана, 1211 гражданских жителей было расстреляно за связь с народными мстителями, 104 человека захвачены в плен[178].

    Доктор Б. Болл из Гамбургского института социальных исследований отмечает, что в акциях «Франц», «Праздник урожая» и «Февраль» было убито 18 975 гражданских лиц, в том числе 3300 евреев, 2400 человек были депортированы на принудительные работы в Германию[179].

    Нет вопросов о количестве жертв, понесенных евреями. Иначе обстоит дело с потерями среди белорусского гражданского населения (от 1211 человек до 13 тысяч). Чьи данные более точные, сказать сложно. Что действительно не вызывает сомнений, так это карательный характер операции «Февраль», в чем сходятся все специалисты.

    «Дружина» выполняла те же самые приказы, что и другие части СС. Самутин умалчивает, чем занимался батальон Гиля. В его мемуарах период карательных акций описан так: «Весь январь, февраль и начало марта провели в движении. По замыслу немцев мы должны были по мере движения громить партизан, очищать от них те местности, где будем проходить. Но вот диво — партизан не было. То есть они, конечно, были, только мы их не видели. Целый месяц мы двигались вдоль старой западной границы на юг, выйдя на нее западнее Минска, якобы преследуя партизанское соединение, с которым так за все время ни одного контакта и не произошло. После полуторамесячных мотаний нас остановили в Слуцке и целый месяц еще мы жили там на казарменном положении…»[180]

    Самутин лукавит, заявляя, что личный состав «Дружины» не имел боевых контактов с партизанами. Забегая вперед, скажем, что в апреле 1943 г. русская часть СД прочно заняла место в составе боевой группы «Готтберг»[181]. В том же месяце она вошла в состав группировки сил и средств, подчинявшейся высшему фюреру СС и полиции в Центральной России и Белоруссии (получила свой оперативный позывной «Тигр»). Ну и, наконец, 13 июля 1943 г. фон Готтберг отправил в РСХА сообщение, в котором подчеркнул, что «эта состоящая из 1200 русских: часть очень скоро будет ударной силой, и в борьбе с бандами представляется надежной…»[182].


    Повешенные советские партизаны. Январь 1943 г.


    В начале марта 1943 г. «Дружина» дислоцировалась в Слуцке, но к концу месяца была полностью переброшена в Плисский район Вилейской области — в окружной комиссариат «Глубокое» (гебитскомиссар П. Гахман). Новым местом дислокации русских эсэсовцев стала деревня Лужки[183].

    Переброска батальона в Лужки представляет, на наш взгляд, знаковое событие. Во-первых, на территории окружного комиссариата «Глубокое» размещалась главная команда «Цеппелина» «Россия-Центр» (SS-Hauptkommando Russland — Mitte Unternehmen Zeppelin) во главе со штурмбаннфюрером СС Хансом Шиндовски. Вначале команда размещалась в Лужках, а в апреле 1943 г. ее перевели в Глубокое (сюда же перевели и разведшколу из Яблони)[184].

    Во-вторых, скорее всего, вполне удачное, по мнению немцев, участие «Дружины» в карательных операциях убедило их в том, что часть Гиль-Родионова вполне могла бы отвечать за охрану и оборону от партизан целого района. Тем более Гиль-Родионов не раз обращался с таким предложением в СД. Самутин пишет: «Оказалось, Гиль добился согласия немцев на предоставление ему в качестве опыта целого района для самостоятельного управления, без вмешательства немцев. Он выдал им обязательство очистить предоставляемый ему район от партизан, установить свою местную администрацию и выполнять поставки, требуемые немцами с населения. Такой район ему был предоставлен к северо-востоку от Молодечно с центром в небольшом селе Лужки, на берегу речки Мнюта-Шоша»[185].


    Примечания:



    1

    Самутин Л.А. Я был власовцем… СПб., 2002. 320 с.



    10

    Чуев С.Г. Бригада «Дружина» — единожды предав / «Военно-исторический архив» (Москва). 2002. № 6. С. 134–145; «Бригада Родионова, получившая наименование 1-й Антифашистской партизанской бригады» / «Военно-исторический журнал» (Москва). 2003. № 12. С. 20–23; «Предприятие Цеппелин» / «Военно-исторический архив». 2003. № 4. С. 146–160; «Предприятие Цеппелин», 1942–1945 гг. / «Военно-исторический архив». 2003. № 5. С. 89—105.



    11

    Dallin A., Mavrogordato R.S. Rodionov: A Case-Study in Wartime Redefection / American Slavic and East European Review. 1959. Vol. 18. № 1. P. 25–33.



    12

    Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade: A History, 1941–1943. New-York, 2000. 98 p.



    13

    Michaelis R. Russen in der Waffen-SS. 29. Waffen-Grenadier-Division der SS «RONA» (russische Nr. 1). 30. Waffen-Grenadier-Division der SS (russische Nr. 2). SS-Verband «Drushina». Dresden, 2006. 130 s.



    14

    Штеенберг С. Генерал Власов. М., 2005. 320 с. Поскольку это исследование из-за вопиюще неточного перевода А. Колина совершенно непригодно для работы, мы пользовались другим изданием: Стеенберг С. Власов. Мельбурн, 1974. 256 с.



    15

    Из опубликованных в России работ см., например: Батлер Р. Гестапо: история тайной полиции Гитлера. М., 2006. 192 с.; Деларю Ж. История гестапо. Смоленск, 1993. 480 с.; Кнопп Г. СС: Черная инквизиция. М., 2005. 284 с. (глава «Правление Гейдриха», с. 101–147); Уильямсон Г. СС — инструмент террора. Смоленск, 1999. 416 с. (глава «Секретные службы Германии, с. 137–191).



    16

    См.: Приговор Международного военного трибунала / Нюрнбергский процесс: Сборник материалов. В 8 т. Т. 8. М., 1999. С. 649.



    17

    Об истории СД подробнее см.: Hohne H. Der Orden unter dem Totenkopf. Die Geschichte der SS. Augsburg. 1998. 600 s.; Wildt M. Generation des Unbedingten. Das Fuhrungskorps des Reichssicherheitshauptamtes. Hamburg, 2003. 966 s.; Залесский K.A. PCXA. M., 2004. 384 с. Наиболее полное и добросовестное на сегодняшний день биографическое исследование, посвященное Р. Гейдриху, принадлежит перу чешского историка Ярослава Чванчары: Cvancara J. Heydrich. Ceske Budejovice: Gallery. 328 s.



    18

    Осенью 1940 г. в РСХА было семь управлений, в феврале 1944 г. к ним добавилось Военное управление, после июля 1944 г. фактически поглощенное VI управлением РСХА. Наконец, в августе 1944 г. было сформировано VIII управление. См.: Залесский К.А. Охранные отряды нацизма. Полная энциклопедия СС. М., 2009. С. 284, 292–294, 348, 352.



    103

    A.B. Окороков отмечает, что организация была создана осенью 1941 г. (Антисоветские воинские формирования… С. 108). По данным K.M. Александрова, БСРН был создан в декабре (Восточные войска вермахта… С. 127). С.Г. Чуев указывает, что «национальная партия русского народа» была создана в марте 1942 г. (Проклятые солдаты. М., 2004. С. 232). С.И. Дробязко пишет, что Союз был организован в апреле 1942 г. (Под знаменами врага… С. 137). Однако в последнем случае за «точку отсчета» принято официальное собрание советских военнопленных, приуроченное к 20 апреля (дню рождения А. Гитлера), в ходе которого В. Гиль объявил о создании БСРН и призвал собравшихся вступать в ряды организации. См.: Самутин Л.А. Указ. соч. СПб., 2002. С. 83. Понятно, что ядро организации было сформировано еще до этого. С. Стеенберг отмечает, что группа под наименованием «Русский национальный союз» (?) была создана в Сувалковском лагере зимой 1941/42 г. (Власов… С. 123).



    104

    X. Шиндовски родился в 1904 г. в Кенигсберге. В нацистской партии не состоял. В 1941 г. служил в айнзатцкоманде А. См.: McLean F. The Field men. The SS officers who led the Einsatzkommandos — the Nazi mobile killing units. Atglen, PA, 1999. 168 p.



    105

    Блинец А. От Сталина к Гитлеру и обратно / «Для служебного пользования» (приложение к «Белорусской деловой газете»). 2 апреля 2003. K.M. Александров пишет, что Гиль родился в г. Вилейка Царства Польского (Восточные войска вермахта… С. 126). Бывший чекист, а в последующем известный советский и белорусский исследователь К.И. Доморад пишет, что Гиль родился в деревне Дараганово Стародорожского района Минской области (Партийное подполье и партизанское движение в Минской области 1941–1944. Минск, 1992. С. 275).



    106

    По данным С.Г. Чуева, Гиль попал в плен в бессознательном состоянии (Проклятые солдаты… С. 232).



    107

    Самутин Л.А. Я был власовцем… С. 46. Самутин пишет, что из-за специфического акцента некоторые считали Гиля евреем (там же. С. 47). Это предположение представляется нам сомнительным. Едва ли сотрудники СД назначили бы Гиля на руководящие должности, не будучи уверенными в его «арийском происхождении».



    108

    Кромиади К.Г. Указ. соч. С. 91.



    109

    Такое положение вещей характерно и для других коллаборационистских формирований, в частности РОА A.A. Власова. Большинство современных исследователей склонны объяснять этот парадокс «трусостью и страхом перед смертью». См., например: Мультатули П.В. Генерал Власов — история предательства / Коллаборационизм и предательство во Второй мировой войне. Власов и власовщина. Материалы международного круглого стола, состоявшегося 12 ноября 2009 г. в РИСИ. М., 2010. С. 145. В любом случае, многочисленные факты перехода изначально вполне лояльных советских граждан на сторону Германии позволяют ревизовать тезис о «единстве советского народа в годы Великой Отечественной войны».



    110

    Александров K.M. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта A.A. Власова… С. 394–396.



    111

    Там же. С. 463–168.



    112

    Александров K.M. Восточные войска вермахта… С. 128. Официально Богданов вступил в БСРН в июне 1942 г.



    113

    Александров K.M. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта A.A. Власова… С. 729–737.



    114

    Национальный архив Республики Беларусь (НАРБ). Ф. 3500, оп. 3, д. 99, л. 220.



    115

    Окороков A.B. Антисоветские воинские формирования… С. 108.



    116

    Там же. С. 109.



    117

    Самутин Л. Указ. соч. С. 143.



    118

    Жуков Д.А. Русский националист, германский шпион, советский провокатор… Владимир Гиль и Первая русская национальная бригада СС / «Эхо войны» (Москва). 2008. № 2. С. 4.



    119

    Mollo A. Uniforms of the SS. V. 5. Sicherheitsdienst und Sicherheitspolizei 1931–1945. London, 1992. P. 31.



    120

    В воспоминаниях Самутина «неудобные» эпизоды нивелированы и искажены. Он пишет, что действия подчиненных Гиля сводились в основном к бесполезному «шатанию по деревням, хуторам, полям и перелескам» (Указ. соч. С. 89–90).



    121

    Цит. по: Ермолович В.И., Жумарь С.В. Огнем и мечом: Хроника польского националистического подполья в Белоруссии (1939–1953 гг.). Минск, 1994. С. 25.



    122

    Окороков A.B. Антисоветские воинские формирования… С. 81 (со ссылкой на: Архив ФСБ. Справка № 10/А-4630 от 21.10.96. С. 2); Чуев С.Г. Бригада «Дружина» — единожды предав… С. 136.



    123

    Ковтун И.И. Их называли «травники» / «Эхо войны» (Москва). 2008. № 2. С. 17–18; Кудряшов С. Травники. История одного предательства / «Родина» (Москва). 2007 (12). С. 94–98; Witte P., Tyas S. A New Document on the Deportation and Murder of Jews during «Einsatz Reinhardt» 1942 / Holocaust and Genocide Studies. Washington, 2001. Vol. 15. № 3. P. 468–470.



    124

    См., например: Benz W. Der Holocaust. Munchen, 2001. S. 107. По данным историка П. Блэка, в операции «Рейнхард» было уничтожено, по меньшей мере, 1 750 000 евреев. См.: Блэк П. Одило Глобочник — форпост Гиммлера на Востоке / Тайны «Черного ордена SS». M., 2006. С. 197–198.



    125

    Browning Ch. Ordinary Men: Reserve Police Battalion 101 and the Final Solution in Poland. New-York, 2001. P. 104.



    126

    Самутин Л.А. Указ. соч. С. 91.



    127

    Стеенберг С. Указ. соч. С. 122.



    128

    Dallin A., Mavrogordato R.S. Rodionov: A Case-Study in Wartime Redefection… P. 26–27.



    129

    Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade… P. 23.



    130

    Mollo A. Op. cit. P. 31. Кроме того, Муньос и Молло почему-то называют Гиля «кубанским казаком».



    131

    Ibid. P. 31–32.



    132

    Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 100.



    133

    Littlejohn D. Foreign Legions of the Third Reich. Vol. 4. San Jose, 1994. P. 315.



    134

    См.: Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. От обороны к наступлению. 1 июля — 31 декабря 1942 года. М., 2003. Т. 3. Кн. 2. С. 171–172.



    135

    Самутин Л.А. Указ. соч. С. 91–92.



    136

    Там же. С. 92; Дробязко С.И. Под знаменами врага… С. 137; Дробязко С., Романько О., Семенов К. Указ. соч. С. 517.



    137

    Андрей Эдуардович Блажевич (родился в 1906 г.) был одним из создателей БСРН. Во власовских кругах бытовала легенда, принятая на веру некоторыми исследователями, что Блажевич — законспирированный агент НКВД Капустин. См., например: Munoz A.J. Op. cit. P. 27. Данная версия опровергается чекистскими документами. См., например: Из спецсообщения НКГБ БССР в НКВД СССР о результатах разработки антисоветских организаций и вооруженных формирований, созданных немцами на оккупированной территории СССР (1 сентября 1943 г.) / Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. Великий перелом. 1 июля — 31 декабря 1943 года. М., 2008. Т. 4. Кн. 2. С. 303.



    138

    По словам историка С.И. Дробязко, причиной этого стало то, что «Дружина» «доказала свою надежность в борьбе против польских партизан Армии Крайовой в районе Парчева» (Под знаменами врага. М., 2004. С. 138). См. также: Дробязко С., Романько О., Семенов К. Иностранные формирования Третьего рейха… С. 517.



    139

    Александров K.M. Восточные войска вермахта… С. 128.



    140

    Чуев С.Г. Проклятые солдаты… С. 235; Чуев С.Г. Бригада «Дружина» — единожды предав… С. 136. Историк A.B. Окороков, ссылаясь на статью бывшего начальника Белорусского штаба партизанского движения (БШПД) П.З. Калинина, пишет, что в «Дружине II» числилось около 135 человек (Антисоветские воинские формирования… С. 81).



    141

    Самутин Л. Указ. соч. С. 103–104.



    142

    Цит. по: Чуев С.Г. Проклятые солдаты… М., 2004. С. 237.



    143

    Самутин H.A. Указ. соч. С. 92; Жуков Д.А., Ковтун И.И. Русские эсэсовцы… С. 124.



    144

    Залесский К. РСХА… С. 256; Иоффе Э.Г. Указ. соч. С. 125. Историк Б.Н. Ковалев отмечает, что «на южной окраине Смоленска, в усадьбе бывшей МТС, абверкоманда-202 создала школу диверсантов, где обучались лица, доказавшие свою преданность гитлеровцам». См.: Ковалев Б.Н. Нацистская оккупация и коллаборационизм в России, 1941–1944. М., 2004. С. 82.



    145

    Чуев С.Г. «Предприятие Цеппелин», 1942–1945 гг. / «Военно-исторический архив» (Москва). 2003. № 4 (40). С. 151.



    146

    Чуев С.Г. Спецслужбы Третьего рейха… С. 178–179.



    147

    Там же. С. 179. Добавим также, что у смоленского СД было еще два лагеря — один в поселке Гранки (Руднянского района), второй — недалеко от деревни Талашкино (15 км южнее Смоленска). См.: Партизанская борьба с немецко-фашистскими оккупантами на территории Смоленщины. 1941–1943. Документы и материалы. Смоленск, 1962. С. 516–517.



    148

    Логунова Т.А. Партийное подполье и партизанское движение в западных и центральных областях РСФСР. Июль 1941–1943 гг. М., 1973. С. 151, 156. В состав партизанского объединения «Бати» входили четыре бригады, которыми командовали Ф. Аппретов (1-я бригада), И. Овчаренко (2-я), Г. Очиров (3-я), А. Данукалов. В состав объединения также входили два особых партизанских полка С. Гришина и Н. Амеличева и отряд особого назначения под командованием М. Антоненко. В отрядах «Бати» насчитывалось до 6 тыс. партизан. См.: Жуков Д.А., Ковтун И.И. Русская полиция. М., 2010. С. 132. См. также: Котов Л.В. На земле смоленской / Советские партизаны. Из истории партизанского движения в годы Великой Отечественной войны. Сборник статей. М., 1963. С. 166–167.



    149

    Война народная: Очерки истории всенародной борьбы на оккупированной территории Смоленщины. 1941–1943 гг. Смоленск, 1985. С. 131.



    150

    Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Сборник документов. Великий перелом. 1 июля — 31 декабря 1943 года. М., 2008. Т. 4. Кн. 2. С. 256.



    151

    Чуев С.Г. «Бригада Родионова, получившая наименование 1-й Антифашистской бригады…» С. 21; Титков И.Ф. Бригада «Железняк». Минск, 1982. С. 211.



    152

    Пережогин В.А. Разгоралось пламя партизанской борьбы… С. 148–149; Высшее партизанское командование Белоруссии. 1941–1944: справочник. Минск, 2009. С. 178–179.



    153

    Калинин П.З. Партизанская республика. М., 1964. С. 170.



    154

    Самутин Л.А. Указ. соч. С. 94–96.



    155

    Там же. С. 98, 100.



    156

    Жуков Д.А. Русский националист, германский шпион, советский провокатор… С. 5.



    157

    Мюллер Н. Вермахт и оккупация (1941–1944). М., 1974. С. 182. Следует сказать, что германское командование в определенной мере было удовлетворено деятельностью добровольческих формирований. В донесении командования 4-й немецкой армии в штаб группы армий «Центр» 18 декабря 1942 года отмечалось: «Большинство восточных и казачьих частей несет службу охраны в тыловом районе армии, в тылу корпусов, дивизий, а также используются для охраны железных дорог. Часть из них ведет борьбу с партизанами. Во всех вышеперечисленных мероприятиях подразделения показали себя с хорошей стороны. Командные инстанции, которым подчинены восточные и казачьи части, особо отмечают, что личный состав подразделений охотно принимает участие в акциях против партизан. Все поставленные перед ними задачи выполнены». Цит. по: История партизанского движения в Российской Федерации в годы Великой Отечественной войны 1941–1945. Историческое исследование партизанского движения на временно оккупированных территориях Российской Федерации во время Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. М., 2001. С. 125.



    158

    Цит. по: Преступные цели — преступные средства: Документы об оккупационной политике фашистской Германии на территории СССР (1941–1944 гг.). М., 1985. С. 109.



    159

    Князьков А.С., Чернов Ю.И. В период коренного перелома / Партизанское движение (По опыту Великой Отечественной войны)… С. 162–163.



    160

    Лобанок В.Е. Партизаны принимают бой. Минск, 1976. С. 7; Лобанок В.Е. Неугасимое пламя народной войны / Непокоренная Белоруссия. Воспоминания и статьи о всенародном партизанском движении в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (1941–1945). М., 1963. С. 72–73. См. также: Справка помощника начальника оперативного отдела БШПД А.Ф. Бардадына начальнику БШПД П.З. Калинину о боях партизанских бригад Витебской области с карательной экспедицией противника в декабре 1942 г. и первой половине января 1943 г. (от 18 января 1943 г.) / Всенародное партизанское движение в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (июнь 1941 — июль 1944). Документы и материалы в трех томах. Развитие всенародного партизанского движения во второй период войны (ноябрь 1942 — декабрь 1943). Т. 2. Кн. 1. (ноябрь 1942 — июнь 1943). Минск, 1973. С. 113–114.



    161

    Нацистская политика геноцида и «выжженной земли» в Белоруссии 1941–1944. Минск, 1984. С. 249–251.



    162

    Michaelis R. Der Weg zur 36. Waffen-Grenadier-Division der SS. Rodgau, 2004. S. 38.



    163

    Цит. по: Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 101. Campbell St. Police Battalions of the Third Reich. Altgen, PA. Schiffler Military History, 2007. P. 53–55.



    164

    MacLean F.L. The cruel hunters. SS-Sonderkommando Dirlewanger. Hitler's most notorious anti-partisan unit. Altgen, PA. Schiffler Military History, 2009. P. 110. Заметим, что захват населения органами СС и полиции осуществлялся на основании приказа рейхсфюрера СС «Об отправке на работы в Германию населения, плененного в период карательных операций» от 3 ноября 1942 года. В приказе говорилось: «Я приказываю, чтобы во всех операциях против банд в прочесываемых и занятых нами районах сразу же излишнее и работоспособное население первоначально захватывалось в плен, чтобы затем отправлять его в Германию как рабочую силу». Цит. по: «Остарбайтеры». Принудительный труд белорусского населения в Австрии. Документы и материалы. Грац; Минск, 2003. С. 115.



    165

    Нацистская политика геноцида… С. 251; Семенова A.B. Истребление фашистскими захватчиками населения Белоруссии под предлогом борьбы с партизанами / Немецко-фашистский оккупационный режим (1941–1944 гг.) М., 1965. С. 381.



    166

    MacLean F.L. The cruel hunters… P. 110; Семенова A.B. Указ. соч. С. 381.



    167

    Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade… P. 38–39. Michaelis R. Der Weg zur 36. Waffen-Grenadier-Division… S. 38.



    168

    Нацистская политика геноцида… С. 238, 251.



    169

    Ботвинник М. Памятники геноцида евреев Белоруссии. Минск, 2000. С. 52–53.



    170

    Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 101.



    171

    Согласно приказу от 24 февраля 1943 г., все существовавшие полицейские полки стали называться полицейскими полками СС (SS-Polizei-Regimenten) (прим. редактора).



    172

    Под вспомогательной полицией авторы понимают т. н. части шутцманншафта — Schutzmannschaften, формировавшиеся на оккупированной территории СССР из местных жителей (прим. редактора).



    173

    Michaelis R. Der Weg zur 36. Waffen-Grenadier-Division… S. 39–40; Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade… P. 39–40; Campbell St. Police Battalions… Р. 53, 55; MacLean F.L. The cruel hunters… P. 111. Следует сказать, что в последующем 101-й словацкий пехотный полк был разложен белорусскими и украинскими партизанами. В самой части на протяжении долгого времени действовала подпольная организация начальника штаба полка Яна Налепки. Подробнее см.: Сабуров А.Н. У друзей одни дороги. М., 1963. С. 204–216.



    174

    Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 101.



    175

    Ibid.



    176

    Нацистская политика геноцида… С. 251.



    177

    Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade… P. 40. Схожие цифры у Ф. Маклина: MacLean F.L. The cruel hunters… P. 113.



    178

    Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 101; Michaelis R. Der Weg zur 36. Waffen-Grenadier-Division… S. 40; Michaelis R. Das SS-Sonderkommando Dirlewanger. Ein Beispiel deutscher Besatzungspolitik in Weissrussland. Berlin, 1998. S. 44.



    179

    Boll. В. Chatyn 1943, in: Orte des Grauens. Verbrechen in Zweiten Weltkrieg. Herausgegeben von Gerd R. Ueberschar. Darmstadt, 2003. S. 22. X. Хене считает, что операции «Праздник урожая», «Гамбург», «Альтона», «Февраль» и «Нюрнберг» преследовали «основную цель — уничтожение евреев». См.: Hohne Н. Der Orden unter dem Totenkopf… S. 339. На наш взгляд, эта точка зрения ошибочна. Например, в отчете о проведении операции «Альтона» говорилось: «Разведку в ходе операции вела команда полиции безопасности и СД. Партизаны потеряли убитыми 97 чел. Далее в этом районе было расстреляно 785 чел. по подозрению в принадлежности к партизанам, 126 евреев и 24 цыгана. Захвачены значительные трофеи: скот и продовольствие». См.: Преступления немецко-фашистских оккупантов в Белоруссии, 1941–1944. Документы и материалы. Минск, 1965. С. 71. Это сообщение СД показывает, что вовсе не евреи являлись основными жертвами карательной операции. Еще один немецкий специалист, X. Умбрайт, пишет, что в ходе операции «Февраль» было убито 2219 человек, 7378 «подвергнуты особой обработке», расстреляно 3300 евреев и 65 взято в плен. См.: Умбрайт X. Непреодоленная проблема. Партизанская война в тылу Восточного фронта / Сталинград. Событие. Воздействие. Символ. М., 1995. С. 152–153.



    180

    Самутин Л.А. Указ. соч. С. 101.



    181

    См.: German Anti-Partisan Forces in Belorussia — April 1943 / Munoz A.J. The Druzhina SS Brigade… P. 42.



    182

    Цит. по: Michaelis R. Russen in der Waffen-SS… S. 102.



    183

    Александров K.M. Русские солдаты вермахта. Герои или предатели: Сборник статей и материалов. М., 2005. С. 207; См. также: Холокост на территории СССР: Энциклопедия. М., 2009. С. 220–223.



    184

    Залесский К. РСХА… С. 241; Чуев С.Г. «Предприятие Цеппелин»… С. 154.



    185

    Самутин Л.А. Указ. соч. С. 102.









    Главная | Контакты | Нашёл ошибку | Прислать материал | Добавить в избранное

    Все материалы представлены для ознакомления и принадлежат их авторам.